Одарённые

И без того готовые к драке, услышав о том, что на них собираются наябедничать, парни рассвирепели ещё больше. Кабан даже сплюнул на пол, отрывая свою здоровенную тушу от двери, и направился вслед за остальными. Его простая льняная рубаха, как с незаметной улыбкой отметил про себя Арон, еле застёгивалась на раскачивающемся в такт шагам толстом пузе.

«Интересно, сколько новых постояльцев сможет прокормить приют, когда Кабан его покинет?» — бегло подумал он.

— В нашем благовоспитанном заведении никто стукачей не любит, — напоказ размахивая руками, разминая мышцы, процитировал Скользкий негласный устав приюта. — Уж ты-то должен знать это, Арон. Ты же тут с самого детства. Брошенный и никому не нужный!

Арон сжал кулаки и разом напряг уже давно готовое к драке тело. Уладить дело миром у него явно не получилось: Скользкий сумел найти нужные слова и окончательно подстегнуть своих парней. Тогда к чему притворство?

Вариант отступить и уловкой проскользнуть в коридор даже не рассматривался. Арон никогда не был трусом, да и гордость этого бы не позволила. К тому же потерять уважение единственного друга, который появился у него впервые за четырнадцать лет жизни в приюте, не хотелось.

— А зачем ябедничать-то? — неожиданно вмешался в разговор пришедший в себя Марк.

На его узком лице сверкнули серые глаза — у паренька явно появилась зацепка, которой они могли воспользоваться:

— Мы вот-вот уже должны идти с Ищущим за город. Там нас будут проверять на Дар к магии. Как увидит господин маг синяки да ссадины, так сразу же всё ясно станет. Даже объяснять ничего не надо. Он сам быстро всё поймёт — не глупый!

— Хм, и то верно, умник, — задумчиво процедил сквозь зубы Скользкий и, не отрывая взгляда от сжавшего кулаки Арона, слегка повернулся к своим подельникам. — Что ж, парни, тогда по лицу не бить.

Те понятливо закивали, а заводила продолжил, вновь расплывшись в мерзкой ухмылке:

— Но вы, мелочь, не сильно радуйтесь! Есть много мест, куда накостылять можно. Вам и этого будет достаточно. — Он вдруг посерьёзнел и хищно осклабился. — Хватит нам зубы заговаривать. Давайте, парни!

Пришедшие подались вперёд, готовясь к драке.

— А вдруг осматривать целиком будут? — ничуть не смутившись, продолжил гнуть свою линию Марк. — Нам же на магию проверка предстоит! Может, ну не знаю, через реку проплыть нужно будет? В стихию воды погрузиться, так сказать. Снимем мы рубахи, а там синяки ваши. И что тогда?

— Ой, не могу! — от слов паренька Скользкий остановился и залился противным смехом. Даже опустил поднятые в замахе руки. — Через реку переплыть! Насмешил… Ещё скажи — перелететь! Тогда уж точно проверка пройдена! Маг — однозначно!

Пятеро его прихлебателей охотно загоготали.

«Сейчас бы и ударить, пока они расслабились», — подметил про себя Арон, но Скользкий не терял бдительности и даже во время смеха поглядывал на юркого светловолосого парня.

— Не переживай, не нужно будет вам там плавать, — продолжил отсмеявшийся задира. — Нас вон тоже пару лет назад проверял кто-то из Ищущих. Сядет маг напротив тебя да будет вопросики задавать всякие… Странные.

Скользкий немного замялся. Воспоминания о собственной проверке ему явно были не по душе.

— Про мамочку твою, про папочку. Любил ли ты их? Скучаешь? Как будто разжалобить хотел и до слёз довести. Садист!

— А меня вообще запугал! — вмешался в разговор один из парней. — Сказал, мол, знают в Духовенстве всё про мои делишки! Как я ночами цветы на клумбе рвал да ногами по грядкам топтался. Дескать, выгонят меня из приюта завтра же за такое. Я сразу во всём и сознался! Рассказал, что садовник наш отругал меня как-то. При парнях, значит. Ну и сильно уж напакостить ему захотелось! А чуть позже выяснилось, что цветы эти сам начальник приюта сажал. Для своих нужд магических. Он же маг земли… Дар у меня Ищущий не нашёл, но зато пообещал не рассказывать господину Кисару. Повезло мне тогда. Не сдал.

— Это что за проверки такие странные? — удивился Марк.

— А какие есть! — зло отрезал Скользкий. — Просто смиритесь, ребятишки. Никому вы не нужны в этом мире! Ни империи, ни тем более магам. А этот вот, зеленоглазик борзый… — Он указал пальцем на Арона. — Так даже собственным родителям не нужен. Бросили его с самого рождения! Как котёнка. Ну да тех хотя бы топят, если не нужны, а этого засранца к нам в приют подбросили. Что глазки-то свои на меня вылупил, подбросок? — продолжал распаляться Скользкий. — О, кстати! Подбросок… Отличная кличка, парни, не находите?

Те дружно закивали, веселясь и гримасничая, изображая своими ужимками жалостный вид брошенного на порог приюта младенца.

— Ну что, Подбросок, иди сюда, сейчас мы тебя научим старших уважать! — Скользкий выставил вперёд кулаки и медленно боком пошёл на Арона.

— У меня. Есть. ИМЯ! — сквозь стиснутые до хруста зубы раздельно выдавил из себя Арон.

Практически выкрикнув последнее слово, он стремительно ринулся на противника, подбадривая себя криком, который всем показался нечеловеческим и диким. На бегу парень замахнулся кулаком, метя задире в корпус. Но в последний момент рука его отчего-то разжалась, и Арон нанёс удар уже не кулаком, а растопыренной пятернёй.

К удивлению Арона, ладонь так и не коснулась рёбер обидчика. Вместо этого словно неведомая сила сбила Скользкого с ног и отшвырнула на приличное расстояние в сторону удара.

При падении задира ещё проскользил какое-то расстояние по полу, раскрыв рот в немом изумлении и скривившись от неминуемой при таком падении боли.

Не замечая странности произошедшего в горячке начавшейся драки, Арон бросился на следующего обидчика. Тот успел закрыться руками, но это ему не помогло, и парень отправился в недолгий полёт, завершившийся мощным ударом о спинку стоящей невдалеке кровати.

Не успев осознать, что именно произошло, четверо остальных парней направились к Арону.

Встав в боевую стойку и сам не понимая, для чего, зеленоглазый мальчуган развёл руки в стороны, набрал полную грудь воздуха и прикрыл глаза.

И тут началось. В комнате взвыл ветер, оконные ставни заходили ходуном, кровати, громко скрипя и с противным скрежетом царапая ножками пол, начали сдвигаться со своих мест, а в центре спальни перед застывшими от неожиданности нападавшими стал закручиваться настоящий вихрь.