Хранительница безумного дракона

Глава 29

Рамир

Я иду по коридору, и каждый шаг отдается в висках глухим ударом. Спиной я все еще чувствую ее взгляд — растерянный, испуганный, но уже не полный ненависти.

Мой плащ. Я оставил ей свой плащ.

Зачем? Чтобы она не замерзла?

Зверь внутри не рычит. Он затих, свернулся клубком, но я чувствую, как подрагивает каждый его мускул. Мой дракон доволен. Доволен тем, как она пахла. Как она, почти голая, стояла передо мной, и в ее глазах не было отвращения. Только шок и… любопытство.

Драго.

Я пришел, чтобы предупредить ее. После того, как я увидел лицо Селесты на уроке иллюзий, искаженное чистой, незамутненной злобой, весь день и вечер я не находил себе места.

Я понял, что платиновая дрянь просто так это не оставит. Светлячок был последней каплей.

Используя статус старшего куратора как предлог для проверки первокурсников перед отбоем, я направился в женское крыло. Я шел сказать Виоле, чтобы она была осторожнее. Чтобы не выходила из комнаты одна.

А вместо этого… вместо этого я застал ее в эпицентре ее собственного магического шторма. Маленькая человечка потеряла контроль и снова выпустила свою восхитительную и поражающую мощью силу. А я увидел то, что не предназначалось для моих глаз. И едва не сорвался. Снова.

Рука до сих пор помнит жар ее бедра под юбкой. В паху тяжело и больно от желания, которое я так и не утолил, сбежав, как последний трус.

Я останавливаюсь, упираясь ладонью в холодную каменную стену. Нужно прийти в себя. Нужно выбить из головы ее образ, пока он не сжег остатки моего рассудка.

— Тьерн. Какая встреча.

Голос, маслянистый и вкрадчивый, выдергивает меня из красного тумана. Я медленно поднимаю голову.

Профессор Грэйвс.

Он стоит в нескольких шагах, его руки заложены за спину. На лице играет лицемерная, угодливая улыбка, но в бегающих глазках плещется холодная сталь.

— Проверяете владения перед сном, профессор? — роняю я, выпрямляясь. Ледяная маска возвращается на лицо.

— Беспокоюсь о студентах, — вздыхает он. — Особенно о тех, кто создает проблемы. Например, ваша… протеже. Мисс Виола.

Мои пальцы непроизвольно сжимаются в кулак.

— Только что сработали академические сенсоры, — продолжает Грэйвс, и его голос сочится ядом. — Зафиксирован неконтролируемый выброс стихийной магии. Прямо из ее комнаты. Она разнесла свою комнату. Такие студенты опасны, Рамир. Для себя и для окружающих. Возможно, пришло время поднять вопрос об ее отчислении. Ради общей безопасности, разумеется. Селеста Вейн уже выразила свою глубокую озабоченность.

Селеста. Так я и знал.

Ярость, раскаленная добела, пронзает меня насквозь. Зверь просыпается. Он чует угрозу. Угрозу той, что является его единственным спасением.

Я наступаю на Грэйвса. Медленно, текуче, как хищник, загоняющий добычу.

Профессор инстинктивно пятится, его улыбка становится натянутой.

— Что вы…

— Заткнись, — обрываю я. Мой голос падает до низкого, вибрирующего шепота, от которого воздух в коридоре начинает трещать.

Моя аура, обычно запертая за семью замками воли, срывается с цепи. Она не выплескивается огнем. Она обрушивается на него тяжелой, удушающей волной, как пепел перед извержением вулкана. Пыль в коридоре поднимается в воздух и застывает, не смея осесть.

Грэйвс задыхается. Его ментальные щиты, которыми он так гордится, лопаются, как мыльные пузыри, под давлением моей искалеченной, безумной, но колоссальной силы.

Профессор хватается за горло, его глаза вылезают из орбит. Он пытается поставить барьер, но его магия просто гаснет, задавленная моей.

С глухим стуком профессор врезается спиной в стену и сползает по ней на пол, как тряпичная кукла. Он смотрит на меня снизу вверх, и в его глазах больше нет ни спеси, ни интриг. Только животный, первобытный ужас.

Я наклоняюсь, мой рот оказывается у самого его уха.

— Если с ее головы упадет хоть один волос, — шепчу я, и каждое слово пропитано ядом. — Если она споткнется, потому что ты «случайно» не убрал с дороги камень. Если она исчезнет… я не буду разбираться. Я приду за тобой, Грэйвс. И я вырву твое трепыхающееся сердце голыми руками. Ты меня понял?

Он судорожно кивает, не в силах издать ни звука.

Я выпрямляюсь, отряхивая невидимую пыль с рукава мундира. Ледяная маска снова на месте.

В этот момент краем уха я улавливаю тихий, едва слышный скрип. Дверь комнаты Виолы. Она приоткрыта на щель. Человечка там. Подсматривает, маленькая зараза...

Я не оборачиваюсь. Не даю ей понять, что знаю о ее присутствии. Пусть думает, что это просто мои личные разборки.

Но зверь внутри меня… он знает. Он чувствует ее взгляд. И ему это нравится. Ему нравится, что она видит мою силу. Конечно, девчонка понимает, что на самом деле, я защищал ее… Моему дракону нравится, что она знает: никто не посмеет ее тронуть.

Я бросаю последний презрительный взгляд на скулящего на полу профессора и ухожу, чеканя шаг.

Пусть боится. Пусть боятся все.