Страница 135 из 136
Наклонила длинный нос и понюхала трупик йотпы, лежавшей у её лап. «Да, поесть бы не мешало», – решила Лися. Засунула руку в сумку и обнаружила там блокнот, карандаш, окуляры и фляжку. Вынула последнюю, зубами открутила пробку, сплюнула и попыталась вылить жидкость в рот.
Фляжка была пуста.
– М-да… Интересно, а печать Изиргира способна избавить от смерти из-за жажды? – проворчала Елисель.
С другой стороны… Йотпы ведь не могут жить там, где совсем уж нет воды, верно? Значит, надо поискать. Но сначала, пожалуй, стоило зажарить йотпу – желудок уже сводило спазмами голода.
Пришлось облазить каменистый склон узкой расщелины, снизу ставший более пологим из-за оползня, оборвать сухие ветки чахлого кустарника и пучки высохшей травы, несколько раз упасть, поскользнувшись на остром щебне, прежде чем собралось хоть что-то, из чего можно было разжечь костёр. Потом Лися достала окуляры. От падения они разбились, но всё же среди осколков нашёлся более или менее выгнутый и большой, девушка кое-как закрепила его в оправе и сфокусировала лучик солнца на солому. Уже через несколько минут вспыхнул ласковый оранжевый язычок.
– Ну, всё не так плохо, – пробормотала Елисель, нанизала на ветку куски йотпы, порезанной ножичком, и водрузила над костром.
По-хорошему на углях бы, но…
Какие там угли из хвороста? Даже на огне мясо не успеет пропечься толком…
Позади зашуршали тихие шаги, посыпались камушки. Елисель обернулась и увидела громадного волка.
– Риш? – спросила его с замиранием сердца, отчаянно надеясь, что это именно он: по мордам различать их она не умела.
Хищник не ответил. Шёл к ней медленно-медленно, пригнув голову. Елисель подняла нож и зажала его в левой руке. Однако Нойса кинулась к варгу, припадая брюхом к земле и кокетливо юля хвостом, и у девушки отлегло от сердца. Она положила нож рядом с собой, перевернула жаркое и дружелюбно кивнула:
– Йотпа только одна, но могу с тобой поделиться.
Варг клацнул зубами.
– Ты понимаешь, что я говорю?
Он кивнул, открыл рот и вывалил розовый язык – видимо, было жарко. Елисель оценила его белые, крепкие зубы.
– Но сам говорить не можешь?
Риш помотал головой.
– Так, – пробормотала Лися. – Надо найти твой амулет. И будет просто чудесно, если мы его найдём.
Встала и принялась искать, лазая по обрыву, переворачивая щебень и с каждым часом всё более и более осознавая, насколько нереально найти жемчужинку на порванной верёвочке на склоне, с которого постоянно скатываются камни. «Интересно, а у них бывают запасные амулеты?» – спрашивала она сама себя.
Вряд ли.
Елисель была девушкой очень упорной. Она вернулась к костру, съела полусырую йотпу, разрезав вдоль хребта и не снимая шкуры, и снова продолжила поиски, несмотря на то, что солнце стало напекать затылок и без того раскалывающейся от боли головы. Нойса бестолково путалась под ногами.
Лися нашла следы крови на камнях, отыскала вещевой мешок с мужской эльфийской одеждой, помёт какого-то животного, чей-то (наверное, ящерицы) высохший череп, но жемчужинки нигде не было. Ближе к полудню девушка опустилась на камни без сил.
– Прости. Это нереально. Придётся тебе остаться вот таким…
Варг как-то тоскливо глянул на неё, лёг рядом, положив громадную голову на мощные лапы.
«И мы все умрём», – философски рассудила Лися.
Расселина была узкой, поэтому солнце, скрытое оврагом, до сих пор не убило их, но рано или поздно…
– Ты должен попытаться выкарабкаться или выпрыгнуть. Со мной. Мы доберёмся к Пятому князю, и он, может быть, что-нибудь придумает. Ну хотя бы покормит тебя… Будешь охранять чугунный замок…
На камни выскочила серая ящерка, и Нойса, прыгнув рыжим огоньком, тотчас схватила хвостатую в зубы. Изо рта чешуйчатой выпало что-то маленькое, беленькое, сверкнуло на солнце и упало между острых камней. Елисель метнулась, разгребла обрубком руки и пальцами щебень и…
Да быть не может!
Это была жемчужинка! Возможно, не та, но…
– Откуда бы в пустыне жемчуг? Ну, и откуда мне взять верёвочку?
Лися подняла перламутровый шарик. Вернулась к сумке, пошарила в ней, но ниток, даже хирургических, не было. Тогда она решительно срезала прядь своих волос, скрутила их, используя зубы, левую руку и веточку и радуясь тому, что за год волосы всё же отросли. Верёвочка получилась довольно короткой, но чтобы обвязать вокруг шеи – должно было хватить. С большим трудом Елисель смогла нанизать на неё жемчужинку, а потом попыталась надеть волку на шею и поняла: шея зверя намного шире человеческой…
Волк острожное взял амулет из её рук языком.
– Эй, проглотишь! А проглотишь – выйдет афендр…
Голый парень молча завязал шнурок из волос на шее. Лися так же молча (горло болело от сухости и жары), вынула из мешка комплект одежды и протянула ему:
– Одевайся. По такому солнцу можно сгореть…
У него была загорелая кожа, но всё же солнце пустыни могло сжечь и её. Взгляд Елисель невольно скользнул по литым мускулам, по рукам, перекрученным венами, с тёмными волосками ближе к запястью. По груди, тоже волосатой.
– Отвернись, – хрипло попросил Риш.
Девушка пожала плечами:
– Ой, да чего я там не видела! У меня, знаешь ли, сын есть…
– Ты-то видела, да я-то не видел, что ты видела, – хмыкнул Риш, чуть усмехнувшись, и добавил устало: – Елисель, пожалуйста.
Лися вздрогнула. Ч-что? Ей вдруг вспомнился раненый Эйв в её спальне, тогда, когда он неожиданно исцелился. Ну, почти. Девушка зажмурилась, затрясла головой.
– Тебе плохо?
– Н-нет… просто это как будто уже было, – пробормотала она, села и уткнулась лицом в колени. Услышала, как он натягивает штаны, как ступает подошвой обуви по камню. Снова глянула. – Тебе не кажется?
Этого не может быть. Просто случайность. Обычная случайность и ничего более, но сердце защемило.
У Риша тёмно-каштановые волосы, у Эйва тоже были тёмные. Но глаза… у Риша – карие, почти чёрные, у принца – синие, с жёлтым ободком вокруг зрачков. И принц был не таким худым, и вроде бы выше, и… И вообще, это не он, другие черты лица, другое тело.
– Не знаю, было или нет. Я не помню ничего из своей жизни до того момента, как вы с лисой подошли к клетке. Помню только, что умирал от жажды, а ты меня напоила. И тоже это смутно, как в тумане.
И голос не Эйва: хриплый, лающий.
– Зря, наверное, я тебя вытащила от эльфов. Пустыня убьёт нас вернее, чем они…