Замошье

Глава 21

На чердаке было чисто и тепло. Опасности Дуня не почувствовала и смело полетела к стоящей посреди комнаты Виоле.

Та явно находилась под чарами — взгляд был отсутствующий, она словно спала наяву. Наброшенная сверху длинная прозрачная вуаль красивыми складками спускалась до пола.

Оплывшая свеча на ящике у окна почти прогорела. Темная дымная струйка тянулась от нее к Виоле, одурманивая и вводя в транс. Запах был резкий и незнакомый, но на Дуню в ее нынешней ипостаси он по счастью не действовал.

Она покружила над головой Виолы, примериваясь — куда бы лучше приземлиться. А потом полетела вокруг девушки, напрасно пытаясь углядеть хотя бы крохотную дырочку, чтобы через неё проникнуть под вуаль.

Домна Адамовна зачаровала и саму ткань — то ли опасалась, то Виола очнется и попытается сбежать, то ли не хотела, чтобы жених добрался до нее раньше нужного часа, и теперь девушку окружал непреодолимый барьер.

О том, чтобы попытаться нейтрализовать чары нечего было и думать — в комарином обличье Дуня могла лишь укусить и только.

Она по привычке оглянулась в поисках Марыськи, и тотчас же вспомнила, что незаменимая помощница осталась в доме Агапы. Скрытая шапкой-невидимкой мышуха почему-то помалкивала. Дуня не решилась её позвать. Да и кто услышит писк комарихи.

Она снова полетела вокруг Виолы, внимательно рассматривая её сквозь прозрачную занавеску.

Как же добраться до тебя? Как преодолеть наведенные чары?

Время шло, а решение не приходило. Зато за дверью раздались ритмичное постукивание и тяжелая поступь. Кто-то неспеша поднимался по лестнице на чердак.

И Дуня в панике заметалась.

Еще минута — и сюда войдет ведьма или ее уродливый сынок! А она до сих пор ничего не сделала!

И хотя внутреннее чутье удерживало Дуню от следующего шага — она все же решилась: спланировала на изящные кружева, навострила хоботок, примериваясь ко лбу Виолы, но не успела ее укусить.

Нити полотна задрожали и ловко оплели слабые лапки комарихи. Позабыв, зачем она здесь, Дуня рванулась, еще сильнее увязая в ткани как в вязком киселе. В голове не всплыло ни одной внезапной подсказки, ни одного освобождающего заклинания! Комариному умишку это было недоступно.

— Так, так, так… — опираясь на деревянную палку-трость в комнатку вплыла дородная дама в длинном пышном платье. Она походила на постаревшую и ожившую тряпичную куклу для чайника. Пушистые седые волосы собраны были в высокую прическу, пухлые пальцы сплошь унизаны перстнями, несколько снизок разноцветных бус свисало с монументальной шеи, на длинной цепочке маятником покачивался незнакомый Дуне символ, заключенный в овал.

Округлив губы буковкой «о», Домна Адамовна уставила маленькие глазки на комариху, моментально обнаружив ее на вуали.

— Так, так, так! Вот не гадала! Вот не ждала! И как после этого не верить приметам? Вилку со стола обронила? Обронила. Из веника прутик выпал? Выпал! Все к гостям. Пусть и нежеланным.

Она говорила и говорила, все ближе надвигаясь на Дуню. Слова журчали приветливым ручейком, палка отстукивала в такт, камни в перстнях сияли, и только взгляд был недобрый и цепкий. Не сулящий ничего хорошего взгляд.

— Ну ка, ну ка… кто же это у нас такой?.. — огромная голова склонилась над замершей комарихой, и Дуня отчетливо увидела в зрачках ведьмы свое настоящее, хоть и перевернутое отражение!

— Еще одна девица. Вот чудеса-а-а… Столько времени мыкался сын без невестушки. Столько слезонек пролил! Столько лапотков истоптал в поисках подходящей. А как нашлась — так и вторая сама прилетела. Какую же выбрать из вас, не подскажешь?

Дуня отвечать не стала — охваченная отчаянием, напряглась, силясь представить, как нагреваются лапки, как переносят тепло на ткань, растворяя опасную ловушку.

— Глупая девица! Что ты можешь против моих чар! — Домна Адамовна презрительно фыркнула. — Молчишь? И правильно. Молчи. Куда ты против Виолы! Ни кожи! Ни рожи! Ни стати! В невесты так точно не годишься. Разве взять тебя в чернавки? Но у меня и так помощников целый дом да двор. Бесы и шустрее тебя, и послушней. Оставайся ты комарихой пока можешь!

Ведьма противно хихикнула и с силой шлепнула Виолу по лбу, в то самое место, где застряла плененная Дуня. Спасибо невидимой мышухе, что опередила ее — подула с силой, и Дуню сорвало с места, снесло в сторону воздушной волной. И сразу же под лапками скользнул пушистый мягкий мех.

— Держись за меня, хозяюшка! — пропищал голосок помощницы. — Унесу-у-у…

— Далеко собрались?! — Домна Адамовна горой восстала на пути, черпанула воздух рукой и сгребла комариху в кулак. Потрясла им возле уха, вслушиваясь в испуганное зудение, и рассмеялась.

— Нечего было по чужим домам шпионить, залетная. Попортить нашу невесту решила? Свадьбу сорвать? Опять старой карге Агапе неймется? Признавайся, кто подослал? Чего надо??

Домна Адамовна прислушалась, словно надеялась услышать ответ, а потом сильнее сжала пальцы.

— Ладно. Закончим, пожалуй. Не до тебя сейчас. Прощевай, неудалая! Пригласила бы тебя на свадебку, да у нас по скромному все, своим кругом соберемся.

Грохочущий довольный голос ведьмы молотом бил по голове. Дыхание прерывалось. Хрупкие крылышки и тонкие лапки комарихи смялись, и Дуня перестала их ощущать.

Оглушенная, почти ослепшая от ужаса она ткнулась головой в рыхлую морщинистую мякоть ведьминой ладони и из последних сил вонзила в нее острый хоботок!

— Аааа… Что это? Как? Ты? Посмела-а-а… — голос Домны Адамовны взлетел под стропила и неожиданно оборвался.

С грохотом упало что-то тяжелое.

Мясистые пальцы обмякли. Разжалась ладонь.

Дуня соскользнула с неё сморщенным комочком, уже почти ничего не сознавая.

— Хозяюшка! Держись! Сейчас до Агапы полетим, — всхлипнул голосочек мышухи.

Дуня хотела ответить, но мир расплылся и померк, и она пропустила момент, когда картинка снова обрела четкость. Волна жара прокатилась по телу, возвращая былую силу, и Дуня под радостное причитание мышухи сообразила, что стоит на полу возле лежащей неподвижной глыбой Домны Адамовны.

Сквозь полуприкрытые веки ведьма смотрела прямо на неё и бормотала неразборчивое.

— Я не хотела!.. Вы сами виноваты! — не нашла ничего лучшего как заявить Дуня. — Полежите теперь. Отдохните. Вам полезно. А мы спокойно уйдем.

— Хрыы-ааууу… хррры… аууу… — последовал невнятный ответ. — Харр-рыыы… аррр…