Страница 30 из 98
Когда наконец их вахта закончилась до заката оставалось всего несколько часов. Идти в темноте Вест не решился. Воды были знакомые, лоцман по прозвищу Папаша Рун, тоже проснулся, готовый в случае чего подсказать маршрут, но время до начала экспедиции еще было. К чему тогда гнать судно ночью, рискуя напороться на рифы у берега или коварную песчаную банку, не различимую с корабля?
Все на что хватило Лейфа – это доползти до камбуза и пообедать, пускай и с опозданием, из-за того, что их вахта выпала как раз на прием пищи. Подойти к коку заранее они с Финном не догадались. До ужина оставалось еще время, в которое только сменившихся новичков никто трогать не собирался, даже строгий Кнуд. Финн, сильно вымотавшийся от непривычной работы, тут же завалился спать, растянувшись в гамаке, как и большая часть их вахты. Лейф же, не желая пока что находиться в душном трюме, выбрался на свет божий.
Солнце уже клонилось к горизонту, хотя еще несколько светлых часов у команды было. На полуюте, у штурвала, стоял Вест, сменив Бруни, который где-то отдыхал. Идти туда рыжий постеснялся, отправившись в нос корабля, на полубак.
Здесь было не так людно. Пара матросов что-то делала у основания фок-мачты, еще один, кажется, решил наведаться на гальюн. Но в целом на Лейфа никто не обращал внимания. Усевшись у края палубы и привалившись к перилам, так чтобы видеть море и далекий берег с противоположного борта, парень с облегчением вытянул ноги. Удивительно, но на сравнительно небольшом корабле, за день он набегался больше, чем в родной деревне за седмицу. Вот что значит дело привычки. На «Змее» пока все было в новинку.
Лейф мог бы вот так сидеть очень долго, любуясь морскими просторами, но его беспокойная натура требовала занять чем-то руки, хоть мысли и пребывали в полнейшем умиротворении. Сам не заметив как, парень достал флейту из сумки, которую носил на поясе, и неуверенно, пока что «приглядываясь» к уставшим пальцам, начал наигрывать какую-то мелодию. Для того чтобы играть, ему даже не нужно было особо концентрироваться на действиях собственных рук или отвлекаться от мыслей. Продолжая любоваться морем и плывущими над ним облаками, парень все увереннее наигрывал что-то на флейте.
От созерцания спокойного пейзажа, парня отвлекли находившиеся на палубе матросы. Корабль шел вперед ходко, вахтенным было особо нечем заняться. Услышав флейту, они какое-то время слушали спокойную мелодию, но в один момент, когда Лейф смолк, чтобы перевести дух, один из моряков завел свою песню. Парень не вслушивался в слова, да в целом это было и неважно. Обычная моряцкая песня, но не та под которую удобно грести, идти в набег или рваться сквозь шторм. Просто размеренная, неторопливая мелодия, скрадывающая время куплет за куплетом, убаюкивающая самых уставших, заставляющая остановиться и немного передохнуть, подумать о жизни и море.
Лейф слушал, но не слышал слов, впитывая сам темп песни, подстраиваясь под него. Пальцы заскользили по отверстиям флейты, пока без звука. Вот моряк завел новый куплет. В этот раз ему вторил парень, тихонько подыгрывая на своей дудочке. Тот видимо только этого и ждал, заведя песню куда громче. Другие матросы тоже запели, кто громко, кто в полголоса, а кто и вовсе еле шепча, но единая мелодия зазвучала над океаном.
Наигрывая на флейте, рыжий глянул на ют, где за штурвалом стоял Вест. Тот едва заметно улыбался, притопывая в такт размеренной песне. Словно почувствовав взгляд парня, капитан глянул на него и одобряюще кивнул. Так они и пели всем кораблем, под аккомпанемент одинокой флейты, шипение волн и свист ветра, да крики чаек, которым не было никакого дела до расшумевшихся людей. Ласковое солнце клонилось к закату, обещая скоро погрузиться в бескрайний океан, закончив первый день морского пути «Длинного змея».