Страница 288 из 485
— Витя повесился на капроновой верёвке, по которой вьюны поднимаются к крыше веранды. Взял и намотал эту верёвку вокруг шеи, а потом спрыгнул с поручней веранды вниз. Хорошо, что веранда была невысокой и нянечка вовремя подоспела, но на его шее осталась кровянистая борозда. Вы только не волнуйтесь.
Но Вера и не думала волноваться, она была счастлива, ведь, что бы там ни случилось, а её сын жив!
Садик в то лето сгорел, пожарная машина из района приехала тогда, когда от детского сада остались только черные головёшки, и осенью Витя пошёл в первый класс.
Как признаться Жене, что Вера как мать не могла защитить его детей от несчастного случая, который обычно приключается без предупреждения.
То воскресное утро предвещало быть замечательным, тёплым и солнечным весенним днём. После выгона коров к Вере на минутку попить чаю и рассказать новости зашла Валентина, сестра Ивана Илларионовича, а новости у неё были хорошие.
Вале предложили работу в сельсовете с предоставлением жилья. Теперь она и её семья съезжала из родительского дома в интернат, раннее предназначенный для школьников, живущих в округе Андрюшино. Пока подруги распивали утренний чай, беседовали о том, каким предвидится лето, Верины дети досматривали свои воскресные сны в детской спальне.
После чая Вера проводила подругу до оврага и уже возвращалась домой, как её окликнула Валентина, уже с другого края оврага:
— Скорее! Вера, там Витя, на плоту! Его несёт в Тавду!
— Нет, Валя, это неправда, Витя спит дома!
Вера была уверена, что с сыном всё в порядке.
— Да нет же! Это точно Витя! Беги скорее, его уносит течением!
В тот год во время половодья овраг почти до краёв наполнился талой водою. Вера подбежала к оврагу и, о ужас, увидела сына – он стоял на дощатом плотике с совковой лопатой в руке. Плотик стремительно отходил от берега, а Витя завороженно глядел куда-то вдаль. На её окрик мальчик недовольно обернулся, а она, кубарем скатившись под овраг, к самой воде, протягивала к нему руки.
— Витя, сынок, дай мне ухватиться за лопату. Не бойся, только протяни мне лопату.
— А я не боюсь.
— Я знаю, что ты смелый, но протяни мне лопату, а я буду твоим якорем.
Мальчик заартачился было, но лопату протянул. Вера, ухватившись за неё, подтащила плот из трёх досок к берегу, потом схватила сына и увесистым подзатыльником отправила домой спать.
Жене не обязательно знать, что в последнее время она взяла за привычку тайно крестить детей, он вернулся не для того, чтобы жить с детьми и отвечать за их жизни.
* * *
Прошла неделя после приезда Жени, наступила суббота, а суббота – это уборка и баня, а идти в баню каждый из членов семьи должен в свою очередь.
Так принято в деревне: девочки ходят в баню с мамами, мальчики – с папами, а Витя мылся в бане сначала с Таней, а с шести лет стал мыться один. Он всегда старался вымыться до полуночи, так как боялся банницу, зелёные глаза которой появлялись на закопчённой стене бани в полночь, в чём его заверяла Танька, предпочитающая мыться вместе с Катей. На всякий случай Витя брал с собой в баню Пирата. Пёс страдал от жары в предбаннике, но исполнял свой собачий долг добросовестно. Конечно, пойти в баню с папой мальчику очень хотелось, но хотелось втайне.
— Женя, возьми Витю с собой в баню. Это поможет тебе наладить отношения с ним.
— Вера, зачем? Нет, я привык мыться один, так сказать, без свидетелей.
— Женя, поверь, для Вити это очень важно. Его друзей берут на охоту, на рыбалку и в баню их отцы, а Витю – никто и никуда. Он такой у нас, Витя, никогда не скажет, что он хочет, и даже вида не покажет, но пойти в баню с отцом для него очень важно.
Уговорив Женю, Вера отправилась уговаривать и Витю.
— Витя, иди с папой в баню.
— Не пойду.
— Как же ты не пойдёшь, когда время идти в баню для мужчин. Девочки уже помылись.
— А он сам этого хочет?
— Кто?
— Папа. Он хочет идти со мной в баню?
— Женя, ты хочешь пойти с Витей в баню! – прокричала она громко, и тот ответил из спальни: – Конечно, сынок. Давай, Витёк, собирайся с папой в баню.
Витя был счастлив, папа признал его своим сыном и захотел с ним мыться в бане!
* * *
Если отношения Жени с младшими детьми уладились, то старшая дочь постоянно портила ему нервы. Катя демонстративно не признавала право пришлого отца делать ей замечания.
Во-первых, он заподозрил её в воровстве, а она не воровка. Правда, за честность Насти, дочки тёти Вали, которая с утра до вечера гостевала у Лебедевых, Катя поручиться не могла.
Во-вторых, никто папу обратно в дом не звал, и без него справлялась семья. Катя и огород копала, и картошку с мамой сажала, и по хозяйству управлялась как взрослая. Она даже деревенских пьяниц из дома выгоняла, если те жаловали проведать «докторшу», потому что её мама была для этого слишком деликатная. Катя имела право, управившись по хозяйству, уходить из дома на гуляния. Поэтому девочка не терпела, когда отец пытался ей это запретить.
— Послушай меня, Женя, – говорила Вера мужу, чтобы помочь ему понять Катюшу, – перестань дуться на девочку, это ни к чему не приведёт. В Андрюшино она хоть и своевольной стала, но никто её не обижает, и младшие за ней, как за каменной стеной. Наша Екатерина во всей округе имеет славу Жанны Д’Арк! И по дому она управляется, и детей воспитывает, они её лучше слушают, чем меня, только готовить не любит. Однажды зимой Таня прибежала домой и плачет, что её какой-то пацан с горки толкнул, так Катя, в фартуке и тапочках, в самый мороз как фурия из дома выскочила, всех ребят распугала, что у горки играли, а позже выяснилось, что никто её сестрёнку и пальцем не тронул, так наша Таня за соседскую девочку вступилась.. Ведь я так надеялась, что ты мне поможешь с Катей справиться как отец, а ты сам её побаиваешься. Не будет она тебя слушать, не заслужил ты её доверия, а жаль.
О Кате и её подростковых проблемах Вера в последнее время делилась только со своей подушкой, которая бережно хранила её материнские слёзы, а больше было не с кем.
* * *