Страница 62 из 105
— Скорее тоскливое, всепоглощающее чувство ужаса, — пояснил я. — Мой сосед по квартире встречался с ее сестрой, так мы и познакомились. Нас вечно сводили в компаниях, так что в какой-то момент мы просто решили быть вместе, чисто потому что это было удобно. Я не говорю, что у нас не было хороших моментов или что мне было на нее плевать, но, думаю, я просто на автопилоте делал то, что, как мне казалось, я должен делать в жизни. Когда фундаментом отношений становится удобство, чертовски трудно заставить себя расти вместе, а не разбегаться в разные стороны. Последние пару лет мы были скорее соседями по квартире, чем парой. Нам не хватало чувства, чтобы развиваться вместе. Я был глубоко несчастен.
— И ты сказал ей об этом?
Я кивнул.
— Сказал. Она ответила, что это пройдет. Но это не прошло, а просто пропитало всю мою жизнь, а потом переросло из неудовлетворенности жизнью в неудовлетворенность собой. Теперь, взглянув на это со стороны и пройдя через терапию, я понимаю: Джеки обожала контроль, и чем ниже я опускался, тем более податливым становился. Мне потребовалось слишком много времени, чтобы осознать, в какую пустую оболочку я превратился. Я больше не мог там оставаться, не мог быть тем парнем. Я понял, что мне нужно уйти и попытаться найти что-то настоящее, чем оставаться ради гарантированного варианта, который меня разрушает.
— Мне так жаль, Брэди, — шепотом произнесла Коллинз. — Ты заслуживаешь лучшего.
— Я знаю, — ответил я. — Я старался не быть козлом, но невозможно обойтись без боли, когда ты расторгаешь помолвку по причине, которая кажется не такой уж существенной… Особенно когда пытаешься донести это до женщины, которая логична и буквальна во всех смыслах этого слова.
— И оно того стоило? Разрушить всю жизнь ради призрачной надежды, что где-то там может быть что-то лучшее? — спросила Коллинз. Ее взгляд стал невероятно мягким.
Я подумал о мотоцикле, который купил сразу после разрыва помолвки. Подумал о том, каково было лететь на нем через разные штаты по извилистым дорогам. Подумал о том, что почувствовал, когда впервые увидел Свитуотер-Пик на горизонте, будто весь огромный мир ждал меня, и этот маленький городок был только началом.
Я вспомнил старую церковь и чердак. Подумал о краске на окнах мастерской и о забитом заказами графике. Подумал о реке Свитуотер и, больше всего на свете, о женщине рядом со мной, которая умела разговаривать с призраками.
— Да, — сказал я, смотря прямо ей в глаза. — Оно того стоило.
И тут, словно от резкого порыва ветра, пронесшегося по квартире, все свечи разом погасли, погрузив нас с Коллинз в абсолютную тьму. Я почувствовал, как воздух вокруг мгновенно наэлектризовался от моего дыхания.
— Это было…
— Не знаю, — выдохнула Коллинз.
Наши плечи соприкасались, и я почувствовал, как она разворачивается ко мне всем телом.
— Брэди.
— Да? — тихо спросил я.
Коллинз сглотнула.
— Это не в одни ворота.
Я поднял руку к ее лицу и прислонился лбом к ее лбу.
— Я знаю, — прошептал я. — Я знаю, Коллинз.
Я почувствовал ее руку у себя под рубашкой и другой рукой притянул плед плотнее, укрывая нас обоих.
— У нас все еще есть зрители?
Коллинз слегка отстранилась, всматриваясь во тьму квартиры.
— Нет. Больше никого, — ответила она. — А что?
— А то, что сейчас я тебя поцелую, — выдохнул я за секунду до того, как накрыл ее губы своими.
Не было ни колебаний, ни сомнений. Стоило нашим губам соприкоснуться, как ее пальцы мертвой хваткой впились в мои волосы, и мне показалось, что я физически не могу прижаться к ней достаточно близко. Я приподнялся на колени, и она подалась вслед за мной. Я обхватил ее за талию, уничтожая последние крохи пространства между нами.
Ее язык скользнул по моей губе, и я с сорвавшимся стоном открылся ей навстречу. Я ответил на ее ласку, сплетаясь с ней языком и поглаживая ладонями ее спину, талию и снова возвращаясь к ее лицу, пока у меня не закружилась голова.
Я отстранился, чтобы перевести дыхание.
— А ты хороша, — выдохнул я.
— Ты тоже, — слава богу, ее голос звучал точно так же прерывисто.
— Еще? — попросил я. Или, скорее, умолял.
— Еще, — согласилась Коллинз.