Страница 69 из 82
— Красивая такая, — прошептал он, ласково проводя по моим волосам, его голос был хриплым, вибрирующим, от которого внутри меня всё затрепетало.
Он приблизился ко мне, его дыхание обожгло мою кожу, и он начал целовать — ласково, без напора, но с нарастающей страстью, его губы скользнули по моим, язык вторгся внутрь, исследуя, требуя, и дыхание моё замерло, тело таяло под его натиском.
— Скучал по нашей близости, — прошептал Кристиан, начиная ласкать мою шею своими губами, слегка прикусывая кожу, отчего по телу пробежали мурашки, а внизу живота потянуло сладкой болью.
Его рука сползла от талии к бёдрам, я выдавила из себя тяжёлое дыхание, он рукой приподнял сорочку и начал массировать киску двумя пальцами — медленно, круговыми движениями, надавливая на клитор, и лёгкий стон сорвался с моих губ, эхом отозвавшись в комнате.
— Нравится? — прошептал он рядом с ухом, его горячее дыхание обожгло кожу.
— Д…да, — выдохнула я, закусив нижнюю губу до боли, чтобы не застонать громче.
Он отодвинул трусики в сторону и провёл медленно по клитору, надавливая сильнее, я стала дышать ещё чаще, тело выгнулось навстречу, а Кристиан улыбнулся, отстраняясь, и я открыла глаза, полные тумана желания.
— Ты такая хорошая девочка, — его голос звучал властно, с той доминантной ноткой, что заставляла меня таять и подчиняться.
Мужчина напором шёл на меня, а я отступала назад, он был как хищник, который хочет наброситься на свою добычу, его глаза горели голодом.
Я упёрлась в стену, он навис надо мной, не раздумывая жёстко перевернул меня лицом к стене, сердце забилось быстро, адреналин смешался с возбуждением, пульсируя в венах.
Он нежно снял с меня халатик и бросил его на пол, рука его ласково шла вверх по моему бедру, оголяя ягодицу, пальцы сжали кожу, вызывая лёгкую боль, смешанную с удовольствием.
— Доверься мне, больно не будет, — прошептал Кристиан, его голос был низким, успокаивающим, но с подтекстом команды, и я кивнула, чувствуя, как тело дрожит от предвкушения.
Резко прилетел шлепок по ягодице — острый, обжигающий, не успела понять, как застонала, и возбуждение вспыхнуло ярче, кожа горела, а внизу живота всё сжалось от желания.
— Умничка, — поцеловал он меня в макушку, и снова повторил жест, шлепнув ещё сильнее, волна боли перешла в удовольствие, тело выгнулось, требуя больше.
Он сжал мои волосы крепко, отрывая голову от стены, и я услышала шуршание — краем глаза увидела, как он достаёт из штанов пакетик с презервативом, мужчина быстро надел его, задрал сорочку, отодвинул трусики и вошёл в меня быстро, заполняя полностью.
— Ммм… — я застонала громко, тело пронзило удовольствие, как молния.
— Тише, кричать пока не надо, — он прикрыл мне рот рукой, его ладонь была тёплой, жёсткой, заглушая стоны.
Он входил в меня жёстко, сопровождая это очень сильными шлепками по ягодицам, кожа горела, а я сжимала свою киску от сильного возбуждения, чувствуя, как он растягивает меня, каждый толчок эхом отдавался в теле, доводя до края.
«Пусть это будет такое моё наказание…», — мысль пробежала в голове, смешиваясь с волнами удовольствия и вины.
Он резко вышел, снял штаны, майку и взял меня на руки — легко, как перышко, его мышцы напряглись, и понёс в спальню, бросив на кровать с той доминантной силой, что заставляла меня трепетать.
— Руки за голову, — приказал он хриплым голосом, полным той властной интонации, что заставляла меня трепетать от смеси страха и желания, и я подчинилась, чувствуя, как сердце колотится в груди, как барабан, отдаваясь эхом в ушах. Кристиан достал из тумбочки кожаный ремень — чёрный, гладкий, с металлической пряжкой, которая холодно блеснула в полумраке, — и быстро завязал мои запястья, приковывая к изголовью кровати. Ремень впилась в кожу, но не больно, а возбуждающе, лишая контроля, делая меня уязвимой и полностью в его власти — каждый дюйм тела напрягся, предвкушая, что последует дальше, а внутри разливалась сладкая, томительная влага.
Он навис надо мной, его глаза горели тёмным огнём, полные голода и доминирования, тело — мускулистое, напряжённое — излучало жар, который я ощущала даже на расстоянии. Руки сорвали сорочку одним резким движением, ткань зашуршала, обнажив грудь, и он впился в соски губами — жадно, прикусывая сначала один, потом другой, посылая вспышки боли и удовольствия по всему телу, как электрические разряды. Я выгнулась дугой, стоны вырывались сквозь зубы, его руки сжимали мою грудь, пальцы впивались в кожу, оставляя лёгкие следы, усиливая ощущение полной подчинённости. Тело извивалось под ним, требуя больше.
Он спустился ниже, его губы оставляли мокрый след по животу, спускаясь к бёдрам, раздвигая ноги широко, грубо. Его язык скользнул по клитору — настойчиво, круговыми движениями, надавливая ровно настолько, чтобы довести до грани, но не дать кончить, его пальцы вошли в меня, растягивая, массируя изнутри, находя ту точку, что заставляла тело содрогаться. Я стонала громче, бедра невольно поднимались навстречу, влага текла по бёдрам, а он добавлял третий палец, растягивая сильнее, его дыхание обжигало чувствительную кожу, язык ускорялся, то замедляясь, то впиваясь, доводя до безумия.
"Пожалуйста... не останавливайся", — шептала я про себя, но он знал, как мучить, его свободная рука сжимала бедро, удерживая на месте, не давая двигаться.
— Проси, — прошептал он, его пальцы замерли внутри, вибрируя слегка, его губы коснулись клитора ещё раз, обжигая.
— Пожалуйста… Кристиан, трахни меня, — выдохнула я, тело дрожало от нужды, подчиняясь его доминированию, голос сорвался на стон, а внутри всё пульсировало, требуя заполнения.
Он усмехнулся, звук низкий, довольный, и перевернул меня на живот одним движением, приподняв бёдра, его руки сжали ягодицы, раздвигая, Кристиан вошёл сзади — глубоко, заполняя полностью одним толчком, растягивая до предела. Каждый последующий толчок вбивал меня в матрас, его бедра шлёпали о мои, руки сжимали ягодицы, шлепая снова и снова — остро, обжигающе, пока кожа не покраснела и не загорелась, каждый удар посылал волны удовольствия прямо к клитору. Ремень натянулся, руки болели от напряжения, но это только усиливало ощущения — я стонала в подушку, тело содрогалось, сжимаясь вокруг него, чувствуя каждую вену, каждый дюйм его внутри. Он замедлился на миг, вышел почти полностью, чтобы войти снова — медленно, томительно, растягивая момент, его пальцы скользнули к клитору, массируя в такт толчкам, доводя до грани.