Страница 69 из 90
— Держи, Степаныч, владей.
— И как ты себе это представляешь? — спросил я, искренне удивившись такому подарку.
— Саня потом перекрасит, — небрежно отмахнулся участковый. — Не знаю, чем ты так всполошил наших небожителей, но мое начальство стало слишком уж добрым. Вопросы всякие задают, но ты меня знаешь, я своему языку хозяин и лишнего не сболтну. А еще предложили поменять машину, списав эту в ноль.
— Интересно, — задумчиво сказал я.
Вообще-то я называл автомобили своих друзей «бобиками» только из-за собственного незнания вопроса и для простоты. Так-то любимец Никиты и машина Митрича отличались как две собаки одной породы — один словно старый, хоть и крепкий сторож, а второй как молодой бойцовский пес. И с комфортом, и с проходимостью у машины участкового дела обстояли куда как лучше. Так что новости меня порадовали.
— А сам ты как?
— Шикарно, — расплылся в улыбке Митрич, — мне подогнали «Форд Рейнджер». Буду теперь настоящим шерифом.
Я лишь удрученно покачал головой, не разделяя радость немолодого, но внезапно воспылавшего юношеским задором участкового. Он заметил мое настроение и чуток поостыл:
— Понимаю, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, но на меня где сядут, там и слезут. Хотя в селе все очень непросто. Своих я проконтролирую, только в округе постоянно крутятся какие-то странные хмыри, — Митрич посерьезнел. — Я проверил. Документы в порядке. Выдают себя за туристов. Извини, но погнать их я права не имею, да и запрещать нашим зарабатывать на сдаче домов не хочется. Но если будет нужно, фиг с ним, с начальством, выгоню взашей.
Помнится, раньше Митрич вел себя со мной покровительственно, но постепенно это поменялось, причем вопреки моему желанию. Сосновцы по-прежнему разделены на тех, кому Добробор и его обитатели нравятся, и тех, кто нас как минимум боится, а как максимум ненавидит. Но и те, и другие признают, что на Ведьмином валу зародилось и развивается что-то необычное, местами полезное, но все равно непредсказуемо опасное. Даже самые близкие друзья не могли полностью избавиться от настороженности. Увы, с некоторым отчуждением Никиты и Митрича придется смириться, я даже не стану что-то менять. Они живут в Сосновке и более уязвимы, чем мы, так что будет лучше, если между нами вырастет некая стена, особенно в глазах других односельчан и чужаков. Печально, но необходимо. И все же, я доверял им целиком и полностью, поэтому поделился своими опасениями.
Не знаю, придется ли мне отправляться в Литву, но, если что, очень хотелось сделать это незаметно. Что будет проблематично из-за наблюдателей, которых засек участковый. А сколько еще присматривают за полустанком и лесными дорогами?
— Так и не надо ехать через Сосновку, — почти не думая, заявил Никита в ответ на мои жалобы. — Отвезу тебя на мотоцикле по тропам через старый лес прямо к трассе. Там поймаешь частника, и за хорошую денежку он отвезет тебя куда захочешь.
Идея неплохая, но ее нужно обмозговать, заодно освежить навыки вождения и освоить обновку, чем я и занимался после обеда, проводив гостей, пока не пришло время отправляться на переговоры с кикиморой. Разговор должен был пройти на пограничной территории в пограничный же час, когда солнце уже ушло за горизонт, но тьма еще не накрыла озеро и лес. Баюн порывался ехать с нами, но я решил не раздражать духов видом магического животного. Хватит того, что переговоры могут быть усложнены присутствием магов. Но тут уж никуда не деться. Детям нужен опыт, да и отказ они наверняка воспримут в штыки. Что же касается кота, то он и сам не проявлял особого рвения. Чем дальше, тем больше я подмечал, что наш профессор немного трусоват.
На место добрались быстро и весело. Я не такой уж большой любитель вождения, но в свое время получил права, а если на нервы не давит трафик, чувствую себя за рулем вполне уверенно. Впрочем, в нашей глуши проверять права и соблюдение правил было некому, кроме Митрича, а он даже оставил в машине мигалку. Дети не успели попросить меня включить сирену и милицейскую светомузыку, потому что я сам это сделал. Все же где-то в глубине моей души все еще прячется тот шебутной пацан, который четверть века назад доставлял учителям массу проблем.
Не знаю, что подумала о нашем шумном появлении кикимора, но когда я выключил сирену и выбрался наружу, то был поражен воцарившейся тишиной. Пожив на природе, я понял, что совсем тихими ни болото, ни лес не бывают. Так что через пару минут где-то в отдалении кто-то с упреком квакнул, а из леса добавил свое мнение филин, которого мы наверняка разбудили чуток раньше времени. Затем окружающая нас природа ожила окончательно. Надеюсь, весь этот цирк не испортит общение с хозяйкой болот.
Дети высыпали из машины, с любопытством осматриваясь. Раньше здесь бывала только Марина. Я специально приводил ее на добычу мореного дуба, чтобы издалека посмотрела на кикимору. Мара тогда пожаловалась, что почти ничего толком не рассмотрела и не прочувствовала, но мне, находясь на плоту вблизи от кикиморы, было понятно, что болотный дух слишком уж разволновался.
Осмотрев округу, я снова сунулся в машину и достал из-под сиденья валенок. Это была пара того, который Никита использовал для переноса в свой дом Савватея. Было у меня предположение, что Колыван, как обычно, морочит мне голову, но если домовому так спокойнее, то мне нетрудно. Валенок я водрузил на старый пень у самого берега, и тут же рядом материализовался Колыван. Домовой демонстративно прокашлялся, окинул меня и притихших детей орлиным взглядом, а затем повернулся к начавшему покрываться вечерним туманом болоту.
И снова этот звук, который и сравнить-то не с чем. Имелась очень условная схожесть с китовым пением. Звук прекратился, и через пару напряженных минут с болота пришел ответ. Основа этого посыла была похожей, но в ней чувствовался водный плеск, шепот тумана и шум тростника. А может, просто расшалилось мое воображение.
Перекличку духов ребята слышали в первый раз. Женька тревожно нахмурился. Алина чуть побледнела и непроизвольно взяла нашего огненного мага за руку. А вот Марина подалась вперед, вглядываясь в болотную даль широко раскрытыми глазами. Я тоже напрягся. Если Мара сунется к воде, придется вмешаться.