Страница 53 из 100
— Ага. — Псих пожал плечами. — И Архангела. Слышал о нём?
— Конечно, я, блядь, слышал о нём, — прорычал я.
Архангел был одним из главных кошмаров моего отца в этом городе. Архангел — подпольный боец. Непобедимый. Мой отец посылал его «выбивать» долги. Его имени боялись. Если Архангел шёл за тобой, скорее всего, ты был трупом. Я даже слышал, что у него на спине вытатуированы огромные чёрные крылья. Я никогда не говорил с этим человеком, но и желания не возникало. Полагал, однажды мне придётся его убить.
— И что с того? — потребовал я.
— Он наследник Маттео. И мой кузен, — Псих цыкнул языком. — Так что… да.
— Какого хера? — я рванул себя за волосы.
— Мы дружим, — продолжил Псих. — Тусуемся. Иногда едим мороженое. Архангел и я. Мы даже убивали людей вместе.
Я развернулся к Психу:
— Какие ещё у тебя, блядь, секреты? А? Что-то ещё я должен знать?
— Да. — Он уставился на меня, на лице не было ни эмоции. — У меня их много, но я не могу тебе рассказать. — Его глаза остекленели, и следующие слова прозвучали мягким монотонным голосом: — Скоро мне нужно уходить.
Я нахмурился и посмотрел на Тень, который сделал шаг вперёд.
— Когда придёт буря, молния вспыхнет вслед.
Ударь меня в грудь, чтоб исчез мой скелет.
Я был собой, он был им, теперь мы — одно.
Мир погрузится во тьму, где зрение обречено.
Конец уже близок для скверной привычки этой.
Я буду заменён безумным кроликом белого цвета.
1
— Псих? — тихо позвал Тень.
Псих часто заморгал, а потом широко ухмыльнулся:
— Что я пропустил?
Я нахмурился и зашагал по комнате. У меня не было ни времени, ни терпения на его заебы.
— И что теперь? — я остановился и уставился в потолок, словно Бог мог спуститься и дать мне все ответы.
Но Бог забыл меня давным-давно. Всё, что у меня было — это грёбаный Псих с его загадками.
— Значит, мы пытаемся спасти этих всадников. Составляем план, чтобы встретиться с твоей сестрой. Уничтожаем Подполье, — пробормотал Тень. — Планы те же, что и раньше, с парой поправок. Вот и всё. Если только ты не передумал насчёт сестры.
— Она мне нужна, — яростно бросил я, даже не задумываясь. — Она принадлежит мне.
— Она принадлежит всадникам. На самом деле, она выходит замуж за Лоренцо Де Лука. Наверное. — Псих нахмурился и склонил голову влево. — Интересно.
Похоже, он вернулся в нормальное состояние.
— Что? — рявкнул я. В последнее время он действовал мне на нервы. Я знал, что Сирене он нравится, но, чёрт возьми, он был сущим кошмаром. Мне не нравилось, что у него столько секретов.
— Ничего. При таком раскладе она за него не выйдет, но всё как-то туманно. — Он вздохнул. — Да ладно. Нужно сосредоточиться на настоящем.
— Тень, — сказал я, переводя взгляд с Психа на него. — Мне нужно, чтобы ты составил карту этого места. Насколько сможешь. Броди. Улыбайся. Подлизывайся. Теперь люди знают, что ты мой. Когда закончишь, мне нужна карта. Покажи её парням. Эшу нужно знать, где разжечь огонь, чтобы добиться лучшего результата. Мне нужны пути отхода.
— А если я не найду все места? — спросил Тень.
— Это начало, — вздохнул я. — Лучше, чем ничего. В ближайшие дни ты будешь здесь ежедневно, если потянешь.
— Потяну, — твёрдо ответил он. — Всё, что нужно.
Я кивнул. Решено.
— Псих? — позвал я.
— Чёрч, — отозвался он.
— У нас есть дела.
— Очередной день в раю. — Он прошагал мимо нас к двери. — Они не будут кричать без нас. Давайте делать то, что у нас получается лучше всего.
Я пошёл следом, потому что он был прав. Они действительно не будут кричать без нас.
Может, в этом аду я наконец найду способ выбраться. Это было моим самым заветным желанием. Мне просто нужно было растоптать пару человек, чтобы нащупать почву под ногами.
Я размял шею, крепче сжимая рукоять ножа. После того как я узнал всё, что оставила мне мать, я почти не сомкнул глаз. А теперь наступил новый день.
Сегодня — тот самый день. Я, мать твою, не хотел, чтобы он настал, но знал, что это неизбежно.
Хоть я и не знал этого парня по имени Фокс, я знал Итана. Или Луку, как я запомнил его тогда.
Казалось, это было так давно: я обнимал его и шептал, чтобы он был сильным. Мы оба были детьми, и он был моим другом. Маленький, тихий, вечно напуганный. Таким был Лука. Отец на долгие часы запирал нас вместе в комнате. Лука редко говорил. Он часто просто сидел, уставившись в стены, а я сидел рядом с ним в этой тишине.
Впрочем, сомневаюсь, что он вообще помнит меня.
Отец говорил, что он может стать моим новым братом. Я не хотел такой участи для Луки. Он сжимал мою руку всякий раз, когда кто-то в Подполье начинал кричать, и его тельце тряслось. Отец заставлял меня смотреть, как его истязают, всё время нашёптывая, что на его месте могу быть я, если не буду вести себя смирно. Если не буду подчиняться.
После этого Лука плакал. У него шла кровь. Он цеплялся за меня. А я прижимал его к себе и твердил: будь сильным, помощь придёт. Но когда она так и не пришла, я взял всё в свои руки. Я решил вытащить его.
Я вывел его из Подполья после того, как его заперли в комнате с тремя мужиками. Я прокрался из спальни глубокой ночью и украл отцовские ключи.
Я впихнул деньги в руку Луки после того, как его вырвало на тротуаре. Я выкрал его досье из кабинета отца и позвонил его деду. Я слышал, что отец хочет убить его, потому что тот искал Луку и натравил на него копов. По крайней мере, тех копов, что не были грязными ублюдками.
Вот и всё. Я спас его и получил в награду жесточайшую порку в своей жизни. Шрамы от отцовского кнута до сих пор полосуют мою спину. Следующую ночь я провёл, дрожа в собственных рвотных массах, в той самой комнате, где мы всегда были заперты вместе.
Но оно того стоило. Шрамы — тому подтверждение.
А теперь Лука вернулся. И на этот раз я — его палач.
— Всё будет хорошо, — пробормотал Псих, встретив меня в коридоре.
Я открыл глаза и посмотрел на него, прислонившись к стене.
— Маловероятно, — буркнул я.
— Придётся, — ответил он. — Мы будем действовать мягко.
Я кивнул. Это был Фокс, но я и так хотел пощадить его — просто потому, что он был другом Итана… Луки. План состоял в том, чтобы вывести их отсюда до того, как мы разнесём эту чёртову богадельню в щепки. Куда проще, когда люди убегают сами, чем когда приходится тащить их на себе.
Я выдохнул и оттолкнулся от стены, вспоминая, что мой старик сказал мне сегодня утром: