Страница 27 из 65
обвинения! Не переживай! Ты сама как?
— Нормально! — доброжелательно отзываюсь. — С моей стороны подушка безопасности
сработала… Шею только немного… — указываю на свой воротник. — Всё хорошо! С ним
точно всёбудет хорошо?
— Да! Всё будет хорошо, — по слогам произносит она. — Не переживай!
Дверь палаты Максима вновь открывается. Мрачный, словно туча, оттуда выходит муж
Эстель — Альберт. Закрывает дверь и бросает мрачный взгляд на меня.
— Я не хотела… — оправдываюсь, виновато глядя на него.
— У него амнезия, — объявляет Лапин, поджав губы.
— Что?..
— Амнезия, — повторяет Альберт. — Он не помнит аварию. И несколько лет до неё…
Значит, он не помнит о нашей дочери… Значит, не заберёт её.
Ура!
Хоть в чём‑то мне повезло!
— Я… я пойду… — восклицаю, обернувшись к выходу.
— Олеся, он не помнит, что вы расстались, — звучит мне в спину. — Он зовёт тебя… Ты…
не моглабы подыграть? Врач говорит, что это быстрее поможет ему всё вспомнить.
— Нет, — качаю головой.
Поворачиваюсь
к нему, чтобы в лицо сказать
всё, что думаю. — Я,конечно, виновата в аварии, но я не собираюсь играть в эти игры!
Ни за что! У меня настоящий,любимый муж дома… И дочь… Я… Я не хочу… Деньги Андрей
тебе вернёт! Лечение Максима — тоже. — Разворачиваюсь и иду к выходу из больницы.
Сбегаю позорно.
— Олесь, он не помнит, что Маша умерла… —
бросает
он мне в спину
словами, и я замираю.
Маша — единственная кровная сестра Максима. После смерти родителей она — всё, что у
негоосталось. Но несколько лет назад Маша умерла, и это стало концом для всех: для
него, для меня,для наших отношений.
И я помню, что было с Максимом, когда она умерла…
Второй раз он этого не переживёт…
Я второй раз не переживу, глядя, как сильный мужчина рассыпается…
— Мне плевать на него! — бросаю, направляясь обратно к себе на этаж, в свою палату.
У меня другая семья.
У меня муж и дочь!
Я взрослая женщина!
Я не буду играть в игры!
Не буду притворяться!
Не буду его жалеть!
Он же меня не пожалел тогда, когда обвинил в смерти Маши…