Страница 18 из 73
Уже водрузив сковородку на нагревательный артефакт, Ольга вдруг краем глаза заметила на столе второй лист бумаги. Она была уверена, что минуту назад его там не было.
— Воля…
— Ага. Магия. Магомессенджер в действии. Открывай давай, не томи.
Ольга вытерла руки о штаны и взяла письмо. Всё тот же почерк Гавриила — но теперь буквы прыгали, и кривая строка круто сползала к нижнему углу. Совсем не похожа на аккуратные строки первого послания.
'Ольга, я только что узнал. Вторая половина Пантики вчера подарена Императором человеку, приближённому к Самому Цесаревичу. Новый владелец — Князь Ремеслав Лазарев. За заслуги перед Отечеством ему пожалован весь Керченский архипелаг и часть Киммерийского, включая наш остров. В самом скором времени он собирается прибыть в своё новое княжество. Постарайся с ним никогда не встречаться. Этот человек очень опасен. Особенно для тебя.
Г.'
Ольга перечитала письмо дважды. Потом ещё раз. Слова не менялись.
— Яичница подгорает, — сказала Воля.
Ольга машинально отдёрнула сковороду. По сараю поплыл запах пригорелого жира.
— Кто такой этот Лазарев?
— Ты у меня спрашиваешь? Я здесь без году неделя. Но, судя по тону твоего брата, это кто-то вроде императорского аудитора с лицензией на отстрел.
Ольга опустилась на край кровати.
— Гарик никогда ничего не боится. Если он пишет «этот человек очень опасен»…
— «Особенно для тебя», — задумчиво процитировала Воля.
— Ты умеешь утешать, — тихо ответила Ольга.
— Я просто умею бесстрашно говорить правду. Особенно на голодный желудок.
⤟⤛⇜⥈⇝⤜⤠
В следующей главе будет открыта подписка. Сразу говорю — в этом цикле планируется как минимум три книги (но это не точно). Обращаю ваше внимание — с момента открытия подписки будет традиционно большая трехдневная скидка.
Спасибо, что остаетесь со мной.
Глава 8
Искра
«Щенную суку кормить мясом начинают не прежде третьего или четвёртого дня после щенения, когда она сама выходит из гнезда. Дают понемногу, мелко рубленным, и смотрят, чтобы не было у неё судорог, пены из пасти и лишней пугливости — признаков щенной падучести. Ежели заметите хоть один — мясо тотчас отменить и показать собаку знающему человеку»*.
— Из сборника «Домашние рецепты здравомыслящей хозяйки. Том III: Советы для деревенской жизни»
Вопреки ожиданиям Ольги, дождливое серое раннее утро вдруг стало холодным и ясным. Небо над Пантикой наконец очистилось, и нежаркое солнце пригревало, робко споря с порывами северного ветра.
Ольга сидела на крыльце, ладонями обхватив кружку с остатками смородинового чая, и смотрела, как Пустота деловито обходит кусты у тропинки. Длинная белая сука была больше похожа на привидение.
На коленях у Ольги лежало вчерашнее письмо Гавриила, перечитанное раз десять.
«Этот человек очень опасен. Особенно для тебя».
— Шесть километров. И хватит медитировать на бумажку, — сказала Воля.
— Что? — не поняла Ольга.
— До поселка шесть грёбаных километров. Сама только что мне сказала, акстись.
— Каких?
— Ты же делаешь вид, что не понимаешь моего нецензурного лексикона. Говорю как могу.
— Я говорила — шесть вёрст.
— А ещё ты сказала отцу Герману, что обязательно будешь на службе. А до вашего храма шесть вёрст. Это сколько в километрах?
— Воля, ты невыносима.
— Шесть с хвостиком. Километров. Туда. Потом обратно. В твоих сапогах, которые дышат на ладан, жмут и натирают. По грязи. После болезни. Конечно, прикроешь их длинным подолом, но… Ты вообще о чём думала, когда соглашалась на эту авантюру?
— Я… не думала. Просто отец Герман сказал, и я…
— Понятно. Опять «просто». Значит так, княгиня Волынская, поднимай свою тощую задницу. Мы идём в гараж.
— Зачем⁈
— За магомобилем.
Ольга поперхнулась чаем.
— Он не работает! Он стоит там с дедовских времён! Я даже не знаю, как он устроен! И заряжать его некому, и вообще…
— Вот и посмотрим. Я, знаешь ли, в прошлой жизни водила машину. Не магомобиль, конечно, но принцип должен быть похож. Если там есть колёса, педали и руль, я разберусь. Вставай.
Ольга хотела возразить — и не смогла. Потому что Воля была права.
Шесть километров пешком в старых сапогах, а потом столько же обратно, после службы, после кладбища… Нет. Она не дойдёт. Просто не дойдёт.
— Гарик как-то в посёлок ходил, — пробормотала она, поднимаясь.
— У Гарика, ты говорила, была теневая лошадь.
— Была. И она…
— Там же, где библиотека? — язвительно перебила Воля.
— Нет. Она просто ушла. Теневые лошади привязываются к хозяину. Гарик уехал — она ушла. Я даже не знаю, куда.
— Ясно. Значит, магомобиль.
⤛⇜⥈⇝⤜
Гараж встретил их запахами прогорколого масла и ржавчины. Солнце, пробивавшееся сквозь щели в черепице, рисовало на полу длинные полосы света. В них плясали пылинки. Огромная туша магомобиля темнела в центре и была похожа на дохлого кита, выброшенного на отмель.
Ольга остановилась у двери, не решаясь подойти ближе.
— Ну? — подбодрила Воля. — Чего встала? Это всего лишь машина. Она не кусается.
— Я ничего о ней не знаю, — тихо сказала Ольга. — Отец сажал меня за руль, когда мне было двенадцать. Я проехала до липовой аллеи и обратно. И всё. Я даже не помню, как она заводится. И… там пауки.
— Пауки не едят княгинь. Они насекомоядные.
— И темно.
— Так зажги светлячка и вперёд.
Вспыхнул свет. Ольга подняла загоревшуюся на кончике пальцев искру повыше и осветила весь длинный, низкий, тёмно-синий, с кое-где облупившейся краской, покрытый слоем пыли магомобиль целиком. Две круглые линзы фар тускло поблёскивали жёлтым, напоминая глаза совы. Колёса сплошные, литые, из какого-то тёмного, похожего на резину материала, но на ощупь шершавого и твёрдого. Капот вздымался пологой горой.
— Ничего себе, — выдохнула Воля. — Это ж не просто машина. Это произведение искусства. И как он заводится?
— Понятия не имею, — честно призналась Ольга. — Гарик как-то умел. Нажимал на педали, крутил что-то… И мотор рычал.
— Садись за руль.
— Что?