Страница 15 из 30
Я завидую, что Ангелина при этом живет на широкую ногу. Она покупает сапоги и шубы, как будто завтра никогда не заступит. А я коплю на кафель в ванной. Я ей завидую. Этой легкости бытия. Этому умению наслаждаться моментом. Не потому что не могу купить шубу, а потому что куплю кафельную плитку.
Почему она не избавится от фирмы? Да потому что никакой зарплаты не хватит на аренду квартиры, на няню и на проценты по кредиту. А еще ей, как и мне, нравится Мадрид. И Вена. А свой отпуск она предпочитает проводить на Сицилии. Потому что Сицилия ей тоже нравится.
А я уже пятый год хочу в Куала-Лумпур. Но куплю этот дурацкий кафель и буду хотеть дальше.
Новый любовник Ангелины, сумасшедший французский экспат. Большая шишка во всемирно известном концерне по торговле прокладками и туалетной бумагой. Он на все сто соответствовал вкусу Ангелины. Он был такой чистый, что аж скрипел.
– А еще у него романтический французский прононс, – хвасталась Ангелина.
Еще бы, после зубных протезов бывшего мужа, любая встречная жаба mon ami, mon amour.
Он обладал безграничной фантазией и наглостью.
Однажды он прикатил к ней ночью в плаще на голое тело. И даже остановивший его инспектор ДПС не обломал его эрекцию. Он все время требовал от Ангелины секса.
Он требовал его в машине, в ресторане под столом, на балконе ее квартиры с видом на Бутово и развешанные подштанники соседа.
Ангелина требовала цветов и шоколада. Но он получал свой секс. А она свой шоколад – фигушки!
Когда он очередной раз явился без шоколада и потребовал поиграть в плохого мальчика и хорошую девочку, Ангелина послала его отборным матом. Но ему похрен, ведь по-русски он не говорит. Тогда она отключила все доступные средства связи. Он стал караулить ее у офиса. И ей, чтобы спастись, пришлось сигануть в юбке через турникет. Потом он торжественно вручил ей пузырек жидкости для снятия лака, чем очень ее рассмешил, и был прощен. Так он застолбил за собой право ночевать на Ангелинином диване.
Но от нее стали шарахаться соседи, потому что нельзя всю ночь колотить диваном об стену. Особенно в условиях повышенной слышимости ее новостройки. Соседские жены после встречи с ней стали обиженно поджимать губы. Но когда наполеонушка вернулся из командировки и глумился над Ангелининым телом три часа, сосед-кальсононосец попытался выбить ее балконное стекло огнетушителем.
Для хрупкой Ангелины эта ночь тоже не прошла даром. Наутро она была вынуждена обратиться к мануальному терапевту. Француз был послан nach hause. Но не тут-то было. После трехнедельной осады всех ее телефонов он позвонил ей в домофон в четыре утра. Он грозился засыпать ее всеми возможными розами мира и утопить в шампанском. Она ржала в трубку: «Никогданикогданикогда». Тогда он стал орать под окном единственную разученную за два года русскую фразу:
– Звезда! Открой дверь!!!
Потом опять звонил в домофон и плакал:
– Пусти хоть в туалет, а же к тебе через всю Москву ехал!!!
Добрая Ангелина, конечно, его пустила, и там же, в коридоре, была изнасилована прямо с зубной щеткой во рту.
Потом звонила мне и рыдала от смеха:
– Ah, mon romantique!
Подарки он ей все же привез. Ага. Отколотый сувенир с Бора-Бора, где он на Новый год бухал с друзьями, и баночку заплесневелого джема из самолета.
– Когда ты уже его пошлешь? – возмущалась я.
– Без него скучно, – оправдывалась подруга.
А недавно позвонила мне и, всхлипывая от обиды, начала:
– Сижу я в офисе, деньги считаю. По всему выходит, что до конца месяца мне не дотянуть. А если про это пронюхает «зубная фея», алиментов в этом месяце я тоже не увижу! За офис плати, за аренду плати, за интернет плати, няне плати. А тут звонит он и предлагает секс в солнечных очках. Ну не придурок??? Ну, где я еще получу столько эмоций??? Только в налоговой инспекции!!!