Страница 54 из 100
«Заставь его страдать. Мне нужен этот рецепт. Если он не будет кричать, значит, кричать будет Кэди»
. Грёбаный ублюдок.
— Давай покончим с этим, — буркнул я.
Псих пошёл рядом со мной, когда мы спустились на нижний уровень Подполья. Мы молчали, проходя мимо охраны и тех больных извращенцев, которые платили за то, чтобы проводить здесь время. Я смотрел только вперёд, не удостаивая никого даже вторым взглядом.
— Как думаешь, это хорошо закончится? — спросил я, когда мы приблизились к месту, где держали Фокса.
— Я почти ничего не вижу. Только обрывки и куски, — пробормотал Псих. — Мы в потёмках, импровизируем, дружище.
Я вздохнул. Этого я и боялся.
— Ты не слишком увлёкся кайфом? — спросил я, помня, как он жаловался на «нормальность» в трезвом состоянии.
Он пожал плечами:
— Может быть. Возможно, я бы видел лучше, если бы ты снова повёл меня есть мороженое.
Я покачал головой: — Если это поможет, я отведу тебя за мороженым.
— Да? — он оживился. — Стоит попробовать. Но ты позволишь мне заказать за тебя. Что-нибудь эдакое, изысканное.
— Ладно, — буркнул я.
— Отлично. Тогда давай закончим побыстрее, чтобы я мог получить десятую отметку на своей карточке. Это значит — бесплатное мороженое в следующий раз.
Я закатил глаза. Ебать, ну и странный же он.
— Открывайте, — рявкнул я охране у двери в камеру Фокса.
Они быстро отперли замок и впустили нас. Мы вошли и увидели Фокса: он сидел, опустив голову, прикованный к металлическому стулу. Я остановился прямо перед ним. Он был крупным мужчиной. Высокий. Мускулистый. Не уступал ни мне, ни Психу в размерах.
— Фокс Эванс, — прошептал я.
Он был в ужасном состоянии. Кровь просачивалась сквозь повязку на плече. Мой отец приказал одному из своих хирургов извлечь пулю и подлатать его. Не из жалости. А чтобы он был достаточно здоров и агония длилась дольше. Вот до какой степени этот ад был пропитан гнилью.
Он смотрел на меня подрагивающими голубыми глазами, его чёрные волосы спутались в колтуны.
— Ты знаешь, кто я? — спросил я.
— Данте Чёрч, — ответил он голосом, едва слышным шёпотом.
— Тогда ты знаешь, чем я занимаюсь.
Он не ответил. Снова опустил голову. Ему было нехорошо, но я знал, что он не ел уже больше недели. А ведь это было лишь начало пыток, которые ждали его в этом аду.
— Он голоден, — сказал Псих, подходя ко мне. — Ешь.
Псих вытащил из кармана куртки сэндвич.
Фокс одарил его кислым взглядом. Он был привязан и не мог взять еду. Псих тихо рассмеялся:
— Прости, Фокси. Где мои манеры? Открывай. Я тебя покормлю.
— Я не ем людей, — прорычал на него Фокс. Я тихо усмехнулся. Значит, он действительно слышал обо мне.
— Я тоже стараюсь этого не делать, но в чужой монастырь со своим уставом, верно? — ухмыльнулся Псих.
Фокс продолжал хмуриться. На самом деле он был очень похож на Психа. Чёрные волосы. Ярко-голубые глаза. Немного дерзости в поведении. Я нахмурился, заметив это.
— Полегче, — продолжил Псих. — Это с арахисовой пастой и джемом. Виноградным. Розали любит виноградный.
Фокс широко открыл глаза, его кадык дёрнулся при упоминании имени Розали.
— Откуда ты знаешь Розали? — потребовал Фокс, его голос дрожал.
— О, не волнуйся. Её здесь нет. — Псих склонил голову влево, глядя на него. — Я проводил с ней время, тут и там. Красивая девушка. Я понимаю, в чём её притягательность. Ты везучий парень, — сказал он. — Я прижимал её к себе всего пару недель назад. Её ноги были обхвачены вокруг моей талии. Мне нравится крошечная родинка, которая почти похожа на звезду у неё на ключице. Если бы я собирался её съесть, я бы начал именно с этого места. Она пахнет как рай.
Фокс зарычал, борясь с путами, пытаясь дотянуться до Психа.
— Заткни свой грёбаный рот, — выкрикнул он, его голубые глаза бешено сверкали. — Не смей говорить о ней! Не смей произносить её грёбаное имя, кусок дерьма!
— Так… это был отказ от сэндвича? — нахмурился Псих.
— Псих, хватит. — Я выхватил у него сэндвич и опустился на колени перед Фоксом. — Фокс. Ешь. Тебе понадобятся силы.
Фокс дрожал, глядя на меня.
— Пошёл. Ты. Нахер.
Я вздохнул:
— Это не яд. Обещаю. Я не плохой парень. На самом деле.
Фокс не проронил ни слова. Он просто смотрел на меня, его челюсть подрагивала.
— Он не будет есть, — пробормотал Псих, подаваясь вперёд и приподнимая подбородок Фокса. — Ты ведь сильный, верно?
Фокс плюнул в него.
— И совершенно негигиеничный, — Псих вытер лицо.
— Иди к чёрту, — прошипел Фокс, сверля его взглядом.
Псих рассмеялся:
— Ты вообще оглядывался вокруг, Фокси? Мы в аду. На шестом круге, если быть точным.
— Фокс, моя работа — пытать тебя, — вмешался я. — Я не получаю удовольствия от пыток слабых.
— Я в таком положении, что мне глубоко плевать на твои удовольствия, — огрызнулся Фокс.
Я посмотрел на Психа, который снова склонил голову влево.
— Скажи ему, — прошептал Псих. — Фокс должен знать.
Фокс затрясся на стуле от истощения и боли.
— Ты болен, — сказал я. — Ты не выживешь здесь, если не будешь сильным. Ты не сможешь вернуться домой, Фокс.
Фокс смотрел на меня подрагивающими глазами. Он был в ужасе. Я умел читать страх других людей. Но он был силён, и я уважал это.
— Если собрался убить меня, делай это быстро, — прохрипел Фокс.
— Ты же понимаешь, что я должен причинить тебе боль? — спросил я.
Фокс отвернулся. Я подался вперёд, понизив голос до минимума.
— Твоя девушка — моя сестра, — прошептал я.
Он напрягся от моих слов.
— Такая связь, похоже, даёт тебе право на мою защиту, — продолжил я так же тихо. Я не мог скрыть дрожь в голосе, произнося это. — Но я хочу, чтобы она была со мной. Я хочу, чтобы моя сестра вернулась домой, ко мне.
Фокс посмотрел на меня, приоткрыв губы.
— Не обижай её, — прошептал он. — Данте. Пожалуйста. Если тебе нужно выплеснуть гнев и ненависть на кого-то, выбери меня, только не её. О-она — всё, что есть светлого и совершенного в этом мире. Пожалуйста, не трогай её. Я умоляю. Пожалуйста. Помилуй.
Она была для него ключом ко всему. Он был человеком, который любил свою девушку и был готов умереть за неё. Мне нравилось, что он готов кричать её имя. Это означало, что он лучше многих других мужчин. Я хотел, чтобы мою сестру защищал именно такой человек. Я понимал, что значит быть готовым умереть за тех, кого любишь.