Страница 69 из 76
– Отец пропал без вести, – продолжил Карелин, взгляд его на мгновение стал стеклянным. – Скорее всего, погиб. Это случилось много лет назад, в одном из его походов. Он был верен делу, но… его предали. Недавно мне привезли его тетрадь. Там отец описал, как его подставили, как враги заманили его в ловушку, используя обман и шпионский заговор. Все повторяется, Александр Александрович. Только теперь со мной.
– Матвей Сергеевич, какое облегчение для старика, – сказал Сенеко, слабо улыбнувшись. – Я знал. Я тебе верю. Признаюсь: возможно, я был не прав, и с самого начала следовало довериться тебе. Давай сыграем партию в бильярд. Иногда это проясняет мысли.
Они отправились в небольшой зал при трактире, где стоял бильярдный стол. Матвей взял кий и начал выстраивать первый удар. Сенеко, стоя напротив, продолжил разговор.
– Ты знаешь, что скоро будет подписано соглашение между Россией и Британией? – спросил он, глядя на шар, катящийся по зеленому сукну.
– Я что-то слышал. Но как это связано с нами? – Карелин подал кий начальнику, наблюдая за его движениями.
Сенеко сделал точный удар, сбив несколько шаров в лузы.
– Все связано. – Он выпрямился, посмотрел на Матвея. – Твой отец… Тогда в Персии он столкнулся с британским шпионом, мастером интриг. Предполагаю, что именно этот человек подстроил ту ловушку, в которую он попал. И по последним сведениям он сейчас в России. Его цель – сорвать соглашение. Или, что вероятнее, использовать его в своих интересах. Почему здесь, в Забайкалье, я не знаю.
– О причинах немного догадываюсь я. Ему нужно письмо Далай-ламы.
И Матвей рассказал Сенеко все, что ему удалось собрать по крупицам за последние дни.
– Матвей Сергеевич, дело серьезное. Если мы имеем дело с Олбриджем, то наши шансы малы. До сих пор ему удавались все его предприятия. Даже Шеккер вполне мог стать пешкой в его игре. Возможно, он сам до конца не понимал, во что ввязался. Но ты прав, это большая игра. Теперь, Матвей Сергеевич, все зависит от того, насколько ты готов действовать дальше.
Карелин стоял у стола, наблюдая за тем, как Сенеко обдумывает следующий ход. Кий в руках начальника выглядел неуклюже, словно принадлежал не ему. Матвей, не выдержав паузы, мягко заметил:
– Для дуплета нужно бить тоньше, чем в полшара. Тогда он пойдет искусственным французом.
Сенеко хмыкнул, покачав головой, и после короткого раздумья протянул кий Карелину:
– Нет уж, Матвей Сергеевич. У меня, боюсь, руки не те. Сделайте вы.
Матвей медленно кивнул. Он прицелился, на мгновение задержал дыхание и коснулся шара. Удар был едва ощутимым, но точным. Шар, как будто неохотно, медленно пополз, отскочил от борта и оказался в лузе.