Проклятый Алхимик

— Так не пойдёт каждый день, — ответил я. — Сначала будет рост, потом Мякишев что-нибудь придумает. У него фантазия, видимо, богатая.

— Вы очень оптимистичный человек, ваше благородие.

— Я реалистичный. Это разные вещи.

Гавриил закрыл кассовую книгу и поставил самовар. Я присел у окна с чашкой чая и смотрел на улицу. Обычный вечер в Ставрополе: прохожие, фонари, пролётка у дома напротив. Тишина и благодать.

Потом со стороны главной улицы послышался. Размеренный, казённый. Так едут люди при исполнении служебных обязанностей, а не те, кто торопится домой к ужину.

У ворот лавки остановились двое верхом.

Синие мундиры. Жандармы.

— Господин Травников? — спросил он, глядя на меня.

— Он самый.

— Ротмистр Соколов, жандармское управление. — Он положил на прилавок сложенный лист. — Нам нужно поговорить о событиях на Губернской дороге. Примерно день назад. Вы там присутствовали?

— Присутствовал.

— В тот день зафиксирован инцидент с автомобилем. Водитель Ford сообщил о столкновении с вашим экипажем на подъезде к городской управе. После этого вы, по показаниям четырёх свидетелей, напали на группу людей. Один из пострадавших — Александр Волков — получил вывих плеча и ушиб рёбер. Ещё трое обратились в приёмный покой с различными повреждениями. — Ротмистр перевернул страницу. — Кроме того, ваш дед, барон Владимир Петрович Травников, в тот же день отдельно атаковал тех же лиц с применением ножа. Двое опознали орудие. Барон задержан сегодня утром.

Я молчал.

Со мной на экзамен ехал дед. Когда люди Мякишева перекрыли дорогу, я разобрался с ними сам и уехали.

Ротмистр смотрел на меня так, как смотрят на человека, который вот-вот начнёт оправдываться. И заранее знает, что из этого ничего не выйдет.

В лавке стояла полная тишина.

— По показаниям Волкова и ещё двух свидетелей, нападение с вашей стороны носило преднамеренный характер. Перед дракой вы приняли алхимический эликсир неустановленного состава. Медицинский осмотр пострадавших зафиксировал повреждения, несовместимые с физическими возможностями человека вашего сложения без постороннего воздействия. Применение алхимических составов в столкновении с людьми квалифицируется отдельной статьёй.

Это было уже по-настоящему интересно. В самом неудобном смысле слова.

— Поэтому вас мы также задерживаем, — сказал ротмистр без лишних интонаций. — До решения дежурного судьи. Без права залога.

Гавриил за спиной издал что-то неразборчивое.

— Обвинение конкретное? — спросил я.

— Нападение с причинением телесных повреждений при использовании алхимического вещества. Статья двадцать четвёртая уголовного уложения, часть вторая. Это не административное нарушение, господин Травников.

Я перевёл взгляд на второго жандарма.

посмотрел на второго жандарма. Тот стоял у двери и молчал. Просто стоял, на случай если у меня вдруг появятся мысли про чёрный ход.

Хорошая организация. Ничего лишнего. Хотя, я не вижу в этом много смысла. В нышнем теле, без эликсира, я на врятле им смогу что-что, противопоставить.

— Лавку передайте кому-нибудь под ответственность, — добавил ротмистр. — Или заприте до возвращения.

Я обернулся к Гавриилу.

Тот смотрел на меня с лицом человека, которому сообщили что-то заведомо невозможное.

— Ваше благородие, может, сперва адвоката?

— Потом.

Да и не знал я тут никого. В прошлой жизни такие дела решались без адвокатов.

Ротмистр забрал с прилавка фуражку и надел её.

— Прошу следовать за нами, господин Травников.

Письмо пришло ночью. Жандармы явились вечером того же дня. Меньше суток между двумя событиями — это не совпадение, это расписание. Кто-то работает быстро и умеет пользоваться системой.

Мы вышли за ворота и двинулись в сторону управления.

Я смотрел прямо перед собой. Гавриил остался стоять у ворот и провожал нас взглядом, а над входом тихо покачивалась на ветру вывеска.

Первый арест — это ещё не конец.

Надеюсь.