Страница 24 из 24
Лаки обессилено привалилась к бетонной стене.
Нет… Не изобью… Ничего я ей не сделаю, только бы вернулась. Только бы вернулась живой. Пусть как угодно побитая и истерзанная, но только живая. Майя, пожалуйста, найдись, умоляю, я сделаю для тебя все, что захочешь, только вернись живой, Майя!..
Комок опять подступил к горлу Лаки, и она вновь заревела.
Плача, она в сотый раз лихорадочно пыталась сообразить, что могло случиться с Майкой, но ничего не могла понять. В голову по-прежнему лезли только всякие дурацкие мысли о похищении синеглазыми чужаками и о том, что Майка могла упасть с большой высоты и потерять сознание. Думать о более страшном исходе Лаки себе запрещала.
Но если Майка сорвалась откуда-то и сильно разбилась, то где это могло случиться? За последние несколько часов Лаки уже много раз оббегала все здание изнутри и снаружи, а также осмотрела все соседние постройки. Майки нигде не было. Едва начав поиски, она сразу же наткнулась на сквозную шахту, идущую через все здание, и подумала о том, что Майка могла упасть туда. Но, спустившись по шаткой ржавой лестнице, Лаки ощупью обнаружила, что шахта наглухо завалена какими-то громоздкими обломками на уровне подвальных помещений и что Майки в ней нет.
Вариант с нападением тоже не выглядел правдоподобным – все вокруг оставалось мертвым и неподвижным, и Лаки чувствовала, что кроме нее и Майки здесь уже давным-давно никого не было. Но даже если бы Майка и наткнулась на чужаков, и те попытались бы причинить ей вред, то Лаки уж наверняка тотчас же узнала бы об этом, потому что вопить Майка умела очень громко. Но ничего такого Лаки не слышала. С тех пор, как она видела Майку в последний раз, в здании стоит мертвая тишина, не считая ее собственных криков и плача. Но, может быть, Майку подкараулили, незаметно подобрались к ней со спины, оглушили, зажали рот или ударили ножом, так, что она даже и ахнуть не успела!
Воображение тут же услужливо и весьма реалистично нарисовало Лаки испуганное Майкино лицо с огромными, широко распахнутыми глазами, наполненными смертельным ужасом и мольбой о помощи, и с зажатым чьей-то грубой и грязной ладонью ртом. Мысль эта была настолько невыносимой и страшной, что Лаки впала в последнюю степень отчаяния.
- Майя!.. – взвыла она и, ревя, упала на колени.
…Лаки не помнила, как долго она плакала. Когда она все же пришла в себя, в голове ее снова промелькнула дикая мысль о том, что Майка просто шутки ради бросила ее здесь одну, а сама ушла домой и теперь ждет ее на берегу озера.
Лаки вяло поднялась на ноги. Мельком она подумала о том, что рюкзак так и остался лежать на третьем этаже, но тут же забыла про него. Она ни капли не верила, что Майка могла уйти одна, и знала, что, вернувшись домой, обнаружит закрытый еще утром вход, а за ним – пустое убежище. Но бездействие было для Лаки намного мучительнее бессмысленных поступков, и она, едва отрывая от пола уставшие ноги, уныло побрела к выходу из здания.
И очутившись на улице, Лаки почти сразу же увидела вдалеке на дороге, залитой последними лучами заходящего солнца, бегущую к ней Майку.
- Майя!.. – закричала она надломившимся голосом и слезы с новой силой брызнули из ее глаз.
Лаки с неимоверной силой сорвалась с места и бросилась навстречу Майке. Через несколько шагов она споткнулась о задранный край растрескавшегося дорожного покрытия, кубарем прокатилась по земле, обдирая в кровь локти и колени, но, не замечая ничего этого, тут же снова вскочила и, подбежав, наконец, к радостной Майке, со всей силы ударила ее ладонью по щеке, а затем еще и еще раз. После этого силы оставили ее, она упала на колени, судорожно вцепилась пальцами в Майкину одежду, словно боясь потерять Майку снова, и, уткнувшись лицом в ее живот, громко, навзрыд заплакала.
А Майка молча терла краснеющую и опухающую щеку, и хоть ей и было обидно от этих трех пощечин, она не смела сказать Лаки ни единого слова упрека, отлично понимая, какое сильное страдание, пускай и не нарочно, она причинила своей самой близкой и единственной подруге. Но когда через несколько минут Лаки, выплакавшись и все еще всхлипывая и размазывая слезы по лицу, поднялась на ноги и дрожащими руками обняла ее и крепко прижала к себе, Майка почувствовала себя самой счастливой на свете.
- Как хорошо, что ты вернулась! – прошептала Лаки сквозь слезы.
- Да, - согласилась Майка, тоже обняв Лаки. – Хорошо, что ты меня дождалась. Вдвоем идти домой веселее.
- Ящерица!.. - всхлипнула Лаки и поглядела на нее счастливыми и заплаканными глазами.
- Поточишь мне нож в последний раз? – радостно улыбаясь, спросила Майка.
- Майя, я буду точить его тебе всегда! – пообещала Лаки и снова крепко-крепко обняла Майку.
P.S. Эта книга находится в процессе написания, и для того, чтобы быть в курсе публикаций новых глав, рекомендуем добавить книгу в свою библиотеку либо подписаться на Автора.
Спасибо.