Страница 63 из 136
Глава 16. Его убила ты
Получив записку от Валира, Ксирата ухмыльнулась в усы: намечалось неплохое завершение торжества. Вчера был день короля, сегодня – королевы. И барсийцы прогалопировали красавцами, и в целом всё шло просто прекрасно. Если не считать того, что на турнире ей так и не удалось ни с кем порубиться. И лишь одно расстраивало королеву: Эйв был выжат. После Ночи Эспиатора была ночь тайного совета, где обсуждалась внезапная угроза с юга (потому что одной девочке приснился злой муж), и все эти дни король так и не зашёл к супруге в спальню.
Так что желание любовника оказалось весьма кстати.
Валир уже ждал её в ротонде, и Кси, на ходу расстёгивая крючки жёсткого корсажа, промурлыкала:
– Сегодня трахаю я тебя. Я зла, ужасно зла, и мне нужно выместить свои чувства на ком-то покорном и беззащитном. Был бы волшебно, если бы тебе ещё и руки связать.
Скинула корсаж, стянула блузу через голову.
– Я пока не готов быть связанным, – рассмеялся Валир, расстёгивая мундир. – Боюсь, моё мужество умрёт тотчас.
– Хор-рошо, – проворчала Ксирата. – Р-руки убрал.
Она подошла и стала сама раздевать его, едва не обрывая золотые пуговицы и тихонько рыча. Восточный герцог замер, как пойманная ирбисом дичь, и эта его мнимая беззащитность взбудоражила кошку. Кси грубо сорвала с любовника мундир, быстро расстегнула рубашку, куснула затвердевший сосок, тихо ворча.
– Ваше Величество, пощадите меня, – взмолился Валир, принимая игру.
У него было мягкое розово-белое тело, небольшой, но заметный животик, жирок под кожей, под которым, однако, чувствовалась мускулатура. И курчавые золотистые волосы, мягкие, как лебяжий пух, на груди и тонкой струйкой сбегающие от пупка вниз, под тёмную линию штанов.
Рыкнув, Кси скрюченными когтями чиркнула по груди, с удовольствием видя взбухающие алые царапины. Слизнула капельки крови с его кожи, расстегнула ремень на брюках, скинула их вниз. Валир разулся, прижав носком одной ноги пятку сапога на другой, переступил через штанины и снова замер. Его нежная кожа тотчас покрылась мурашками. Холодно в ротонде не было – накануне помещение протопили, но и жарким спёртый воздух было не назвать.
Ксирата толкнула любовника ладонями, и он попятился. Она пошла на него, яростно хлеща хвостом по пышным юбкам.
– Моя короле… – прошептал герцог, споткнулся о диван и упал на него. Кси запрыгнула сверху, вжимая его тело в бархатную мягкость.
– Погладить их. Ты же хочешь, – приказала хрипло.
И Валир послушно взял в ладонь её пышную грудь. Ксирата зарычала, выгнувшись, и тогда осмелевший герцог, приподнявшись на локте, взял сосок в рот и принялся ласкать губами. Она заёрзала на его паху, то стискивая ногами бёдра, то отпуская, а потом зарычала:
– Дрянной мальчишка! Ты до сих пор в трусах? Ты будешь наказан за это.
Вцепилась в его волосы, оторвала его голову от своей груди и впилась, жестоко и больно в губы. Валир застонал, и она ощутила привкус крови во рту. А промежностью – растущее мужское возбуждение, его твердеющий ствол. Выпустила истерзанные губы, пихнула любовника ладонями, заставляя упасть на спину, и стала спускаться вниз-вниз-вниз по груди, животу, прикусывая и оставляя красные следы на белой коже.
Валир вздрогнул всем телом, когда Ксирата зубками потянула трусы, обнажая его естество. Он коснулся было её белых волос, но Кси приподнялась и яростно зашипела. Мужская рука бессильно упала на диван. Любовница снова нагнулась и взяла пенис, медленно втянула скользкую головку в рот, прикусывая. Валир напрягся. Ксирата облизала гладкую, шелковистую кожу, прошлась язычком по венцу и насмешливо глянула на мужчину, стиснувшего челюсти.
– Может, мне откусить это тебе, мальчик? Может, мне превратить тебя в девочку?
Он распахнул глаза и с подлинным ужасом глянул на неё. Вот так лучше, милый. Ксирата рассмеялась, хрипло, трескуче, как будто кто-то рвал бумагу, прикрыла глаза ресницами и лизнула его напрягшийся ствол, а потом стала ласкать его жадно, сильно, помогая себе рукой. Валир глухо застонал, и его плоть вновь стала твердеть и набухать. Удовлетворившись результатом, Кси соскочила, скинула трусы на пол и села на мужчину, введя в себя его плоть.
У него был широкий пенис, вполне приличных размеров, и Кси зарычала от приятных ощущений наполненности. Задвигалась, сначала плавно, почти нежно, а потом всё более и более жёстко и быстро.
Да, да, да…
Она терзала и мучила его и вскоре услышала его глухи стоны. Валир задышал обрывисто, как будто дышать ему было тяжело. Ксирата тёрлась клитором о курчавые светлые волосы паха, и низ живота охватил пожар похоти.
и вдруг…
– Что здесь происходит? – писклявое.
Кси обернулась и увидела в дверях Эйва, позади которого что-то темнело. Мелкое, противное и…
Йотпы сраные!
Ксирата спрыгнула, лихорадочно соображая, что делать дальше. Мир разорвал грохот выстрела. Эйв, лишившийся лица, упал и задёргался. Мелкое и противное кинулось к нему, что-то вопя. Кси оглянулась, чувствуя, как вздыбливается шерсть, а уши прижимаются к макушке, и в ужасе уставилась на Валира, опускающего пистолет.
Он убил Эйва? Он сейчас… он…
Герцог, по-прежнему обнажённый, с эрегированным членом наперевес, шагнул к Ирис, ударил её пистолетом наотмашь. Принцесска рухнула на тело брата, будто кукла, скинутая с руки. Валир оглянулся:
– Моя королева, – прошептал губами.
Они побледнели, но взгляд голубых глаз был сдержанно-спокоен.
– Одевайся, – рявкнула Ксирата. – Вымётывайся. Но сначала застегни.
Она натянула блузу, убрала подол под юбки. Любовник поднял корсаж и помог королеве привести себя в порядок, а потом начал поспешно одеваться. «Он убил Эйва… Эйв мёртв, мёртв… Какого… Откуда он вообще тут?!» – билась в голове лихорадочная мысль, но Кси уже овладела собой: сейчас речь шла о секундах и выживании.
Взяв пистолет, она вложила его в руку безжизненной Ирис, оглянулась на Валира. Тот уже был обут, в штанах и застёгивал рубашку.
– Нет времени, – зарычала королева.
Подхватила мундир, саблю в ножнах, впихнула в его руки, а потом распахнула окно, выходящее в противоположную сторону от дворца.
– Убирайся. Возвращайся в комнату, и пока не услышишь тревогу – не выходи.
Валир глянул на тело, на принцессу и пистолет, коротко кивнул и выпрыгнул. Ксирата плотно закрыла створки, вернулась к двери и завопила во всю силу своих лёгких. Но и без крика она слышала, что к ротонде уже спешат. Рухнула на колени рядом с телом мужа, рыдая.
Двери распахнулись.