Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 194 из 206

. Федериго III усугубил разочарование противника, отправив Симоне де Вальгуарнеру в смелую миссию по оказанию помощи осаждённым. Отважный каталонский рыцарь с 200 конными воинами и сопровождающей их пехотой ночью прокрался вдоль пляжа мимо анжуйских часовых и незаметно проник в город, подняв боевой дух его защитников. К середине августа жара и болезни нанесли захватчикам гораздо больший вред, чем любые войска, которые Федериго III мог бы выставить против них. Падёж лошадей осаждающих сократил число их здоровых скакунов до менее чем 500. Затем инфекционные заболевания стали опустошать и ряды самой армии

[1112]

[Muntaner, Chronicle, II, ch. CXCVII, pp. 476–7; Villani, Nuova Cronica, II, bk VIII, ch. L, p. 55. См. также Amari, Guerra del Vespro Siciliano, II, p. 460; Amatuccio, Storia Militare della Guerra del Vespro, p. 155.]

. Лучшие капитаны Федериго III — Уго д'Ампуриас, Беренгер д'Энтенса, Маттео ди Термини и Роже де Флор — умоляли короля позволить им добить врага, но монарх не желал особо спешить. В конце концов, некомпетентность командования анжуйской армии и изнурительные условия осады, в которых теперь находился враг, достигали желаемой цели без пролития сицилийской крови. Солнце само по себе вскоре должно было сделать то, что нужно. Федериго III же лишь приказал стягивать в Корлеоне феодальные и муниципальные ополчения, в предвкушении развязки этого заключительного акта великой войны за Сицилию

[1113]

[Anonymi Chronicon Siculum, ch. LXX, p. 180; Muntaner, Chronicle, II, ch. CXCVIII, pp. 477–8; Speciale, Rerum Sicularum, bk VI, ch. X, cols 1040–1. См. также Amari, Guerra del Vespro Siciliano, II, p. 460; Amatuccio, Storia Militare della Guerra del Vespro, p. 156.]

.

Карл де Валуа не мог не осознавать, насколько безнадежным стало его положение. Казалось, что жаждущие мести сицилийцы вскоре нанесут ответный смертельный удар. Кроме того, вся эта экспедиция была для графа лишь средством достижения иной цели, ведь он мечтал о завоевании Константинополя и восстановлении Восточной Латинской империи. И вот, несмотря на возражения Роберта Калабрийского, по-прежнему не желавшего отказываться от обещанного, Карл решил воспользоваться прерогативой, предоставленной ему отцом герцога и попытался вступить в мирные переговоры. Примерно 19 августа он отправил двух своих самых "решительных рыцарей", Теобальдо де Чиппио и Америго де Суса, в Кастроново (примерно в 48 км к северо-востоку), куда Федериго III перебазировался в рамках подготовки к финальной схватке. Посланники сумели договорились с сицилийским монархом о предварительных условиях мирного соглашения. Несколько дней спустя, 24 августа, главные участники (Карл де Валуа и Федериго III) в сопровождении своих свит встретились в крестьянском доме на полпути между Шаккой и Кальтабеллоттой, чтобы заключить официальное соглашение. Главным представителем Федериго III был Винчигуэрра Палицци, а Карл вполне закономерно выбрал своим переговорщиком Роджера де Лаурия

[1114]

[Anonymi Chronicon Siculum, ch. LXX, p. 180; Speciale, Rerum Sicularum, bk VI, ch. X, cols 1041–2. См. также Amari, Guerra del Vespro Siciliano, II, pp. 461–3.]

. В конце концов, граф, должно быть, пришёл к выводу, что не может быть никого более подходящего для достижения соглашения, чем человек, с таким отличием служивший обеим сторонам на протяжении всей долгой борьбы. Учитывая обстоятельства, вероятно, именно по совету адмирала Карл и решил добиваться мира.

31 августа 1302 года Карл де Валуа и Федериго III Сицилийский официально подписали соглашение, ставшее известным как договор в  Кальтабеллоте, наконец-то, положившим конец Войне Сицилийской вечерни, поскольку впервые его условия учитывали интересы всех заинтересованных сторон. Это не являлось абсолютной победой, на которую рассчитывал Бонифаций VII, но даже его убедили, хоть и неохотно, ратифицировать договор в 21 мая 1303 года. В обмен на дань в размере 3.000

унций

Святому Престолу Федериго III сохранял бесспорный суверенитет над Сицилией как "король Тринакрии" ("Три мыса" — древнегреческое название острова) до своей смерти, после чего власть должна была перейти к преемникам Карла II, которые продолжали бы править материковой частью королевства, сохранив титул "короля Сицилии"

[1115]

[Rainaldi, A

. Наследники Федериго III должны были получить компенсацию в виде королевства Кипр, Сардинию или 100.000

унций

. Договор должен был быть скреплен браком Федериго III с Элеонорой, младшей дочерью Карла II. Все анжуйские войска должны были быть немедленно выведены с Сицилии, а Федериго III обязался отозвать все свои силы с итальянского полуострова. Конечно, был произведен обмен пленными, включая Филиппа Тарентского, находившегося в заключении после поражения при Фальконари. Но не всё было прощено. Вассалы, восставшие во время войны против своего сюзерена, считались лишёнными своих владений, но это не касалось двух главных переговорщиков по заключению договора: Винчигуэрра Палицци, было разрешено сохранить свои владения в Калабрии, а Роджеру ди Лаурия оставить за собой Ачи-Кастелло на Сицилии

[1116]

[Anonymi Chronicon Siculum, ch. LXX, pp. 180–1; Muntaner, Chronicle, II, ch. CXCVIII, pp. 478–9; Ptolemy da Lucca, Die A

.

Так закончился конфликт, дорого обошедшийся почти всем его участникам. Пока Роберт Калабрийский занимался 43-дневной осадой Шакки, в Термини скончалась его любимая молодая жена Иоланда, также бывшая сестрой короля Федериго III. Примерно в то же время в Барселоне умерла их мать, почитаемая сицилийцами, королева Констанция

[1117]

[Speciale, Rerum Sicularum, bk VI, ch. IX, col. 1040; Zurita, Anales de la Corona de Aragón, bk V, ch. LV. См. также Amari, Guerra del Vespro Siciliano, II, p. 462.]