Холод родных берегов

Глава одиннадцатая. Отправление

Прием у кайзера Лейф, если честно, запомнил смутно. Был слишком напряжен и переборщил с попытками расслабиться. Все же столько выпивки, да еще и в свободном доступе парень не видел никогда.

Радовало лишь то, что ничего выкинуть он не успел, за этим приглядывала Нэрья, которая постоянно была неподалеку от парней. Она же и не дала Лейфу упиться вусмерть. Финн держался куда лучше, да и пил не ради храбрости, а просто потому что хотел.

Тем не менее, что-то в голове парня к следующему утру все же отложилось. Убранство дворца слилось в его воспоминаниях в нечто помпезно-неописуемое. Слово «богатство» на фоне увиденного казалось нелепым и вычурным. Шагая по со вкусом обставленным и украшенным коридорам, Лейф очень быстро устал удивляться и пялиться по сторонам. Невозможно за те секунды, за которые они проходили мимо очередного гобелена, бюста, картины (вот их Лейф и вовсе видел впервые в жизни!), охотничьего или военного трофея, толком его рассмотреть и восхититься. Будь его воля, рыжий бы задержался во дворце подольше, не стремясь в главный зал, но Веста было не остановить, тот летел вперед, мало интересуясь мнением сопровождающих.

Кайзера парень особо не запомнил. Как-то он не впечатлил много чего нафантазировавшего себе парня. Обычный молодой мужчина, вчерашний прыщавый юноша, лишь недавно опустивший еще не слишком густую, русую бороду. Рыжий не ощущал в нем какой-то особой внутренней силы, которая, как ему казалось, обязательно должна быть у владыки целой страны. В глазах Лейфа тот же Вестгейр, по крайней мере внешне, куда больше тянул на роль кайзера, да и внутренне он цеплял куда больше. За Вестом юноша был готов иди через океан, не зная даже, что его там ждет. Он это и делал! Но делал не потому, что так приказал кайзер, к которому Лейф так и не смог проникнуться особым уважением, а потому что капитан сумел чем-то зацепить парня, поймать его на крючок, наживкой на котором были собственные цели Веста и личные мечты сбежавшего из дому юноши. Но Лейф были не против попасться на такую приманку, с каждым днем все больше доверяя капитану.

Остальных собравшихся на приеме дворян парень очень скоро разделил на две категории: придворных лизоблюдов и манипуляторов, а также независимых, знающих себе цену господ. Первые так и вились вокруг кайзера, спеша завоевать его расположение. Лейф смотрел на них с хорошо скрываемым презрением, хотя вино, которым он вскоре начал угощаться, и пыталось сделать его эмоции более явными. Не сумев проникнуться особым трепетом и уважением к кайзеру, рыжий и к подобным прихлебателям и хитрецам, которые желали стать очередным серым кардиналом, относился не слишком приветливо.

Куда большего внимания удостаивалась вторая группа. С основном в нее попадали успевшие повоевать еще при отце нынешнего кайзера ярлы и конунги. Те сохраняли чувство собственного достоинства, пока что присматриваясь к молодому правителю, готовые при необходимости его поддержать, но пресмыкаться не желавшие.

Среди этой группы оказался и герр Рерик Йонсон – глава всей армады. Лейфу он понравился не меньше Веста, да и Финн проникся к старому воину уважением. Огромный как медведь и такой же косолапый из-за старого ранения, он ощущался неуместным в этом вычурном зале. Но неуместным с лучшей стороны, словно был слишком хорош для этого места.

Рыжему тяжело было определить его возраст, но Рерик явно разменял уже пятый десяток. Некогда темно-русая борода, заплетенная в тугую косу до груди, теперь густо подернулась сединой. Левого глаза у мужчины не было, по словам Вигдис, которая осталась со всеми, пока Вест разговаривал со старым моряком, тот вытек после удара булавой в одном из давних сражений. Шрамы почти сливались с морщинами на лице Рерика, отчего их было не так-то просто заметить, но черный провал глазницы и неправильной формы бровь, вмятая внутрь, от того смотрелись особенно жутко.

От Рерика Вест вернулся в приподнятом настроении:

— Старик дал добро на то, чтобы мы шли одними из первых. Немилость кайзера мало его беспокоит. У Хвальсэйяра сделаем последнюю остановку, там то мы и займем свое место в авангарде.

Остров Хвальсэйяр был самой западной точкой Холодных островов. Дальше лишь океан, куда отправлялись только самые отчаянные мореходы.

— А не опасно идти одним из первых? В океане говорят хватает тварей. Не лучше ли в центре спрятаться? — нахмурился Лейф.

— Может и безопаснее, но будучи первым, ты раньше других узнаешь об опасности. И успеешь среагировать на нее, а не на чужие действия, — усмехнулся Вест. — Вигдис предупредит нас, если появится тварь. Нам же останется только решать: сражаться или бежать, бросив кого-то на растерзание. Тут то наша скорость и выскажет свое решающее слово.

Спорить с капитаном Лейф не собирался. Тому явно было виднее, да и, если честно, тащиться в хвосте не хотел и сам парень. Так чести и славы не сыщешь!

Что было дальше, как уже говорилось ранее, рыжий запомнил плохо. Вроде бы была музыка, вкусная еда, чьи-то речи… выпивка хорошенько замылила большую часть воспоминаний о вечере. А уж как оно все сказалось на утро…

Завтрак оба друга благополучно пропустили, провалявшись в гамаках почти до обеда. Сегодня «Змею» некуда было спешить, так что их не будили. Впрочем, не только Лейф и Финн вчера неплохо отдохнули. Когда рыжий все же продрал глаза, в каюте стояла страшная духота, усугубляемая мощным перегаром. В горле саднило, приглушённый гул порта и храп товарищей назойливым сверлом ввинчивались в голову. Что будет с его трещавшей по швам черепушкой, если кто-то вдруг закричит, Лейф боялся даже представить.

Выбравшись на палубу, парень болезненно прищурился – яркое солнце резало глаза. Кое-как доковыляв до бочки с дождевой водой, Лейф сполоснул лицо и утолил жажду. В животе недовольно заурчало. Возможно, не помешало бы перекусить, но пока что юноше даже кусок в горло не лез. Отойдя к перилам, парень с облегчением оперся на них и уставился на спокойное море, радуясь, что внутри бухты почти не было волнения – даже легкая качка стала бы дня него испытанием.

— Проснулся наконец? — раздался рядом насмешливый голос.

Рыжий поднял голову, щурясь на один глаз и прикрываясь от солнца ладонью. Незаметно подойдя и тоже оперевшись на перила, рядом замерла Нэрья в своем обычном наряде. Видимо платье вновь скрылось в каком-нибудь из сундуков Вигдис.

— Мы ничего с Финном не учудили вчера? — прохрипел парень.

— Куда там. Конкретно тебя на «Змея» пришлось тащить. Дагфинн хотя бы идти сам мог.