Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 114 из 136

Сетар тяжело посмотрел на него. Меч исчез.

– Сейчас. Сделай это сейчас.

– Но она не спит… и потом… я должен предупредить малютку, что с ней желает говорить такой великий демон… И…

– Ты испытываешь моё терпение, Изиргир!

– Ты сомневаешься в мудрости моего супруга? – возмутилась Ыыша.

– Делай или не выйдешь живым из моего замка, клянусь тебе всеми проклятыми!

Пятый князь вздохнул, закрыл глаза и воздел руки. Между пальцев вспыхнул зелёный диск и завертелся с бешеной скоростью. Но тут же Изиргир распахнул глаза, диск замерцал, замедляясь.

– Мой повелитель, вы ведь согласились на наш брак с Ирис? У вас ведь уже есть супруга и… человечка это так недостойно вас!

– Конечно, – важно кивнул Сетар. – Я просто хочу убедиться в правдивости твоих слов, лжец.

– Чем я заслужил недоверие, о величайший? – с горечью возопил Изиргир и снова закрыл глаза.

Диск расширился, став воронкой. Демон сбросил его с ладоней.

– Мир снов распахнут для тебя, о повелитель, – всё ещё обиженно заметил он.

– Переодень меня, – приказал Сетар.

– В том мире ты будешь выглядеть как человек, – пообещал Изиргир.

И сморгнул слезу обиды. Третий князь шагнул в воронку, и та закрылась за ним. Ыыша задумчиво глянула на гостя.

– И как же ты делаешь женщин счастливыми? – полюбопытствовала демоница, улыбаясь. – Признаюсь, я наблюдала за вами с той… рыженькой человечкой. На крыше.

Изиргир покраснел и застенчиво опустил взгляд.

– Тогда прекраснейшая должна была видеть, что человечка стала счастливой, – скромно заметил он.

– Ну… может быть. Но меня не впечатлило, – хмыкнула Ыыша. – Людишкам, конечно, не так уж и много нужно для блаженства, но… я была разочарована.

Она подошла к нему и когтем приподняла его подбородок.

– Ты миленький.

В голосе её прозвучала скорее снисходительность, чем восхищение. Изиргир глянул на демоницу, из-под густых ресниц хризолитово блеснули его глаза.

– Людишки такие трусливенькие и хрупкие, – шепнул он и облизнулся длинным языком.

За его спиной распахнулись чёрные с прозеленью крылья, и человеческий облик изменился на демонический. Ыыша неожиданно оказалась прижатой к стене и увидела вертикальные зрачки совсем рядом. Раскалённое дыхание обжигало её лицо. Чешуйчатые когтистые лапы упёрлись в стену по обе стороны от её лица.

– Но ты же не такая, моя прелесть? – хрипло спросил Изиргир.

Ыыша ударила его магией, и вихрь огня взметнулся, объяв фигуру демона. Пятый князь рассмеялся, наклонился и укусил пленницу за шею, сжав нежную кожу клыками.

– Мой муж испепелит тебя, – задыхаясь прошептала Ыыша.

– Лучше ты, – шепнул Изиргир.

Его хвост опутал её колени, подсекая. Демоница вырвалась, прыгнула и взлетела. Скала вулкана треснула над её головой. Ыыша ринулась в небо, ввысь, ввысь, ввысь. Туда, где восстающее солнце кровавило перистые облака.

Оглянулась: внизу лишь ветер перекатывал песок в барханах. Она сипло рассмеялась, выравнивая полёт.

Смех замер на губах, когда что-то чёрное упало на неё с неба, и падение завертело обоих крылатых в штопоре…

…

Искусанная, придушенная, окровавленная Ыыша лежала в шатре и довольно жмурилась на мягкий солнечный свет, перебирая пальчиками ворс пледа. Изиргир, вновь принявший человеческое обличье, накручивал на коготь её чёрный локон. Он давно не чувствовал себя настолько блаженно опустошённым.

– Сетар тебя убьёт, – заметила демоница насмешливо.

Она приподнялась, опершись на левую руку, и согнула одну ногу, не стесняясь своей обнажённости. Загорелая кожа переливалась бронзой. Изиргир поцеловал багровый синяк под круглой коленкой, кровавую ссадину на животе, нежно стиснул зубами тёмный сосок.

– Не думаю, – сообщил уклончиво.

– Полагаешь, ты с ним справишься? – рассмеялась она и укусила его в плечо.

Изиргир слизнул выступившую кровь со своей груди и улыбнулся.

– Душа моя, – шепнул ласково, – ты же умница. Разве нет?

Ыыша прищурилась и вдруг расхохоталась, повалившись на мягкий плед. Пятый князь перевернул её гибкое тело и вцепился клыками в шею пониже линии волос…

***

Синяки прошли. Ушибы перестали болеть, но всё равно произошедшее оставило какой-то неизгладимый след в её душе, и он отражался во взгляде.

Куда-то совсем исчезли веснушки – невыводимая беда её детства. И наивно-дерзкое выражение лица. И смешинки в глазах. Самой себе Ирис сейчас казалась взрослой женщиной тридцати с чем-то лет. В уголках рта появились ниточки морщинок, между бровями – тоже, а взгляд стал надменным и жёстким. Даже губы – наивно пухлые – будто затвердели. И в локонах появились седые волосинки – Ирис безжалостно вырвала их.

Она рассматривала себя в зеркало холодно и отстранённо, словно чужого человека. Невысокая, но похудевшая. Тени под глазами надо запудрить. Да и вообще выравнять бледный тон лица, сделав его поживее. Грудь раздалась, раньше она была меньше. Бёдра тоже стали более рельефны, зато талия практически вернулась на место. Серый мундир, подаренный Изиргиром ночью, удивительно шёл королеве. Надо же! Она бы никогда не подумала, что ей будет настолько к лицу военная форма.

– Ваше Величество, к вам герцог Хесс, – доложила горничная, приоткрыв дверь в тамбур.

Они всё ещё ехали на юг, но уже с гораздо большими удобствами: у Лили появилась няня, у Ирис – служанка.

– Пусть войдёт, – кивнула королева.

И увидела в зеркале, как герцог шагнул в её комнату-вагон. Горничная тотчас вышла.

– Какой у меня чин? – спросила Ирис, усмехнувшись.

Тот скользнул взглядом по аксельбантам, по золотым треугольным пуговицам.

– Полковник.

– Всего-то? – она рассмеялась, обернулась к нему, сняла белую перчатку и протянула руку.

Хесс поцеловал.

– Хочешь, прикажу сшить генеральский? Или мундир фельдмаршала?

Она задумалась.

– Н-нет. Пожалуй, нет. Генеральский нужно ещё заслужить, а я пока недостойна и чина полковника.

– Ты – королева, тебе ничего не нужно заслуживать.

– Кроме короны, верно? А ещё любви армии и подданных. Вряд ли её завоюешь, выдавая самой себе чины и награды.

И улыбнулась, чтобы смягчить резкость тона. Хесс проницательно взглянул на неё:

– Ты волнуешься. Боишься?

– Очень.

Она вдруг ткнулась лбом в его плечо, вдыхая тонкий аромат горьковатой туалетной воды и лёгкий – сигары. Хесс курил. Редко, дорого и не при ней, но Ирис уже знала о его слабости.