Страница 80 из 124
Простой киевский мальчишка, переехавший с семьей в Улеаборг, за пять лет жизни в Суоми почти в совершенстве овладел финским языком и исполнил свою заветную мечту — стал пилотом. Он уже более полутора лет служил в Северной эскадрилье под командованием Якова Кута. И именно его последний и порекомендовал для участия в этом перелёте. И именно поэтому Михаил Андерс называл Кута командиром, хотя прекрасно знал, что главный в экспедиции — Том Рунеберг.
— Ну, раз советуют, то, значит, пойдём за ними. Надеюсь, нам организуют встречу не хуже чем в Сент-Джонсе.
……
Воскресень
е, 1
3 мая 1917 года. Доходный дом по улице Фабрично
й, 1
1. Гельсингфорс.
— Я рад, что вы, капитан, наконец приняли правильное решение и присоединились к нам. Но, тем не менее, для большего доверия напишите-ка мне расписку. Вот, по этому образцу.
— Расписку? Ну-ка, ну-ка? Так, я, нижеподписавшийся, добровольно участвую в… Хм… Ладно… Я на всё готов, чтобы избавиться от него… Где перо и чернила?
— Минутку. Не подумал об этом. Вот-с. Извольте.
— Ну, вот, написал, — мужчина придвинул к собеседнику лист бумаги, который тот, быстро изучив, промокнул и убрал в ящик стола. — Лишь бы у нас с вами всё получилось, господин генерал-майор. Я очень надеюсь, что переданная через бывшего вашего подчиненного информация — правдива, и мы навсегда сможем избавиться от Хухты. Но хватит ли нам сил на задуманное? Судя по вашим словам, у меня есть всего пара рот, которые преданы вам, а, значит, и мне. Плюс, кто-то из гвардии. Может, вы кого-то и из крепости сможете завербовать?
— Вы всё-таки сомневаетесь, господин Викстрём. Я это вижу, — усмехнулся Карл Маннергейм. — А зря. К июлю, когда запланировано общее выступление, сил у нас будет в достатке. Тут всё зависит от вас. Сможете вы устранить Хухту — тогда вся Финляндия упадёт нам в руки. Не сможете — то тогда придётся попотеть. Но на нашей стороне будут не только верные люди, но и помощь извне. Германцы.
— Германцы? Но как они попадут в княжество? Десант? — удивился Андреас Викстрём.
— Не совсем. Впрочем, вы уже дали согласие и подписали документ, делающий вас одним из заговорщиков, а значит, вам можно приоткрыть тайну. Но помните, если вы нас предадите, то долго не проживёте.
— Хватит меня запугивать, господин Маннергейм. Я знаю, на что иду. Я слишком ненавижу Хухту. Он мне сломал всю жизнь.
— Странно. Вроде бы он к вам относится как к любимому племяннику. Помогает вам. Вытащил вас из госпиталя, где вы скорее всего лишились бы ноги. Продвигает по карьерной лестнице. И, тем не менее, вы его ненавидите?
— Да! Именно! Ненавижу! Это личное, господин генерал-майор. Попрошу вас не допытываться, — почти выплюнул Андреас Викстрём и, как наяву, вспомнил тот день, когда Матти избил его прямо на глазах у всех парней и младшего брата.
Чайником его обзывал. А потом домового своего натравил. Ненавижу.
— И Хиири ненавижу, — вслух произнёс он.
— А это кто? — удивился Маннергейм.
— Неважно, — отмахнулся Викстрём. — Так что там по поводу иностранной помощи?
— У меня есть знакомые в Швеции, которые контактируют с германским генеральным штабом. И люди оттуда предложили интересную операцию. Вы же в курсе, что в княжестве работает и содержится довольно большое количество австрийских пленных. Так вот, под видом очередной партии работников, к нам приедут германские военнопленные. Их будет сопровождать и контролировать германский офицер. Нам останется только вооружить их.
— Но как такое возможно? А как же русские?
— С тем бардаком, что творится сейчас в бывшей империи после революции — можно ещё и не то. Тем более, что мы сумели завербовать парочку кадровых агентов вашего дяди, которые и осуществляют набор военнопленных для работ в княжестве. Но, помимо этого, есть и ещё несколько факторов, которые помогут нам провернуть задуманное. О них, позвольте, я вам расскажу позднее.
— Как пожелаете, господин генерал-майор, — покорно согласился с собеседником Андреас Викстрём, немного даже напуганный масштабом готовящегося.