Страница 50 из 55
Эпилог
Лаки и Майке уже исполнилось по двадцать лет, когда климат вдруг резко изменился, и вместо привычных теплых дождей после жаркого лета пришла долгая, нескончаемая зима, бесснежная и очень холодная. Озеро замерзло, ручьи исчезли, и лес стал безжизненным – черным и пустым.
И в один из серых холодных дней, после долгой и безнадежной борьбы за свои угасающие жизни, Лаки забралась под меховые куртки, согрела постель остатками тепла своего слабеющего тела и окликнула Майку, которая стояла у выхода и тоскливо смотрела в низкое и неподвижное серое небо над заледеневшим озером. Майка бесшумно вздохнула и наполовину прикрыла выход железным листом. Затем она прошла вглубь убежища и тоже забралась под груду меховой одежды.
- По-моему, это конец… - тихо проговорила она.
- Не бойся, Майя, - ласково сказала Лаки и нежно погладила ее белой исхудавшей рукой по щеке и по огненно-красным волосам, стараясь не задеть повязку на голове. – Это ведь совсем не больно. Мы просто заснем и уже не проснемся.
- Я не боюсь, - слабо улыбнулась в ответ Майка. – Я только хотела бы побыть с тобой еще чуть-чуть подольше. И чтобы было тепло. Чтобы можно было еще раз искупаться в озере. И полежать на горячем песке. Еще хотя бы один день…
- Я тоже хотела бы этого, - проговорила Лаки и увидела, как теплый воздух ее дыхания осел инеем на ресницах правого Майкиного глаза.
- А помнишь, - сказала вдруг Майка, улыбаясь, - мы когда-то хотели умереть в один день?
- Да, - улыбнулась Лаки. – Наверное, так оно и будет.
- Лучше так, чем по одиночке, - сказала Майка задумчиво и, взяв руку Лаки, прижала к своей щеке ее холодную бледную ладонь. – Я рада, что мы вместе. И я рада, что мы всегда были вместе… Сестренка… - Она улыбнулась. – Хоть мы и часто ссорились раньше. Помнишь, как мы дрались из-за всяких пустяков?
- Помню, - улыбнулась в ответ Лаки. – И ты обычно побеждала.
- Потому что ты слишком добрая и никогда не дралась со мной по-настоящему, - тихо проговорила Майка. – Ты думала, я никогда этого не пойму?
- Но ведь ты тоже никогда не дралась по-настоящему, - мягко возразила Лаки, тепло глядя на Майку.
Майка опустила взгляд.
- Однажды мне хотелось убить тебя… - сказала она.
- Я знаю. Я навсегда запомнила тот день.
- Я тоже навсегда запомнила твое лицо, разбитое в кровь. Я никогда этого не забывала и всегда хотела попросить у тебя прощения, но каждый раз боялась об этом заговорить. Прости меня, Лаки.
- Я никогда не держала на тебя обиду за это, Майя, - тихо проговорила Лаки. – Я помню, как ты плакала, сжавшись в комок на полу. Я помню каждое слово из тех, которыми ты просила меня не оставлять тебя одну. А я повела себя, как самая последняя скотина. Ты отлупила меня и правильно сделала. Меня еще не так надо было отлупить. Ведь я причинила тебе такую огромную боль. Я виновата намного больше тебя, Майя. Прости меня.
- Я простила тебя в тот же день, - сказала Майка. – Когда ты пообещала мне, что больше никогда не уйдешь. А помнишь, - помолчав, проговорила она вдруг с улыбкой, - как я сорвалась в ту яму в башне, а ты вытащила меня? Тогда мы с тобой еще даже не знали друг друга и подрались по-настоящему, но ты все равно помогла мне.
- Помню, - невольно улыбнулась Лаки. – Это был один из самых лучших дней в моей жизни.
- И в моей тоже. По правде сказать, я думала, что мне конец.
- А я думала, что мне конец, когда меня укусила змея.
- В тот раз я тоже думала, что тебе конец, - тихо сказала Майка.
- Я жива только благодаря тебе, - проговорила Лаки.
- Как и я, - ответила Майка.
Они замолчали и несколько минут с теплотой смотрели в поблескивающие в темноте глаза друг друга.
- Ну, давай прощаться? – с грустью прошептала Майка.
- Давай, - ответила Лаки.
Она уже чувствовала, как глаза ее закрываются от слабости. Ей овладело неодолимое желание прижаться к Майке покрепче, зарыться лицом в ее плечо, хоть немного согреться и – спать, спать, спать…
Майка положила свою ладонь на голову Лаки и погладила ее по холодной щеке. Из серых глаз скатились две слезинки и тут же замерзли.
- Не плачь, - сказала Майка.
- Не буду, - печально улыбнулась Лаки.
- Прощай, Лаки, - прошептала Майка. – Ты – самый лучший друг, который у меня был. И ты навсегда им останешься.
- И ты тоже, Майя, - тихо ответила Лаки. – Я навсегда останусь с тобой на берегу этого озера под теплым летним солнцем… Прощай…
Она закрыла глаза и уткнулась лицом в Майкино плечо, все глубже проваливаясь в тягучее и холодное забытье и безвременье… А потом холод незаметно исчез и вокруг снова было тепло и солнечно, и Майка по обыкновению звала ее купаться. И счастливая Лаки, навсегда позабыв обо всех невзгодах, с радостью побежала за ней…
Прошел день, и прошла ночь, а потом еще день. Вокруг все застыло и словно само время остановилось в холодном доме под холмом на берегу заледеневшего озера.
Но вот где-то рядом тихо зазвучали легкие шаги и неспешно приблизились. Две тени склонились над двумя девушками. И одна из теней усмехнулась.
- Столько сентиментальных соплей. Посмотри два дня назад.
- Я видел. Хорошо, что мы решили заглянуть к ним на обратном пути.
- Да брось, они уже почти ледышки. Через несколько часов все уже будет кончено. Да и зачем им жить? Все равно в этом мире почти никого больше не осталось и здесь уже никогда ничего не будет. Очередной мертвый мир под мертвым солнцем.
- Солнце можно сделать прежним, а что касается людей… Им ведь и вдвоем было весело и интересно, так почему бы не подарить им еще несколько лет такой жизни?
- Ну, не знаю. Как по мне, оно того не стоит. Посмотри, какой шикарный финал. По-моему, такой исход гораздо лучше, чем любой другой, который здесь возможен. К тому же, они потеряли не так уж и много. Ведь в таком мире, как этот, у них оставалось не больше десяти лет времени жизни.
- Время жизни… Тогда давай подарим им время. Сейчас… Вот и все. Теперь время для них остановится.
- Опять эти твои фокусы с обратной цикличностью генотипа… Одних ты уже на нашу голову научил этой штуке, у них там теперь полпланеты такие. А эти двое – они же теперь практически бессмертны. И их почти невозможно будет убить, регенерация же просто чудовищная. Ты подумал об этом?
- Я уверен, что они не станут досаждать другим аборигенам этого мира… Так, теперь солнце…
- Я говорю о том, что когда-нибудь им надоест жить, но умереть они не смогут. И тогда они просто сойдут с ума.
- Посмотри на них. Вряд ли им надоест жить.
- Ну, не знаю. Может быть, ты и прав, конечно… Ладно, делай, как знаешь. По большому счету, мне все равно.
- Я почти закончил. Ну, вот и все. Славные они все-таки. Думаю, теперь все будет в порядке… Ну, идем?
- Идем. А впрочем… Погоди-ка секунду, я только гляну одну штуку. Когда-то здесь была еще одна достаточно примечательная личность… Ага, вот ты где. Ну, теперь точно все. Идем?
- Идем.
- И все-таки, что ты нашел? Нулевой мир? Прямо в этой вселенной?
- Нет, гораздо дальше. Или ближе. В зависимости от того, как считать.
- Не терпится увидеть.
- Скоро увидишь. То есть, относительно скоро.
- Хватит уже так скорбно на них смотреть, сам же сказал, что теперь все будет хорошо. Пошли уже.
- Да… Пошли.
И две тени исчезли так же внезапно, как и появились, а на полу, прямо на том месте, где они только что стояли, вдруг весело запрыгал солнечный зайчик, пробивающийся сквозь листву кленов снаружи.