Страница 80 из 124
— И что там дальше было? И как погибли генералы? И откуда этот снаряд взялся? — засыпал царь вопросами своего родственника.
— На нашу беду было довольно тепло и безветренно. И газы попали в окопы. Через двадцать минут после обстрела на наши позиции начал наступление третий Баварский армейский корпус. Отравленные войска оказать сопротивления практически не смогли. Почти все выжившие нижние чины, офицеры — попали в плен. Генерал Булгаков, при попытке взятия в плен — застрелился. Если бы не самоуправство генерала Баланина и самоубийственная атака третьей кавалерийской дивизии под личным руководством Епанчина, то мы бы в тот день лишились бы и Кёнигсберга. А снаряд этот с поля боя притащил прапорщик Зотов. Он сразу заметил, что несколько снарядов не взорвались, и смог один из них откопать и доставить в штаб армии.
— Надо его наградить. Распорядись, — отдал приказ Николай II. — А что за самоуправство, о котором ты говорил и которое позволило остановить наступление баварцев?
— Зотову я уже вручил георгиевский крест. Что же касается действий Баланина, — Николай Николаевич замялся. — Там очень странная история. В качестве плановой замены двадцать девятой пехотной дивизии двадцатого армейского корпуса в Кёнигсберг прибыла восьмидесятая пехотная дивизия генерала Вебеля, укомплектованная мобилизованными из Иркутской губернии. Дмитрий Васильевич Баланин провел смотр этой дивизии и остался очень недоволен её подготовкой. О чём и сообщил мне. И потребовал её замены. Ты же знаешь, Ники, — назвал великий князь императора домашним прозвищем. — Какое положение на фронтах и какая нехватка войск. Вот я и распорядился оставить прибывшую часть в Кёнигсберге в качестве гарнизона, а на фронт отправить пятую стрелковую бригаду, которая стояла там гарнизоном. Но генерал Баланин ослушался меня и выгнал сибирскую дивизию строить учебную линию обороны в городок Бранденбург, что в пятнадцати верстах от Кёнигсберга. И вот именно эта линия обороны и эта дивизия и смогли остановить баварцев. Теперь я даже и не знаю что делать. Или наказывать Баланина за ослушание или награждать?
— Конечно награждать, — припечатал Николай II. — Ты мне лучше скажи, что теперь делать, если эти гадские германцы вновь применять свои газовые снаряды?
— Ну, на совещании штаба было принято решение, чтобы в каждой части пошили защитные маски из плотной ткани. Но это не решение проблемы. Надо что-то, чтобы с гарантией защищало людей от газов. Я об этом уже отписал Костику в академию наук…
— Стоп, стоп, стоп, — прервал великого князя Николай II. — Минутку, сейчас. — Он листал своей ежедневник и что-то искал. — Вот! Нашёл! Противогаз! Устройство для защиты людей от отравляющих газов. Производиться в Гельсингфорсе на заводе Матвея Хухты.
— Опять этот Хухта! Такое ощущение, что без него мы никак не справимся. Броневики — Хухта! Аэропланы — Хухта! Винтовки и пулемёты — снова Хухта! Теперь и защита против газа — тоже у него.
— Ну, а что? — улыбнулся царь. — У Вильгельма есть Крупп, а у нас Хухта! Надо будет навестить Гельсингфорс как можно скорее и разузнать про эти, — Николай ещё раз сверился с ежедневником. — Про противогазы. Все равно, в марте планировал поездку по финляндскому княжеству. Теперь съезжу раньше.