Завтра я стану огнём

Глава 18. В которой меня называют «Несносная»

— Стойка! Ноги согнуть в коленях. Держать так! – доносились сквозь вату команды тренера.

Нас начали готовить к ежегодному состязанию уже на следующее утро после пещерных посиделок с этой проклятой медовухой. Тоже мне, «Глоток вечности»!

И с чего я решила, что могу пить всё, что вздумается, – и мне ничего за это не будет? Я поморщилась, чувствуя, как кружится голова. Видимо, уносясь в вечность преждевременно. Конечно, все остальные участники уже маги живой силы с кое-каким опытом – и наверняка могут быстро привести себя в порядок.

Одна я.. Ох.. Ради того, чтобы найти своих, пошла на то, чего сама бы не стала делать. И поможет мне снова, кажется, только исцеляющий Бьёрн. Но мысли о целителе с серыми глазами разбегались, пока я пыталась выполнять приказы тренера и не дрожать всеми мышцами.

События вчерашнего вечера путались. Может, Ильхас нарочно споил меня, издеваясь? Может, мстил за что-то моему брату, вдруг Тавиан увёл случайно его девушку? Вот, например, эту Тьяру.. Я сощурилась, разглядывая ловкую блондинку с собранными в тугую косу волосами, которая двигалась, как всегда, бесшумно и неуловимо.

— Удар. Ещё. Прямой, прямой. Справа. Блок. Увернуться, – сыпались слова бесконечным потоком.

Мэй разбудила меня в последний момент, и я узнала, что вместо утренней практики нашему потоку предстоит первое занятие по боевому искусству.

— Чувствуйте ваши тела. Двигайтесь плавно и чутко. Вы маги, вы должны уметь контролировать каждый свой вдох и выдох! Дышим. Удар!

Мой взгляд снова упал на Тьяру передо мной. Ловкая и сильная – вот кто прирождённый воин. И что я здесь делаю?

— Помимо дара вы должны владеть телом так, чтобы оно реагировало быстрее вашего разума. Вы – лучшие из лучших. Отобранные богами для священной миссии, – понеслось следом. – Но вам предстоит защищать ваши границы и границы нашей священной империи от каждого врага.

Разминка закончилась состязанием с соперником. Первый час мы отрабатывали удары так долго, что у меня уже ныли мышцы, но тренер не отпускал нас и продолжал мучить, а после поставил в пары. Хорошо хоть на этот раз мне достался не Ильхас.

Впрочем, когда я поняла, что передо мной Тьяра, легче не стало. Она здесь не первый год и явно гораздо более подготовлена, чем я – стоило хотя бы взглянуть на её мышцы.

— Ну что, поможет тебе твоя стихия? – спросила Тьяра с насмешкой.

Голубые глаза горели азартом. Она хорошо владела своим телом, куда лучше, чем я – своим. И она явно из тех, кто фанатично предан императору, как и Ильхас.

Я попыталась сконцентрироваться на своём сердце, на теле, уделив внимание всем мышцам, вплоть до кончиков пальцев. Чувствовать других мне всё ещё было сложно: если, по описанию магов живой силы, они видели энергию всего живого, что их окружает, то у меня были лишь расплывчатые туманные пятна сил, которые я никак не могла ухватить и превратить во что-то ощутимое.

Магия живой силы считалась более простой и понятной – гораздо легче ощутить себя другим живым человеком, чем тем же.. камнем или частью океана. До сих пор сложно было представить, что император не только умеет сливаться сознанием с земной твердью, но и управлять ею.

Наверное, проведи десять лет среди камней – научишься разговаривать даже с ними?

Мой огонь был куда больше похож на живую силу. Упрямый, непокорный – легко потерять себя и стать его частью, чтобы так же зло жалить и разгораться от любой искры.

Но пока, как говорят все наставники, мне нужно сосредоточиться на теле и собственной силе – прежде чем идти дальше. Отсутствие своих границ – всё равно что смерть. Всего шаг до безумия. И казалось, чем больше я нахожусь в этом священном монастыре, тем сильнее схожу с ума.

Мы сошлись в первом бою, и я просто выставила блок из двух рук, который мы отрабатывали, и пыталась скрыться от вездесущей Тьяры.

Удары её кулаков проносились мимо, но уворачивалась я с трудом: мышцы и без того горели огнём. Один раз я попыталась её достать, но промахнулась. Пару раз уклонилась с попыткой ударить её по ногам, чтобы уронить на землю. В этом случае мне бы засчитали победу и отпустили с миром – но опытная ученица дарханов была быстрее и ловчее.

Тавиан бы пошутил про битву двух девчонок и предложил своим друзьям делать ставки, кто из нас кого первая изваляет в грязи. Мысль о брате вдруг придала азарта, и я сама перешла в атаку. Била отчаянно и наугад – и один раз даже приложила Тьяру в плечо так, что она оступилась.

Но следом отвлеклась и получила удар под колено – и рухнула на землю.

Ударилась виском так, что зазвенело в ушах. Кажется, я попыталась встать, но всё вокруг потемнело до кровавой пелены.

— Эй! Живая, что ли? – прозвучал рядом голос.

— Нормально, – слабо отозвалась я светлому пятну над собой.

Кажется, Ильхас. Голова закружилась, когда я поняла, что меня взяли на руки и куда-то понесли, но дурнота накатила снова, и всё потемнело.

В какой-то момент один светловолосый северянин сменился другим. Бьёрн? Да что вообще происходит? Я приподнялась на локтях, но голова плыла как в тумане.

— Это сотрясение, тебе надо лечь обратно.

Прищурив глаза, я всё же разглядела обстановку. Я оказалась в своей келье, судя по вещам и свету из окна, но на улице стемнело, наступил вечер.

— Что ты здесь делаешь? – Мой голос звучал как несмазанная телега, пришлось откашляться.

Бьёрн, сидевший рядом на постели, оглянулся на дверь, будто задумался: действительно, что? Я попыталась сглотнуть, но во рту было сухо, как в пустыне.

Конечно, он же целитель. Пусть не единственный в Сеттеръянге, но, должно быть, тот, кто уже несёт за меня ответственность. Вполне логично. Но как он тут.. появился?

— Кто-то уже рассказал? – прошептала я.

— Нет. У нас с тобой особая ментальная связь с первого прикосновения, – серьёзно сказал Бьёрн, и я моргнула: его образ ещё немного плыл перед глазами. Но очертания его лица в свете светильника и без чёткости казались хорошо знакомыми: блеск серых глаз в тон серебристым колечкам в ушах, красивый подбородок и губы в лукавом изгибе. – Ты разве не чувствуешь?

Это правда? Он чувствует всё, что со мной происходит?..

— Шучу, – успокоил меня Бьёрн и протянул кружку, склонившись так, что я ощутила запах его кожи, тихо стукнулись деревянные бусы об амулет на шее с круглым символом Четырёх богов. – Держи воду.

Я приподнялась на локте, сделала несколько медленных глотков, чувствуя, как от этого снова шумит в ушах, а каждый глоток отзывается судорогой мышц в горле.