Это все огонь

Я уверен, она не слушает ничего из того, что ей рассказывают. Информация влетает в одно ее ухо, чтобы вылететь из другого. А Дасиль тем временем размышляет о том, что такого ответить, чтобы мои волосы встали дыбом.

– Я и не знала, что от того, чем он страдает, есть лекарство. – И она ждет моего подтверждения, но я не собираюсь доставлять ей удовольствие и говорить: «Да, Дасиль, психологи реабилитируют неверных». – Вот и прошлым летом он встречался с девушкой. – Тайна зависает в воздухе почти ощутимо, и у меня замирает сердце. – Подруга моего дяди – психолог, и время от времени я слышала, как они шепчутся.

– Ты имеешь в виду Нурию? С ней-то он и встречается! – Селия приходит в восторг каждый раз, когда находит общий язык с незнакомым человеком. – Они общались по скайпу каждую неделю. Теперь – раз в пару недель.

– Что так? Неужели доза Тиаго раз в неделю оказалась слишком велика для бедной Нурии? Я, конечно, понимаю, что этот малыш – серьезная задача, с которой одна женщина не справится. И даже с двумя он не чувствует, что его выслушивают в достаточной степени. Скажи мне, Тиаго, у тебя две женщины-психолога, или терапевт тебя удовлетворяет в одиночку? – видя недоумение Селии, Дасиль поясняет: – Прошлым летом он был настолько потерян, что искал утешения повсюду.

– Меня это не удивляет. – Селия сочувственно гладит меня по волосам. – Он был не в себе.

Надеюсь, мы продолжим говорить о моем психическом здоровье до конца вечера. Я готов поделиться содержанием приватных бесед и разрыдаться прямо здесь, посреди вечеринки, если таким образом смогу помешать Дасиль разбрасываться намеками.

– Но ты меня удивила тем, что говоришь о Нурии. – Она отпивает глоток коктейля. – Я-то думала, что, уезжая с Тенерифе, он собирался сбежать подальше от всей семьи. Наверное, поджидал, когда я буду подальше от них с Хайме, чтобы к ней подойти.

– Нет, – честно отвечаю я, выдерживая ее взгляд. – В первый раз я поговорил с Нурией у тебя дома и воспользовался ее услугами как психолога, поскольку она внушила мне доверие.

– В моем доме? И что, ты применил ее рекомендации сразу же, как их получил? Потому что, если это так, я бы порекомендовала тебе сменить специалиста. Помнится, тебя сложно было назвать мудрым человеком. Или тем, кто способен нести ответственность. Или хорошим человеком. – И она улыбается мне так, словно именно она – моя девушка. У меня сводит живот, когда я все еще вижу тень моего предательства в ее глазах.

Селия прикусывает губу, смущенная содержанием беседы, – интонации непередаваемые, а она научилась их улавливать – и краснеет.

– Он стал намного лучше. Ты изменишь свое мнение о нем, если дашь ему еще один шанс.

– Уверена, что он стал лучше. Говорят, за великим мужчиной всегда стоит великая женщина. Теперь у него есть такая. Ну, на самом деле их всегда было две, – добавляет она со злой усмешкой и позволяет словам зависнуть в воздухе, прежде чем поставить точку. – Без помощи Нурии он бы точно не стал таким, каким является сейчас.

– Так и есть, – сухо подтверждаю я.

– Слушай, Селия, – продолжает она, повышая голос. – Ты тоже прошлым летом уезжала или оставалась в Мадриде?

– Нет, не в Мадриде. Ты можешь себе представить, при такой жаре?– шутливо говорит она, подбоченясь.– Я уезжала к себе в провинцию, в Кастельон. Воспользовалась такой возможностью, чтобы побывать на фестивале[23], его обычно открывают «The 1975»[24]. Ну и провела там несколько неделек.

– Да ты что! – актерские способности Дасиль определенно улучшились. Она очень убедительно притворяется удивленной. – Прошлым летом мы с Тиаго тоже побывали на концерте. Он тебе рассказывал, в каком был восторге? У него даже подружка появилась. Ее звали Малаика.

Селия выглядит так, словно многого не понимает. Для того, кто не знает, о чем говорит Дасиль, ее голос, должно быть, звучит как испорченный телефон. Сплошь бессмысленные фразы.

– Какое экзотическое имя. Это потому, что на Канарских островах так много людей из Марокко, Сахары и других стран, да? Или что-то в этом роде, мне Тиаго рассказывал. А ты откуда родом? Твои родители приехали откуда-то?

– Ты спрашиваешь потому, что я мулатка? – Я бы сказал, что невозможно чувствовать себя неловко, когда Дасиль так естественно говорит о своем происхождении, но Селия нервничает; возможно, ее беспокоит то, что ее могли понять неправильно. – Мой дедушка по материнской линии из Сахары. Он перебрался в Венесуэлу, познакомился с моей бабушкой, и они остались там на всю жизнь. Моя мать из-за кризиса, как и многие венесуэльцы, эмигрировала на Канарские острова. Но ты только посмотри на Тиаго… – Она искоса смотрит на меня, лукаво улыбаясь. – Он рассказывал тебе всякие скучные подробности своих путешествий. Неужели не рассказывал о Малаике? Идеальная девушка, на самом деле. Кстати, она тоже была из Сахары.

Дасиль начинает волноваться. Лучше бы я взял Селию за руку, за локоть или перекинул через плечо и вытащил отсюда до того, как вулкан извергнется.

– Почему бы нам не пойти потанцевать? – предлагаю я.

Мне неловко это говорить, но я умею скрывать свои эмоции, как настоящий профессионал.

Селия даже близко не соблазнилась. Должно быть, ее ослепила девушка в кроссовках и с африканскими косичками, и хотел бы я ее за это винить, но я ее понимаю. Часть меня, мазохистская, глубоко укоренившаяся в тот день, когда я встретил Дасиль, хочет остаться и смотреть, как она продолжает меня мучить.

Ее изобретательность и способность уничтожить меня следует рассматривать как современное искусство, как в песне IZAL[25]: «Фантастическая загадка, противоестественное явление».

Честно говоря, теперь, вспоминая текст, я прекрасно его понимаю. Как и Микель, я уже два часа созерцаю ад.

– Сейчас мы болтаем с Дасиль, но могу присоединиться к тебе позже.

«Да, чувак, я собираюсь подвигать задницей, чтобы эта парочка следила за мной издалека».

– Давай! – подбадривает меня Дасиль. Бьюсь об заклад, что на этот раз она не притворяется. – Не бойся. Это девчачий разговор. Тебе будет очень скучно.

– Проверь меня и посмотри, будет ли мне скучно, принцесса.

Дасиль достает оливку из своего коктейля и кладет ее в рот. Пока жует, одаривает меня триумфальной улыбкой. Понятно, что сегодня она просто играет со мной, но она знает, что у нее есть преимущество. Проведя свои исследования, она обнаружила, что Селия просто купается в невежестве, а информация – ее информация – это сила.