Страница 79 из 153
Сейчас, познав в полной мере, что такое счастье, Анна поняла, насколько была
несчастной все три года. Она не стала бы лукавить, если сказала бы, что не думала о
Ричарде все эти дни. Она его вспоминала. Но впервые за все годы она поймала себя на
мысли, что избавилась от груза. Пусть не до конца, пусть это лишь пауза, небольшой
отдых, но рано или поздно она снимет с себя кандалы брака. К тому же, она не ощущала
себя его женой. Она жена Амина.
Калитка скрипнула, и крепкие руки заключили ее в объятия. Запахло кардамоном, и,
почувствовав этот запах, Анна улыбнулась.
— Почему ты здесь одна? Не боишься, что вынырнет большая рыба, схватит тебя и утащит
в подводное царство?
— Амин! — Она засмеялась, вытирая слезы. — Лучше этой рыбе не провоцировать тебя.
— И почему ты плачешь? — Он сел рядом и провел по ее щеке. Было темно, но свет от
фонаря, который освещал территорию дома, падал на пляж.
— Потому что я счастлива. Я впервые счастлива. Впервые за всю жизнь. Даже тогда,
когда я родила Даниэля, не была настолько счастливой, потому что посыпалось много
других проблем. Всегда были проблемы. А теперь я спокойна.
— Тогда, надо улыбаться. — Он поцеловал ее пальцы. — Зачем тратить время на слезы?
— Это, наверное, женская психология. Я выплескиваю эмоции.
— В море? Где и так полно соленой воды?
Она снова засмеялась, потом прижалась к нему. Так они сидели еще какое-то время,
слушая шум волн, глядя вдаль.
— Тебе не показалось странным, что судьба снова свела нас в домике на берегу Тихого
океана? — нарушил молчание Амин.
— Показалось.
— Это мактуб, — прошептал он ей на ушко, а потом его губы прижались к ее губам в
легком поцелуе. — У меня для тебя есть подарок. Это не совсем то, что я бы хотел
подарить матери моего сына, но это единственная вещь, которая оказалась на этом
острове и привлекла мое внимание.
Он протянул ей бархатную большую коробку. Возможно, она была красная, а может быть,
синяя. Сложно было различить цвет в темноте.
— Но, Амин, мне ничего не надо!
— Надо. Ты открой.
Анна открыла коробку, любуясь золотым ожерельем. Слишком много золота для той, у
которой были лишь цепочки. А это ожерелье было выполнено словно из монолита, и
полоска золота плавно переходила в арабскую вязь по центру. Анна точно разглядела
арабское слово.
— Амин…
Его пальцы подняли украшение из коробки, и оно тут же легло ей на шею.
— Оно не такое большое, как принято у нас. — Амин застегнул застежку, и Анна
обернулась к нему, рукой касаясь ожерелья. — Оно для тебя, скромное и изысканное.
— Что здесь написано?
— Любовь.
— Любовь, — повторила Анна и улыбнулась. Ей уже была не видна надпись, но она ощущала
ее подушечками пальцев.
— Пусть оно символизирует нашу любовь и рождение в ней ребенка.
Анна обняла его, ощущая руки Амина на своей спине.
— Спасибо, это очень значимый подарок. — Она вспомнила браслет с великой цитатой из
Корана, который Амин ей подарил, и сердце заныло. Хотелось вернуться в тот день,
когда она выбросила его в Тихий океан, и не делать этого. Беречь то, что было
подарено с любовью. Но рассказывать о судьбе браслета она не стала. Однажды скажет,
но не сегодня.
— Я люблю тебя, — прошептал Амин, — как до облаков.
— И обратно, — Анна поцеловала его, и Амин поднял ее на руки.
Она засмеялась, совсем не ожидая этого.
— Даниэль уснул?
— Уснул. Он очень устал и несколько часов точно не проснется.
— Бисмиллях. — Амин понес Анну в дом, как три года тому назад в их первую ночь.