Страница 83 из 153
Глава 28
Амин не спал всю ночь. Он обнимал Анну, гладил ее волосы, слышал спокойное дыхание и
был рад, что она так легко уснула. Но в последнее время она, и правда, спала много.
Как он не заметил этой перемены? Она чаще уставала, ложилась и засыпала. И хотя он
взял полностью на себя заботу о сыне, ее частая усталость не стала чем-то особенным.
У женщин много и других забот. Но оказалось, что проблема в другом.
Она беременна, и это подарок Всевышнего!
Губы Амина коснулись ее волос, а рука обняла ее крепче. Как хорошо, что она спит и не
ощущает того же, что ощущает сейчас он.
Амин думал. Он выстраивал стратегию, план на дальнейшую жизнь. Но ни Анну, ни Хамдана
это не коснется. Все ляжет на его плечи. Наступят тяжелые времена, и к ним надо быть
готовыми.
Под утро пришел Даниэль, залез между родителями и снова уснул. Амин направился на
кухню. Если не спится, то хоть приготовит хумус. Какой завтрак мог быть без него?
Даже Даниэль с радостью полюбил пюре из нута. Хорошо, что на этом острове нут всегда
был в продаже. И рис!
Теперь завтраки в этом доме стали совсем другими. Даже Анна привыкла есть более
плотно. И она слегка пополнела. Амин задумался: какой у нее срок, наверное,
неизвестно, но любая женщина приблизительно должна знать.
— Доброе утро, любимый! — Еще сонная она вошла на кухню, прислонилась к дверному
косяку. Волосы были слегка растрепаны, что придавало больше домашнего уюта. — Почему
ты так рано проснулся? Ты молился и больше не спал?
При виде нее Амин улыбнулся, подошел и заключил в объятия. Вот так бы стоять всю
жизнь, вдыхать ее запах, ощущать тепло ее тела.
— Доброе утро, любимая кальби! Я не смог уснуть и решил, что больше пользы будет от
меня на кухне.
— Амин Шараф аль-Дин на кухне, — засмеялась она и взглянула на столешницу, — что там?
— Ты голодная?
— Очень.
— Мой ребенок проголодался, — улыбнулся Амин и разжал объятия. — Ты вчера так быстро
уснула, что я не успел спросить о сроке.
Анна выдохнула, понимая, что сама виновата. Как она упустила момент отсутствия
женских дней уже месяц. Или два! Потому что была полностью сосредоточена на сыне и
Амине, на отношениях внутри семьи. Она следила за переменами, но не за собственными
переменами внутри ее тела. И телефон ее с личным календарем покоился на дне Тихого
океана.
— Не знаю, может месяца два…
— Два? — удивился Амин, и это вообще меняло все! Хотя какая разница — один или два
месяца, но в его случае каждый день играл большую роль.
— Любимая моя, — он коснулся ее лица, встречаясь с ней взглядом, — нам надо
поговорить. Кое-что сейчас изменится, но прошу тебя, не волнуйся. Я сделаю все
возможное, чтобы ты не переживала. Хотя боюсь, что этого не избежать…
— Амин! — Она схватилась за его руку, словно цепляясь за надежду оставить все как
есть. Но Анна понимала, что ее беременность повлечет собой немало проблем. Именно
этого она и боялась больше всего. Раю конец! Начинаются суровые будни. — Говори все,
как есть.
Он усадил ее на диван, сел напротив. Пока Даниэль спал, надо рассказать обо всех
планах. Его не должна коснуться суровая правда.
— Срок уже достаточный. Еще немного, и будет виден живот, — начал он, но даже не
зная, как не дать Анне переживать. — Нам надо пожениться как можно скорее, любимая.
Для этого мне и тебе надо развестись, а это значит, нам надо вернуться к жизни. Всю
ночь я думал, как правильнее и логичнее поступить, куда для начала нам надо поехать:
в Америку или в Эмираты. Я очень надеюсь, что документы о моем разводе уже готовы,
но мне их надо подписать. Это значит…
— Надо вернуться в Дубай, — закончила она за него.
— Думаю, что так будет правильнее. Я решу дела с расторжением брака с Зафирой, чтобы…
— Амин не знал, как правильнее подобрать слова, чтобы ее не волновать.
— Говори правду, — настояла Анна.
И как бы он не хотел скрывать эту правду, но выбора не было.
— Если раскроется то, что ты забеременела в момент, когда я был еще женат, это
повлечет за собой неприятности, назовем их так.
— Неприятности? — Она схватилась за голову, еще помня о строгости их законов.
— Не думай об этом. Все будет хорошо, доверься мне. Я разведусь первым, и мы поедем с
Сан-Клементе к Ричарду. Там все будет дольше, если он не пойдет на уступки. Придется
судиться и отстаивать Даниэля. Твой развод, я уверен, будет быстрым. Но все равно на
это надо время. Мы вернемся в Дубай и поженимся, нам придется сделать все быстро,
чтобы никто ничего не заподозрил по срокам. Там же я дам имя Даниэлю, узаконю его
юридически. Он станет гражданином Арабских Эмиратов, моим наследником. Дел очень
много, и надо вылететь как можно раньше. Ты можешь дать мне свой телефон? Я
забронирую билеты на ближайший рейс.
И что-то она упустила! Амин хоть и расписал все достаточно ясно, но он явно что-то
скрыл.
— Амин, как мы полетим в Дубай с тобой? Даниэль и ты… Если там узнают, что он твой
сын, то, боюсь, нас арестуют.
Он выдохнул. Ну какая же она умная, что ничего не скрыть! И это она еще не знает всей
правды!
— Я могу полететь в Сан-Клементе. — Анна говорила это очень серьезно. — Ты можешь
заниматься своим разводом, я займусь своим. Потом ты прилетишь к нам и докажешь факт
отцовства. В Америке тебе за это ничего не будет, но в Эмиратах…
— Анна! Ты хочешь, чтобы я отпустил тебя беременную моим ребенком настолько далеко от
себя? Ты шутишь? — возмутился он. — Нет! Ты полетишь со мной. И будешь рядом. Ты, я
и Хамдан — мы будем вместе.
— Но Амин!
— Это не обсуждается! Ты беременна, не забывай это. Ребенок и мой тоже. Я не позволю
Ричарду даже посмотреть в твою сторону. Все вопросы, которые касаются вашего
развода, я буду решать сам.
Анна сглотнула. Вот он, арабский мужчина! Но Амин в чем-то прав. Он переживает, не
хочет, чтобы ее касались разборки. Примет удар на себя.
— Хорошо, — покорилась она, сейчас думать о Ричарде не хотелось, хотя волнение
нарастало. — Где мы остановимся в Дубае? Нельзя дать понять, что между нами есть
связь. Ведь так?
— Увы, это так. — Он кивнул. — Нам придется временно жить раздельно. Вы с Даниэлем