Страница 66 из 77
— В эфире пускай много не болтают. А то начнут отвлекаться и потеряют контроль за обстановкой. Если что, сразу выводи из боя. Потерять в первом бою никого нельзя, — наставлял меня Антон Иванович, когда я надевал парашют.
Помогала мне в этом стартех моей эскадрильи Варвара Морозова. В процессе помощи мне, она ещё успевала подгонять остальных механиков.
— Да, командир. Всё понял, — ответил я.
Казарин посмотрел по сторонам и протянул мне руку. Давно от него не было таких эмоциональных жестов.
— С Богом, — сказал я, пожав его руку.
— В смысле?
— А что⁈ В окопах атеистов нет, — ответил я.
— Так-то в окопах, — проворчал Антон Иванович.
Я занял своё место в кабине Ла-5. Через бронестекло козырька видел, как девчата, опускаются в кабины своих машин, поправляя парашюты.
Морозова стояла уже справа от самолёта, в готовности к запуску. В этот момент над лесом с шипением взмыла красная ракета. Пора!
— От винта! — крикнул я.
— Есть от винта! — хрипло отозвалась Варвара Степановна.
Нарастающий гул заполнил стоянку. Самолёты запустились и в эфире уже начали поочерёдно докладывать о готовности.
— 12-й, готов, — доложила Синичкина.
— 16-й, запуск произведён, — произнесла Орлова следом за ней.
— 11-й, запустилась, — доложила мой ведомый Люба Белова.
В голосе каждой чувствовалось напряжение.
— 88-й, выруливаем по одному.
Я добавил оборотов, и Ла-5, разбрасывая комья грязи, порулил к взлётной полосе. Стартех Морозова своей широкой ладонью погладила правую консоль крыла наудачу, а потом отдала мне воинское приветствие. Я быстро приложил правую руку к виску и вновь заострил всё внимание на рулении.
Остановившись на исполнительном, я подождал, пока своё место займёт Белова.
— Взлёт по-одному. Внимание, паашли! — произнёс я и отпустил тормоза.
Самолёт рванул вперёд. Скорость подошла к отметке 150… 170… 200…
Ручку управления отклонил на себя. Ла-5 неохотно оторвался от вязкого болота, и я убрал шасси.
Начал плавный разворот для набора высоты, бросив взгляд на восток. Туда, где сквозь облачность пробивалось утреннее солнце.
И в этот момент эфир взорвался истошным, срывающимся криком с земли.
— «Мессеры» над точкой! От солнца! От солнца!
— Не взлетать! Не взлетать! — сразу крикнул я в эфир.
И в этот момент тонкие нити трассеров потянулись со стороны солнца, прошивая воздух в считаных метрах от моей кабины.
Ведущий «Мессершмитт» с жёлтым носом проскочил надо мной так близко, что Ла-5 тряхнуло в его спутной струе. В долю секунды, пока он проносился мимо, уходя на вертикаль, я отчётливо увидел на его сером борту чёрную эмблему.
Плачущий ворон с зонтиком.