Страница 36 из 72
Валерия замолчала, давая нам прочувствовать все сказанное ею только что. Светило солнце, но становилось все холоднее. Я поежилась. И пахло уже не опавшей листвой, а гарью, от которой запершило в горле…
– Так что же ты хочешь? – мрачно спросил Артур.
– Все просто. – Валерия кивнула с серьезным видом. – Я не мститель. Я – деловой человек. Вы должны бесследно исчезнуть из Москвы. Уехать отсюда! Хоть куда, хоть в глухую деревню, хоть в другой город… Мне все равно. На другую сторону земного шара, во! Только тогда я успокоюсь. Вы лишили меня моей жизни – я лишу вас вашей.
Она посмотрела на нас обоих по очереди и, убедившись, что ее слова достигли цели, продолжила:
– Не пытайтесь ничего доказывать или угрожать мне. У вас есть время до Нового года. Знаю, что такие дела быстро не делаются, поэтому даю вам фору. Я добрая. Решайте.
С этими словами она развернулась и ушла не оглядываясь.
В этот момент я как будто опять оказалась внутри своего недавнего наваждения – в пропитанной солнцем Калифорнии, с воздухом, настоянным на смеси безумных денег и славы.
Сама жизнь словно подталкивала меня к мысли о бегстве из страны.
– Мне страшно… – вырвалось у меня.
– Отставить панику, пока все под контролем, – немедленно возразил Артур. – Валерия, сама того не ведая, оказала нам услугу. Фактически предупредила: будьте начеку, вас могут ограбить. Значит, наши артефакты из будущего нужно спрятать надежнее.
– А о каких добрых людях она говорила? – Я не унималась. – Кто ей помог выписаться раньше времени из психушки? Это уже не про воров и прочих уголовников, которые могут обокрасть нас, это… это про людей со связями, да?
– Узнаем, – коротко бросил Артур.
План Валерии был жесток, но зиждился на множестве «если». Если кто-то поверит ее бреду о плагиате… Если комсомольская ячейка института примет анонимку всерьез… Если воры найдут тайник… Однако и игнорировать угрозы Валерии было тоже нельзя.
Мы с Артуром просто приняли меры: соорудили новый, более хитроумный тайник под кроватью в спальне, своего рода импровизированный сейф. Туда же переложили вещи из будущего, что хранились у Бабани. Да, теперь все яйца в одной корзине, но уследить за одной квартирой проще, чем за двумя.
Кроме того, мы старались с этого момента устроить свою жизнь так, чтобы в жилище Дельмасов всегда кто-то находился. Это было довольно просто, поскольку в квартире проживало много людей, включая домработницу. На открытый грабеж при подобных обстоятельствах мало кто из преступников мог решиться: это был бы уже другой срок для них, другие риски. Если Валерия и попытается нанять кого-то для своих целей, вряд ли найдутся желающие.
Но совсем расслабляться было рано. А вдруг эти «если» все же сложатся в крепкую цепочку? «Титаник» когда-то тоже считали надежным судном, непотопляемым, но совпавших случайностей потом оказалось слишком много.
…Я шла к Галочке, чтобы отдать на перепечатку очередную новую рукопись. Вернее, ту, что нейросеть сгенерировала мне. Впрочем, я опять на свой страх и риск переделала текст от себя. То есть мы с нейросетью уже являлись соавторами.
Дома оставался Николай – и Раиса тоже, она готовила обед. Кроме того, я накануне пожаловалась старику Усольцеву, живущему напротив, что якобы видела в подъезде подозрительных людей. Усольцев обещал бдить!
Дверь мне открыла Галочка в стеганом халатике, с бигуди на голове:
– Алена, входи, дорогая! Как раз кофе сварила. Ну что за беда, не смогла вчера купить растворимый, пришлось опять турку доставать… И у меня для тебя кое-что есть. – Впустив меня в комнату, она таинственно улыбнулась и отодвинула стопку бумаг с тахты, освобождая мне место.
– Подзорова ждешь? – догадалась я. – Мне только к следующей неделе рассказ сдавать, рукопись тебе отдам, а ждать не стану.
– Ой, не торопись, Подзоров поздно придет, оставайся, поболтаем, – махнула она рукой. – У него жена ремонт затеяла… А может, он и вовсе не придет сегодня, кто знает.
Я села, Галочка протянула мне «Лолиту» Набокова. Зарубежное издание, непонятно каким образом пересекшее границу.
– Могу дать на одну ночь, – таинственным шепотом произнесла Галочка.
Я задумалась на мгновение. Конечно, я могла бы изобразить неведение, но с Галочкой эти церемонии казались лишними.
– Да я читала ее, – пожала я плечами. – Неприятные ощущения. Очень жалко девочку, героиню этой истории…
– Так ты уже читала эту книгу? – широко распахнула глаза Галочка. – Ах, ну да, ты же на острие всего нового – как я могла забыть?.. Но при чем тут девочка? Главное же в этой истории – роскошный стиль автора, еще метания героя очень тонко прописаны… Этим же и ценится литература! Может, ты и «Архипелаг ГУЛАГ» Солженицына читала? – Она спросила совсем уж неслышно. – Как тебе книга? Это бомба, да?
Да, я читала «Архипелаг», правда не в самиздатовском варианте в юности. Где-то в начале девяностых книги Солженицына появились в той библиотеке, где я работала.
(Здесь стоит отметить, что в будущем слово «самиздат» потеряет свой героический смысл и будет означать просто книги, изданные самими авторами – на электронных площадках.)
– Да, это атомная бомба, – содрогнувшись, честно ответила я, подавив в себе желание продолжить мысль: «И с теми же последствиями…»
– Неужто и Пастернака ты тоже читала? – изумилась Галочка.
– Про доктора Живаго? Да, – сказала я. И все-таки не выдержала, осторожно призналась: – Но чего-то не понравилось, мне больше по душе стихи Пастернака.
– Ну стихи – это несерьезно… А я прямо подвиг совершила с «Живаго»! Чуть глаза не сломала. Качество печати было отвратительным, через плохую копирку, многие буквы не читались… Но я все осилила, – с гордостью сообщила Галочка. – А ты очень критична! Хотя это правильно, писателю иначе нельзя. Ну-с, ладно… давай свою работу, – попросила она.
– Вот, – спохватившись, я протянула ей тетрадь. – Перепечатай. Как всегда, очень буду благодарна. Но это не срочно, говорю.
– Пустяки, милая! Все сделаю, мне самой только в радость. Читаю все, что через мои руки проходит. Иногда такое… – Она хихикнула.
– Как Подзоров? – спросила я для поддержания светской беседы, пока она разливала кофе по крохотным фарфоровым чашкам.
– Ох, не спрашивай! – Она тряхнула головой, и бигуди на ней закачались. – Опять жена его на дачу не пустила, бедолагу. Весь выходной промаялся с детьми у тещи. Звонил мне вчера, такой несчастный… А сегодня ремонт затеяли. Ну да ладно. Не в нем дело.