Страница 123 из 157
* * *
Катацумури-третьего разбудили требовательные позывы мочевого пузыря. В комнате царила непроглядная темень. Рядом чуть слышно посапывала Тэра, утомлённая любовными утехами. Катацумури довольно осклабился, хмыкнул:
«Я в этом деле хорош! Я превосходен, хо-хо! А жена стократ лучше, чем задница смазливого матросика! Жена, тёща, да кто угодно в этом благословенном доме…»
Низ живота свело. С пузырём не поспоришь!
Наскоро натянув нижние штаны, он поспешил по коридору к задней двери, ведущей на двор. Катацумури уже хорошо ориентировался в своём новом жилище, а то поначалу забредал куда попало: это ж не дом, а дворец! Никакого сравнения с убогой хибарой, где он в детстве жил с родителями и братьями.
В детстве? В другой жизни!
Теперь у него новая жизнь: богатая, роскошная! Он теперь большой человек!
Начальник!
Облегчившись в отхожем месте, большой начальник ощутил желание. Вернее, сразу два желания: хотелось женщину и добрый глоток крепкого авамори. Эй, друг любезный! Ни в чём себе не отказывай! Исполнение желаний ждало Катацумури в спальне тёщи. Вот ведь, и с тёщей повезло! В постели хоть куда, в три раза сообразительней жены, и кувшинчик всегда найдётся для любимого — во всех смыслах! — зятя.
Чем не рай?!
Он был уже в двух шагах от цели, когда в спальне Ифы что-то с треском упало. Послышался задушенный хрип…
Катацамури ворвался внутрь, словно ураган. Тусклого отблеска лунного света, упавшего через открытую дверь, хватило, чтобы увидеть неслыханное: его драгоценную тёщу и наставницу в делах клана насиловал какой-то мерзавец.
И как насиловал, негодяй! У Катацумури-третьего не хватило бы на такое фантазии.
— Тикусё! Иди-ка сюда, бакаяро!
Не дожидаясь, пока насильник исполнит приказ, Катацумури бросился на него и с размаху заехал кулаком по роже. Нет, не заехал. Кулак и рожа разминулись, тикусёмо[28] оказался на диво проворным. Выпустив тёщу, он отпрянул и в свою очередь молниеносно засадил хозяину дома в глаз. Бывший матрос взревел от ярости, — в жизни его били и посильнее! — ринулся напролом, бешено молотя кулаками куда попало, и в голове Катацумури-третьего взорвался фейерверк.
Мир померк.