Страница 101 из 136
Самое обидно, на два размера больше, чем у неё. Разве можно мириться с такой несправедливостью? Правильно. Нельзя!
— От овцы подачек не принимаю, — огрызнулась Лотос, создавая на полу ледяную дорожку, по которой ласточкой понеслась дальше, словно по ледяной горке, не снижая скорости.
— Тебе и не предлагают, — злобно заявила Кукла, щёлкнув пальцами.
Прямо на пути скользящей по льду головой вперёд Лотоса упала здоровенная гранитная плита, похожая на надгробие. Впрочем, это и было надгробием, недавно пропавшим из салона ритуальных услуг. Однако алхимик вновь продемонстрировала свою сноровку и смекалку, невероятно быстро создав перед барьером трамплинную горку, благодаря которой перелетела препятствие. Словно кошка, развернувшись в полёте, метнула в Куклу небольшую склянку с непонятной жидкостью, после чего в ту же секунду выполнила технику морозного тумана. Подобно цунами плотная белая завеса разнеслась по арене, обнуляя видимость.
Насторожившаяся Кукла немедленно приготовилась перемещать очередной подозрительный предмет. Сформировала перед собой пространственное зеркало. Пристально всматриваясь в туман, замерев лицом к противнице, заклинательница едва не пропустила коварный удар с флангов. Сразу с обоих сторон в неё по дуге прилетели две группы ледяных метательных ножей, чей полёт явно корректировали. Поэтому Кукле самой пришлось спешно телепортироваться прямо в гущу морозного тумана, прыгнув по случайным координатам, чтобы не превратиться в сердитого ёжика.
Склянка, кстати, в ловушку так и не прилетела. Легче от этого Кукле не стало, поскольку этот туман был способен за считаные мгновения заморозить всё, чего касался, превратив её в ледяную скульптуру. Защитив себя аурой, обладающей фиолетовым оттенком, Кукла после прыжка не успела даже дух перевести, как была вынуждена срочно уворачиваться от уродливого мутанта, неожиданно выскочившего из плотной завесы молочного цвета. Он выглядел похожим на гигантского белого волка с длинными мускулистыми руками, растущими у него на плечах, держащими ледяные мечи, а также с дополнительной, ещё более чудовищной клыкастой пастью на груди.
Перед следующей телепортацией, решив не ввязываться в ближний бой, Кукла бросила в чудную зверушку пачку сразу же облепивших его взрывных печатей.
— Плагиаторша! — возмущённо выкрикнула заклинательница в чёрном платье уже из другого места.
После мощного взрыва, уничтожившего порождение больного воображения, всколыхнувшего озеро морозного тумана, Кукла язвительно добавила:
— Фу такой быть. Жалкая подражательница.
— Не жалкая, а продвинутая. И не подражательница, а последовательница, — одновременно со всех сторон донёсся спокойный голос Лотос, усиленный духовной техникой.
За счёт приёма, названного «искажённое эхо», она полностью скрыла своё местоположение.
— Одни отговорки, — сердито возразила Кукла.
Не видя противницы, заклинательница не могла нацелить на неё свои способности, туман блокировал не только видимость, но и духовное восприятие, а вот Лотос подобных проблем не испытывала. С разных сторон в разговорчивую Куклу полетело множество ледяных метательных ножей, острых — как бритва, и прочных — как сталь.
Некоторое время ловко уворачиваясь, размазывая руками и активно двигая поясницей, поняв, что им не будет конца, Кукла остановилась. Она специально подставилась, поймав один из ножей весьма своеобразным способом. Со свирепым выражением лица выдернув его из предплечья, безжалостный дух детской куклы тут же провел окровавленным пальцем по лезвию и что-то быстро прошептал. Где-то в тумане неожиданно закашлялась Лотос. Причём каким-то неприятным, хриплым, мокрым кашлем.
— Кровь за кровь, глаз за глаз, — злорадно объявила Кукла, перемещаясь за мгновение до того, как её пронзило сплошным шквалом ледяных игл.
Понимая, что такая игра в прятки с догонялками может сильно затянуться, обе девушки перешли к более решительным действиям, подняв ставки. Лотос чудовищным выбросом морозной ци превратила весь туман в один сплошной ледник, вмораживая в него всё, что находилось внутри, от края до края. Кукла, не жалея взрывных талисманов, за мгновение до этого успела рассеять их по всей арене, создав минное поле, которое сразу же и подорвала, превратив ледник в сплошную мешанину пара, осколков и пересекающихся взрывных волн. От такого воздействия вся арена заходила ходуном, едва не обрушив потолок, погребая её под землёй вместе со зрителями.
Когда дым рассеялся, поражённый Матвей, мысленно матеря этих вандалов в юбках, увидел обеих девушек стоящими на высоких ледяных столбах, позволивших им подняться над туманом до того, как тот превратился в море из огня и льда. Видимо, Кукла успела ещё и отжать одну из платформ у Лотоса, заставив её вырастить себе вторую. Вокруг заклинательницы в чёрном платье, застывшей в героической позе, окружённой пылающей фиолетовой аурой, кружились десятки гвоздей и взрывных талисманов, а вокруг горделиво стоящей напротив принцессы в белом платье, с такой же яростной аурой, но голубого цвета, кружились покрытые морозным узором ледяные щиты и фигурные, многолучевые снежинки с острыми краями, размером с большую тарелку.
Взмахнув широким, свободно болтающимся рукавом своего платья, Лотос создала сотни маленьких голубых лепестков, наполненных её морозной ци. Свободно управляя ими, она направила в Куклу потоки красиво летящих и выглядящих обманчиво безобидными, нежных лепестков. Острых, словно бритвы. Та в ответ тоже не стала мелочиться, применив высокоуровневую, очень опасную технику гигантской вакуумной чёрной дыры, вокруг которой закручивались вихри засасываемого внутрь воздуха. Туда же затянуло и лепестки. Прежде чем чёрная сфера долетела до Лотоса, та бросила в неё склянку с чем-то, отчего она очень быстро промёрзла насквозь, забитая словно ледяной пробкой. Упав с большой высоты, это теперь уже ледяная сфера громко разбилась.
Сложив ладони, Кукла выстрелила в Лотос техникой воздушного тарана, созданной на основе телекинеза. Молниеносно воздвигнув перед собой высокую ледяную стену, белая принцесса защитилась от этой атаки. Вздрогнув до основания и покрывшись сеточкой трещин, стена устояла, однако с её внутренней стороны вырос большой конический ледяной цветок, состоящий, казалось, из одних лишь шипов.