Страница 150 из 153
— Ты не ешь из их рук, возможно, сделаешь это из моих. Но если нет, тогда я зря трачу
время. А если все же у меня есть шанс, то ты сделаешь меня самым счастливым.
Анна с трудом села в кровати. Сил не было.
— Ты можешь убиваться, не выходить из комнаты, не есть, но ты делаешь хуже не себе, а
своему ребенку, нам всем, своему сыну, который на несколько дней потерял мать. Он
лишился отца, не лишай его себя. Хамдану нужна поддержка не меньше, чем тебе.
Анна нахмурилась, пытаясь понять все эти слова. И Даниэль в чем-то был прав. Она
эгоистка.
— Что ему сказали про отца?
— Что Амин улетел надолго по работе. Ему незачем знать правду. Возьми суп, мои руки
слишком старые, чтобы кормить тебя из ложки.
Анна взяла тарелку. Это был очередной бульон, но в животе заурчало. Сколько дней она
нормально не ела?
— Даже в Рамадан люди постятся и принимают еду утром и вечером. Не мори себя голодом.
Он был прав, надо думать не только о себе, но и об остальных. У нее есть сын,
которому нужна мать. Вряд ли Амин сказал бы ей спасибо за то, что она так надолго
утонула в своем горе.
— В конце концов, Амин выйдет на свободу, — продолжал Даниэль. — И надо встретить его
в полном здравии. Даже умирать не собираюсь, пока он в тюрьме.
Анна окинула его недовольным, но уставшим взглядом и принялась есть. А потом, когда
Даниэль ушел, она сидела на кровати и вспоминала тот страшный суд. Какой-то обычный
суд изменил судьбы людей. Или совсем не суд виноват?
В памяти всплыл голос Зафиры, а потом пазл сложился. Эта мерзкая женщина ворвалась в
зал и устроила свой личный суд! Но откуда она узнала про сроки беременности? Эта
тайна оставалась лишь в семье Шараф аль-Динов. О беременности вообще никто не знал!
Только в Америке… Неужели Ричард настолько низко пал, что связался с Зафирой? Или
она с ним?
Анна начала одеваться, хотя быстро не получалось. Руки еще были слабы, но ей уже
управлял гнев. Если бы не Зафира, Амин возможно, был бы на свободе. Ведь адвокат уже
начал настаивать на штрафе. Злость росла с огромной силой.
Анна спустилась по лестнице, миновала гостиную и выбежала во двор к машине. Слава
богу в ней находился водитель Надим. Она села на заднее сиденье и увидела в дверях
дома удивленную Вирджинию.
— Поезжайте скорее! — скомандовала Анна. — Поезжайте же!
— Куда, госпожа?
— К дому Зафиры Махди.
Надим удивился, но Анна снова начала его торопить:
— Быстрее!
Вирджиния постучала в окно, но машина тронулась и выехала на дорогу. Водитель явно
нервничал, еще что-то невнятно и недовольно пробубнил. Но Анна была рада, что он
успел выехать.
— Не ехали бы к ней, хозяйка. Господин Амин, не одобрил бы.
— Его нет, — нервно произнесла она. — По ее вине.
Анна отвернулась к окну, устремив взгляд на дома, которые они проезжали. Гнев не
утихал, обида росла, руки дрожали, а сердце отбивало быстрый темп.
И как только машина остановилась во дворе, Анна распахнула дверь и вышла. При виде
двухэтажной виллы ее кинуло в жар. Она подумала об Амине, который жил здесь два с
половиной года с этой женщиной. А она так подло с ним поступила.
— Госпожа Анна, — вышел водитель. — Прошу вас, передумайте.
Она обернулась к нему лишь на секунду, а потом быстрым шагом прошла к двери и нажала
на звонок. Дверь открыла горничная, которая хотела задать вопрос, но не успела —
Анна отодвинула ее рукой и зашла внутрь.
— Кто там? — Зафира появилась к гостиной, совсем не ожидая никаких визитеров. Но при
виде гостьи замерла.
Анна не остановилась, она гордо шла к цели с гневом и ненавистью, которые не могла
подавить.
— Мерзавка! — Она с размаху влепила Зафире пощечину, и та схватилась за щеку и упала
на пол. Горничная вскрикнула и зажала рот. — Дрянь! Подлая дрянь, любящая только
себя!
Анна кричала, стоя над девушкой, которая не могла прийти в себя. Но ее схватили за
плечи, пытаясь увести. Это Надим все же решил пойти следом за хозяйкой, предчувствуя
бурю. Горничная пришла в себя и кинулась к Зафире, помогая встать.
— Госпожа Анна, — шептал Надим и тащил Анну к выходу. — Прошу вас, пойдемте отсюда.
— Проклятая! — вскрикнула наконец Зафира, придя в себя. — Аллах тебя покарает! Ты
совратила моего мужа!
Анна затормозила, вырываясь из рук Надима.
— Ты ничего не знаешь о любви! Когда любят, отпускают человека с добром и чистыми
намерениями! Ты эгоистичная дрянь, которая думает только о себе, но не о человеке,
которого якобы любит! Пусть Аллах накажет именно тебя! — крикнув это, Анна
освободилась от рук Надима, распахнула дверь и вышла на улицу.
Несколько месяцев спустя
Анна лежала на кровати, тяжело дыша и приходя в себя после очередной схватки. Боль
отпускала, сознание прояснялось. Эти паузы стали уже короче, но они хотя бы были.
Вспомнилась боль, когда она рожала Хамдана. И самое удивительное, чем наделила
природа всех женщин — умением забывать эту боль.
Возле нее суетилась Вирджиния, при каждой схватке держала за руку, успокаивала своим
голосом. Лейла хотела присутствовать тоже, но в силу молодого возраста родители ей
не разрешили. Оливия была бы рада увидеть, как родится ее правнучка, но преклонный
возраст заставил ее находится в ожидании дома.
Саид приезжал в клинику навестить Анну, чтобы придать ей моральных сил.
Анна впервые находилась в подобных апартаментах. Здесь было все самое лучшее:
несколько комнат с просторной ванной и небольшой личный бассейн. Зачем столько
изысков — Анна не понимала, но, может, ей захочется нырнуть в бассейн, чтобы забыть
об этих муках?
— Я выйду, дочка, — произнесла Вирджиния, но Анна даже не отреагировала на это. Она
уже ждала новую схватку, вцепилась за края постели, чтобы приготовиться. Возле нее
всегда находились медсестры и врачи, которые контролировали весь процесс родов. Для
второго ребенка он что-то затянулся и вымотал Анну очень сильно. К чему тут бассейн,
если от боли она забывала собственное имя. А сил встать уже не было совсем.
А может, что-то пошло не так?
— Почему так долго? — прошептала она. — Как же долго…
— Потерпите, — произнесла врач, глядя на часы. — Раскрытие уже большое.