Одарённые

Удар ноги в добротном сапоге выбил из груди Арона весь воздух и отправил парня в полёт, окончившийся гулким ударом спиной о каменную стену подземелья. Эхо напоминало звук, с каким айсберг откалывается от ледяного массива.

Было дикое желание вскричать от боли в груди и спине, но вместо этого Арон смог только судорожно вдохнуть воздух.

Мальчишка, несмотря на боль и шок, попытался подняться на ноги, как вдруг почувствовал на своей шее что-то острое.

Застыв, он медленно поднял взгляд и увидел своего обидчика, успевшего приблизиться вплотную и приставить к горлу парня какой-то странный предмет. Вроде как нож, но почему-то каменный.

Перед ним стоял мужчина в светлой рубахе, неброских коричневых штанах, таких же сапогах, перчатках и плаще с низко опущенным капюшоном.

«Вот и всё, — подумал Арон, — приплыли».

И тут услышал тихий, властный голос:

— Ты кто такой, парень?

От неожиданности мальчишка ответил далеко не сразу. Он уже решил, что его собрались убивать. Но если уж спрашивают, то, глядишь, и пронесёт.

— Меня зовут Арон, — парнишка попытался произнести эти слова как можно спокойнее, но получилось это у него не очень. Голос слегка дрогнул, и сама фраза прозвучала дёргано.

Глубоко вздохнув и прикрыв на миг глаза, Арон собрался с духом и продолжил чуть спокойнее и более уверенно:

— Я аколит первого года обучения Управления Даром.

Незнакомец выждал несколько мгновений, пристально вглядываясь в зелёные глаза незадачливого мальчугана, в которых мелькнула-таки искорка отчаяния.

Затем каменное остриё его ножа — или что это там было, Арон так и не понял — медленно опустилось за шиворот парня. Ловко подцепило тонкую цепочку, и на грудь аколита соскользнул висевший на ней бронзовый жетон. Его Арону, как и всем новоявленным семинаристам, выдали на церемонии посвящения.

В империи Физар каждый стихийный маг носил подобные жетоны. На них отображались стихия заклинателя и род его деятельности. Вот и на новеньком украшении паренька были вычеканены завиток воздуха и развёрнутый свиток пергамента. Внутри свиток был пуст. Это означало, что он — аколит Семинарии на начальной стадии обучения.

Когда новоявленный маг окончит Управление Даром и будет распределён на какой-то факультет, внутри изображения свитка появится символ того самого направления. А по окончании обучения очертания свитка с жетона убирали, оставляя лишь символ выбранного направления.

Внимательно оглядев украшение, незнакомец чуть отдалился от парня. Острый каменный предмет странным образом исчез, будто сам собой, втянувшись в рукав его рубахи.

— И что же делает новоявленный семинарист первого года обучения Управления Даром в подвальном помещении главной библиотеки? Куда, надо сказать, доступ открыт далеко не всем студентам даже со старших курсов, — недоверчиво спросил незнакомец.

Поза его казалась расслабленной. Да и стоял он не вплотную, но Арон отчего-то не сомневался, что, возникни у незнакомца такое желание, он мгновенно раскатает паренька в тонкий блин.

— Спасаю богоугодные летописи от жестоких набегов хитиновых вредителей!

Повисла гнетущая пауза.

— Чего? — изумился мужчина.

— Ну, понимаете, — принялся объяснять мальчуган, — меня и ещё одного парня из моей группы в наказание за небольшую провинность отрядили сюда. В главную библиотеку Семинарии. В помощь смотрителю. А уже он, в свою очередь, нас сюда и привёл. Рукописи переписывать.

— Хм, — неспешно произнёс незнакомец. — Узнаю в твоих словах высокопарность Феребата. «Набеги хитиновых вредителей». Только он во всей Семинарии может такое выдать. Ну и его беспечные развлечения, конечно.

В глазах незнакомца мелькнула искра, а правый уголок тонкого рта чуть приподнялся в ухмылке.

— Развлечения? — в свою очередь удивился Арон.

— Ну а как же? Пустить первогодок в особое подвальное помещение, куда они получат доступ лишь в отдалённом будущем. Да и то, если получат. И посмотреть — что же из этого выйдет.

Пришедший незнакомец заметно расслабился и отошёл на шаг. Арон явственно ощутил, что опасности на данный момент нет. Однако не переставал чувствовать себя в капкане: одно неверное движение или слово — и ловушка захлопнется.

— А вы, простите, кто? — произнёс он, стараясь пристально вглядеться в лицо своего обидчика.

Это было непросто, так как лицо незнакомца скрывал низко опущенный капюшон, а очертания его фигуры — широкий плащ.

— Чего? — опешил тот.

— Ну, вы тоже сейчас находитесь в особом отделе библиотеки Семинарии.

Арон многозначительно огляделся, поднимаясь с каменного пола, и с непринуждённым видом принялся отряхивать свои штаны.

— Меня-то сюда привёл смотритель Феребат. А это означает, что формальное разрешение здесь находиться у меня имеется. А у вас?

Произнося эти слова, семинарист не глядел на незнакомца, продолжая небрежно отряхиваться. Как будто тот его совершенно не пугал. Лишь на последней фразе парень поднял голову и пристально, с наигранной серьёзностью взглянул на мужчину.

— Ха! Малец, а ты смелый! Раз смеешь меня допрашивать. А вдруг я… — он на миг призадумался, — ну, скажем, вор? Что, если я проник сюда незаконно, с целью украсть, а потом продать несколько особо ценных фолиантов? А тебя, как свидетеля, да ещё и такого любопытного, мне проще всего убить?

Арон неспешно покачал головой.

— Нет, — в наигранно небрежной манере произнёс он. — Будь вы вором, то уже б действительно убили. Да и возможность у вас была. Но я, — парень показательно чуть развёл руками, — всё ещё жив. А значит, вы не вор. Тогда кто же?

Мальчуган подобрался и снова встал в боевую стойку.

— Отвечайте! Или я буду драться! И снова на вашу молниеносную атаку уже не попадусь. А на шум драки сюда сбежится пол Семинарии. А может, даже Инквизиторы! И тогда вам точно несдобровать!

Мужчина искренне удивился смелости и наглости первогодки, едва прошедшего посвящение.

— Инквизиторы, говоришь, сбегутся? — незнакомец слегка улыбнулся. — Расслабься, парень. Инквизиция уже здесь.

С этими словами он стянул с левой руки перчатку, и Арон, оторопев, увидел на его указательном пальце чёрный перстень в виде черепа, в глазницах которого играли бликами от факельного свечения два илинита.

Мужчина же, удовлетворённый реакцией мальчугана, неспешно откинул капюшон, и Арон наконец смог рассмотреть его лицо.