Страница 30 из 49
Пластиковый пакет с веселыми медвежьими мордами стоял у фонарного столба. Денис не торопился, сидел у бровки тротуара и наблюдал за происходящим. Пакет появился здесь четверть часа назад, и принес его вон тот лупоглазый паренек. Теперь он стоит в сторонке и курит, не глядя на столб, под которым валяются в грязи полмиллиона долларов. Но пакету ничего не грозит: метрах в трех трется еще один пес, тоже курит, и третий есть, и четвертый, и пятый – Денис «срисовал» их, пока сидел у холодной грязной бровки, почти на проезжей части. Машины тут еле ползли, съезд и поворот в сторону проспекта надежно заблокировала пробка, разогнаться негде. Пассажирская «газель» закрыла собой обзор, Денис пригнулся и посмотрел в просвет между полотном дороги и днищем машины. Все в порядке, бегут люди по своим делам, и никто не обращает внимания на забрызганный грязью белый пакетик с веселыми уродцами.
Лупоглазый докурил, бросил «бычок» на рельсы и уставился на экран мобильника. По третьему кругу пошли: курит – звонит – курит – звонит… Никакой фантазии, как и у остальных – топчутся на месте и «сканируют» толпу. Ладно, пора перемещаться поближе, а то скоро совсем стемнеет. Хорошо, что хоть пакет светлый догадались притащить. Денис поднялся с бордюра и поплелся вдоль дороги. Прохожие шарахались по сторонам и брезгливо морщились, пропуская бродягу. Денис дотащился до второго курильщика и встал так, чтобы загородить ищейке обзор.
– Пошел на хер отсюда, – немедленно среагировал тот.
«Как скажешь», – Денис помаячил перед ним еще немного и шагнул на проезжую часть. Пакет снова пропал из виду, как и карауливший его охранник. В потоке машин намертво встала длинная фура, Денис постоял немного на разделительной и двинул в обход. Обогнул одну машину, вторую, зашел фуре в хвост – и рванул с места. Перед пакетом топтался «коллега». Денису даже показалось, что это тоже обитатель ближайшей ночлежки, уж очень знакомым было лицо бомжа. Лупоглазый уже сделал стойку и нехорошо шевелил короткими пальцами, сжимая и разжимая кулаки, с обоих краев моста к заветному фонарному столбу подтягивалось подкрепление. Денис глянул по сторонам, потом назад, оценил обстановку и ринулся к бомжу. А тот уже вцепился в пакет, полез внутрь, только что башку в пластиковый мешок не засунул.
– Дай сюда! – Денис вырвал у «коллеги» деньги, пихнул оторопевшего бомжа в грудь и перемахнул перила.
Бомж мириться с пропажей не собирался и вцепился в капюшон куртки Дениса. Металлический «козырек» под ногами задрожал, внизу пронесся поезд и, как положено, начал сбавлять ход.
– Отвали! – От удара локтем бомж отлетел на проезжую часть, раздался визг тормозов, звон, скрежет металла и вопли.
Оборачиваться было некогда, краем глаза Денис видел, что к нему уже мчатся через толпу соглядатаи и первым бежит тот самый, с выпученными, как у рыбки гуппи, глазами. Опору под ногами снова качнуло, Денис посмотрел вниз, по сторонам и спрыгнул с эстакады. Пакет он прижал к груди, поэтому приземление получилось неловким, он едва удержался на крыше поезда, плюхнулся на живот и вцепился свободной рукой в первый попавшийся выступ. Вагон мотало на стыках, поезд замедлял ход. Денис встал на колени, осмотрелся. Встречный состав уже прошел, и поезд, набирая ход, несется к тоннелю. А позади, через три вагона, на крышу приземлился сотрудник СБ Барби, и тоже пытается подняться на ноги, и это ему удается. И на эстакаде еще человек пять, кто орет в телефон, кто висит животом на перилах.
Денис кое-как выпрямил ноги. Вагон трепало, как тряпку на ветру, в сумерках отлично просматривались красные «габариты» над зевом тоннеля, и они были все ближе. Надо прыгать, но некуда, поезд набирает ход, и если падать, то только под колеса встречного состава. А он уже показался из тоннеля, пер навстречу с грохотом и ревом, свет фар бил по глазам. Денис зажмурился, а когда открыл глаза, то мимо уже грохотали набитые людьми вагоны, Денис отлично видел толпу через освещенные окна. Он отпустил выступ и лег поперек вагона. Преследователь нагонял, он уже каким-то чудом миновал два вагона и готовился штурмовать крышу третьего. Оставались секунды, и Денис решился – сорвался с места, прыгнул вперед и вверх. И плюхнулся на жесткую дрожащую поверхность, растянулся на ней, прижал пакет животом к крыше поезда. Состав, как и положено, притормаживал и плавно входил в поворот, вагон качнуло, и Денис едва не упустил драгоценный пакет, но удержал, вцепился в пластик зубами. Над головой проплыла эстакада с повисшими на ней сотрудниками СБ Барби и просто любопытными.
– Вон он! – заорал кто-то над головой.
Денис ухмыльнулся, сел, поджав колени, и, не оглядываясь, поднял над головой кулак с вытянутым средним пальцем.
– Жрите, суки, не обляпайтесь! – проворчал он себе под нос и затолкал тяжелый пакет под куртку.
Все, последний рывок – слева в темноте и дождливой мути показались плоские крыши под одиноким тусклым фонарем, Денис поднялся на ноги и прицелился. Рывок, короткий, обрывающий дыхание полет, жесткое приземление, перекат – и под ним шуршат мокрые листья, пахнет сыростью и прелой травой. Все, приехали. Денис спрыгнул с низкой крыши и сразу плюхнулся на землю, сидел так минут пять, пока не пришел в себя. Колени еще предательски дрожали, но он уже шел прочь, прижимал руки к груди. Добрался до ближайшего вокзала и в туалете достал, наконец, пакет, заглянул внутрь. Перехваченные разноцветными резинками купюры лежали плотно, пачка к пачке. Денис вытряс их из пакета, переложил в рюкзак и направился к администратору зала.
За ночь в отдельной комнате отдыха пришлось отдать последние рубли. Здесь были душ и чистая постель. На столике под ночником лежали пачки долларов. Денис пересчитал деньги и снова убрал их в рюкзак. Все сошлось до копейки, вернее, до цента, ровно пятьсот тысяч. Барби свое слово сдержал. Грязные тряпки лежали в мусорном ведре, щетина с лица исчезла. Денис посмотрел на свое отражение – теперь другое дело. Уже спокойный, уверенный, взгляд не затравленный, а скорее надменный. Так выглядит человек, который знает, что будет делать завтра и что это завтра не будет для него последним.