Страница 58 из 206
Глава 7.
Арагонская интервенция
(август — октябрь 1282 года)
В конце лета 1282 года, пока Карл Анжуйский вёл напряжённую осаду Мессины, которая, вполне вероятно, определила бы судьбу Сицилии, Педро III Арагонский находясь Колло боролся с трудноразрешимой дилеммой. Он занял почти идеальную позицию для вторжения на остров, но не мог этого сделать, если не получит приглашения. В противном случае он рисковал создать у сицилийцев и остальной Европы впечатление, что просто заменит одного нежелательного автократа другим. Педро III знал, что именно он является решением сицилийской проблемы и ему просто нужно было убедить в этом сицилийцев.
С момента прибытия в Африку в конце июня Педро III занял почти опустевший Колло и прилегающее побережье, но у него не было достаточно сил, чтобы двинуться на Константину. Он мог лишь укреплять свой лагерь и время от времени совершать вылазки вглубь страны, ожидая развития событий на Сицилии. Тем временем множились непрекращающиеся набеги сарацин и проблемы снабжения и мотивации солдат находящихся во враждебной стране
[357]
[Bernat Desclot, Chronicle of the Reign of King Pedro III of Aragon, A.D. 1276–1285, trans. F. L. Critchlow (Princeton, 1928), ch. XII, pp. 44–5; Ramon Muntaner, Chronicle, trans. Lady Goodenough (2 vols, London, 1920), I, ch. LI, pp. 120–2. См. также Michele Amari, La Guerra del Vespro Siciliano (9th edn, 3 vols, Milan, 1886), I, pp. 277–80.]
. В конце концов, советники короля, в том числе и Роджер ди Лаурия, рекомендовали ему отправить посольство к Папе, якобы с просьбой о "деньгах и индульгенциях" для завоевания "Варварии" для христианства
[358]
[Desclot, Chronicle, chs XII–XIV, pp. 44–9; Muntaner, Chronicle, I, ch. LII, pp. 123–6. См. также Amari, Guerra del Vespro Siciliano, I, p. 280.]
. Однако Микеле Амари, ссылаясь на французские источники, утверждает, что это посольство, состоящее из Гильема де Кастельну и Педро де Керальта, прежде чем добраться до папского дворца в Монтефьясконе, побывало в Палермо
[359]
[Amari, Guerra Del Vespro Siciliano, I, pp. 280–1.]
. Изучение источников позволило Стивену Рансимену в основном согласиться с этим утверждением, за исключением того, что он считает, что арагонские послы встретились с парламентом Палермо на обратном пути из Рима
[360]
[Steven Runciman, The Sicilian Vespers (Cambridge, 1958), p. 226.]
. В любом случае, результат был тот же: просьба Педро III о поддержке была Мартином IV отклонена, как король, должно быть, и ожидал. А вот тайная встреча Кастельну с сицилийцами в Палермо оказалась плодотворной
[361]
[Desclot, Chronicle, ch. XIV, pp. 48–9; Saba Malaspina, Rerum Sicularum Historia, in Cronisti e scrittori sincroni napoletani editi e inediti, ed. Giuseppe del Re (2 vols, Naples, 1868), II, bk IX, chs X–XI, pp. 359–61; Muntaner, Chronicle, I, ch. LII, pp. 123–6; Bartolomeo di Neocastro, Historia Sicula (1250–1293), in Cronisti e scrittori sincroni napoletani editi e inediti, ed. Giuseppe del Re (2 vols, Naples, 1868), II, ch. XLIV, pp. 455–6.]
.
По правде говоря, сицилийцы к этому времени, должно быть, поняли, что у них практически нет выбора, ведь Карл с огромной армией буквально стоял у ворот Мессины, а папство категорически отказывалось выступить в защиту острова. Вскоре сицилийцы отправили в Колло делегацию, в состав которой входили два посланника из Палермо и три из Мессины. Они прибыли в Колло где-то в середине августа. Педро III сначала вел себя уклончиво и проявлял показное нежелание принять корону Сицилии, но в конце концов пришёл с посланниками к взаимоприемлемому соглашению о вступлении на престол от имени своей жены Констанции, законной наследницы династии Гогенштауфенов. Он поклялся не только защищать королевство от анжуйских притязаний, но и уважать священные традиции, обычаи и права островитян (то есть, умеренное налогообложение и взвешенные требования к военной службе), существовавшие со времён царствования Вильгельма II Доброго из династии Отвилей, внука уважаемого народом Роджера II — первого короля острова
[362]
[Desclot, Chronicle, ch. XVI, pp. 52–5; ch. XVIII, pp. 61–2; Malaspina, Rerum Sicularum Historia, bk IX, chs VII–IX, pp. 356–9; Muntaner, Chronicle, I, chs LIV–LVIII, pp. 127–35; Niccolò Speciale, Rerum Sicularum, ed. Ludovico Muratori (Rerum Italicarum Scriptores, X, Milan, 1727), bk I, chs X–XII, cols 930–2. См. также Amari, Guerra del Vespro Siciliano, I, pp. 67–9, 282–8; Runciman, Sicilian Vespers, p. 227.]
.
Высадка арагонцев на Сицилию
(30 августа 1282 года)
Вскоре после этого Педро III свернул лагерь и в конце августа погрузил свою армию на корабли. По словам Рамона Мунтанера, численность королевских войск, с момента прибытия к алжирскому побережью, значительно увеличилась. Корабли с подкреплениями прибывали из Каталонии почти ежедневно
[363]
[Muntaner, Chronicle, I, ch. LI, p. 122.]
. Хронист оценивает численность пехоты как минимум в 40.000 человек,
[364]
[Muntaner, Chronicle, I, ch. XLVI, p. 112. См. также Giova
но Марино Санудо Торселло предлагает более убедительную цифру в 8.000
альмугаваров
и 600 рыцарей,
[365]
[Marino Sanudo Torsello, Istoria del Regno di Romania, in Chroniques Gréco-romanes inédites ou peu co
которые, по подсчётам Джованни Аматуччо, прибыли примерно на 30–50 кораблях, из которых 22 были боевыми галерами
[366]
[Amatuccio, Storia Militare della Guerra del Vespro, p. 36.]
. Флот отплыл из Северной Африки около 25 августа и прибыл в Трапани 30-го, где был с ликованием встречен жителями города. Из Трапани Педро III по суше отправился к Палермо, а флот под командованием Рамона Маркета следовал за ним минуя мыс Сан-Вито и залив Кастелламмаре. Арагонский король вошёл в город 2 сентября — в тот же день, когда Карл предпринял очередную безуспешную атаку на Монте-делла-Каперрина. Педро III встретили звуками труб и восторженными криками толпы, словно он был победителем-цезарем, возвращающимся в Рим для своего триумфа. 4 сентября, повторив своё обещание править по образцу нормандских королей древности, Педро III был провозглашен королем Сицилии собравшейся в Палермо знатью
[367]
[Desclot, Chronicle, chs XVIII–XIX, pp. 61–6; Malaspina, Rerum Sicularum Historia, bk IX, ch. XII, pp. 362–3; Muntaner, Chronicle, I, ch. LX, pp. 136–8; Neocastro, Historia Sicula, ch. XLV, p. 456; Speciale, Rerum Sicularum, bk I, ch. XIII, cols 932–3. См. также Amari, Guerra del Vespro Siciliano, I, pp. 261–2, 287–9; Runciman, Sicilian Vespers, pp. 225–8.]
.
На военном совете все согласились, что первоочередной задачей должна стать деблокада осажденной Мессины
[368]
[Speciale, Rerum Sicularum, bk I, ch. XVI, cols 934–5. См. также Amari, Guerra del Vespro Siciliano, I, pp. 294–5.]
. С этой целью было решено привлечь местное ополчение. По словам Берната Десклота, сицилийцы были крайне обескуражены потрепанной армией Педро III, прибывшей после трудной африканской кампании: