Страница 58 из 79
Глава 16
Утром рядом с экипажем меня ждал один Лейвар.
— А где воздушники? – спросила я, осматривая ближайшие кусты на предмет торчащих оттуда крыльев и ног.
Ничего примечательного не нашлось, зато драгхар ответил:
— Не выдержали конкуренции.
Рисса сторонилась крылатого, поэтому молча забралась в карету и обложилась дощечками, на которых отмечала зазубринами информацию о найденных сокровищах для Элевии.
Но стоило мне поднять ногу на ступеньку кареты, как дверь дома открылась, и бледная Тереза окрикнула:
— Вивьен, Лерате плохо.
Я тут же убрала ногу со ступеней и понеслась обратно в дом. За собой следом я слышала уверенную поступь Лейвара и торопливую Риссы.
Леди Гренли сидела на полу в коридоре, ведущем в ее покои, и выглядела так, словно сейчас отдаст душу богам. Глаза ее были закрыты, тело бледное, руки холодные.
— Что такое? Что случилось? Камень при ней? – спросила я, опускаясь рядом.
— Я помогу поднять. – Лейвар мягко отстранил меня и взял Лерату на руки, отнес в кровать и тактично отошел к двери.
— При ней. Я проверила. Нашла ее в таком состоянии и тут же позвала вас.
— Лерата, – обратилась я к девушке на кровати. – Леди Гренли! Рисса, зови человеческого доктора.
Домовушка убежала, громко стуча пятками по полу.
— Она без сознания. – Лейвар встал позади меня и спросил: – Позволите, я измерю ее пульс?
Выглядит собранным и знающим, что делать.
— Конечно. – Я посторонилась.
Крылатый взял Лерату за запястье. Спустя минуту сказал:
— Очень слабый.
В его глазах я увидела посыл «Готовьтесь ко всему».
— Но почему? С ней же все было хорошо. Она стала бодрее, сильнее, могла поддерживать беседу и присматривать за домом.
Я осмотрелась в комнате, ища зацепку, и увидела письмо на прикроватной тумбочке. Оно было открыто.
— Вызвала! – В комнату забежала Рисса. – Доложила хозяйке по артефакту связи, она все организовала.
— Спасибо. Рисса, а ты не знаешь, откуда у леди Гренли это письмо?
— Так рано утром красивый драгхар передал.
Хавьер!
Я тут же схватила письмо, но Лейвар вырвал его у меня из рук.
— Ты так же хочешь? Совсем не думаешь! – Он рыкнул на меня так, что я вздрогнула.
Меня словно огнем обдали. Неприятно, чувствительно, лицо все горит.
Лейвар стушевался, поняв, что перегнул.
— Прости, но ты слишком рискуешь.
Крылатый сжег письмо в руках, не успела я и вскрикнуть.
— Это вещественные доказательства! Ты их уничтожил!
— Это опасная вещь, от которой одной из вас уже стало плохо. Хочешь лежать рядом?
Да, он прав, что я не подумала, схватив письмо. Но он мог дать совет, остановить, а там мы бы уже безопасно сохранили улику. Однако Лейвар уничтожил все!
— Ты прикрываешь своих, да? Угольки не имеют права на существование? – завелась я.
— Вивьен, я о тебе беспокоюсь, – сказал Лейвар, а потом тихо добавил: – Она уже не жилец. О себе подумай.
Мне словно воздух перекрыли. Как он может так говорить? Как смеет?
— Вон. Выйди. Отсюда, – чеканила я каждое слово.
Крылатый остался стоять на месте. Я подняла на него взгляд, полный возмущения:
— Выйди. Вон.
Лейвар смотрел на меня, молчал, но словно пытался объясниться глазами. Не желаю видеть. Не желаю слушать. Вот его истинное отношение к человеческим девушкам.
— Выйди! – крикнула я.
Он не шевельнулся.
Внутри меня разрослась такая невероятная злость, которую я уже не могла удержать в себе. Казалось, меня раздувало от нее изнутри.
— Во-о-он! – крикнула я, и дом содрогнулся.
Треска платья и звука раскрывшихся крыльев я не забуду никогда. Впрочем, как и пораженного выражения лица Лейвара.
— Мамочки! – воскликнула Тереза.
— Хозяйка! – завопила Рисса и умчалась прочь.
И лишь леди Гренли как лежала без сознания, так и осталась безучастной к моему прорыву силы.
Я так не хотела раскрывать свой секрет, но выброс силы не оставил ни шанса моей тайне. Одно хорошо – это произошло дома, а не на улице. Иначе не знаю, какие последствия меня могли ожидать.
— Вив. – Лейвар протянул ко мне руки.
— Не подходи. – Я шагнула назад к двери.
Крылья были огромными и мешались, я все ими задевала. Они то распахивались, то складывались, словно жили своей жизнью. Внутри меня же будто металась молния.
Я дышала часто и не могла унять бешено стучащее сердце. Моя грудь ходила ходуном.
— Врач пришел! – доложила Рисса снизу, и Лейвар тут же притянул меня к себе, обнял и почти поволок из комнаты.
Как он так ловко сложил крылья за мою спину так, что я ими ничего не задевала, – ума не приложу. Драгхар так быстро затащил меня в соседнюю комнату, что у меня перед глазами все замелькало.
— Все хорошо, Вивьен. Дыши вместе со мной. Вдох, выдох. Вдох, выдох.
Лейвар стал шумно дышать сначала в унисон со мной, но затем начал медленно сбавлять темп. Невольно мое дыхание следовало за ним, постепенно приходя в норму.
Он прижал меня ухом к своей груди, и я слышала, как стучит его сердце. Ничуть не реже моего! Взволнован? Да я сама не своя!
— Вивьен, все хорошо. Не волнуйся. Это просто неконтролируемый выброс силы, но ты научишься с ней справляться. Скажи: такое случилось первый раз или уже было?
Я была в состоянии только кивнуть.
— Первый раз? – уточнил Лейвар.
Я снова кивнула.
Когда он прижимал меня к себе, моя молния внутри словно переходила к нему и возвращалась ко мне, имея в разы меньший заряд. С каждым мгновением мне становилось легче и легче. Я стояла, прижавшись к драгхару, ощущая себя нашкодившим щенком, потихоньку возвращаясь в чувство.
— Представь, как твои крылья исчезают, – негромко, но уверенным тоном сказал Лейвар.
Я закрыла глаза и попыталась. Почувствовала – не получилось.
— Не выходит.
— Ни у кого с первого раза не получалось. Кого-то еще и в небеса уносит – не может справиться с тягой размять крылья. Ты большой молодец.
Похвала была приятна, а слова звучали как из другого мира, совершенно для меня непонятного, неизученного, оттого страшного.
Я еще раз представила, как крылья пропадают, как я снова стою в изящном платье на балу в окружении людей. И тут же ощутила, как тяжесть за спиной пропала.
— У тебя получилось, – с улыбкой в голосе сказал Лейвар, все еще держа меня в руках.
И я так это поняла, потому что, когда крылья исчезли, руки драгхара легли мне на голую спину, и я замерла от ужаса понимания.
— Мое платье.. – прошептала я, боясь двигаться.
Лейвар нехотя отпустил меня:
— Порвано. Я принесу из твоей комнаты другое.