Заповедная усадьба

— Прошу прощения, — прокашлявшись, сказал уже выбравшийся из машины участковый. — Вы, мадам, что-то путаете. Рабство в наших краях отменили очень давно.

Всеслава обуздала свою ярость так же быстро, как и разожгла. Подняла руку, останавливая подмогу, и посмотрела на милиционера. Затем насмешливо фыркнула:

— Серьезно? Решил напугать меня сельским капитаном? — А затем ведьма шагнула вперед, и волна обольщения заставила пошатнуться даже Руту. — Красавчик, я тебе нравлюсь?

От такого давления уже далеко не молодой милиционер должен был пускать слюни, как озабоченная шавка, но он лишь ехидно хмыкнул:

— Дамочка, извините, но вы не в моем вкусе.

Всеслава дернулась, словно ей влепили пощечину, и удивленно посмотрела почему-то на Макарова. Алексей Степанович в притворном сожалении развел руками:

— Нина Вячеславовна, давайте не будем доходить до крайностей. Лучше подумайте о том, что я как-то сумел избавить вашу бывшую подопечную от смертных клятв. Уверен, вас тоже заинтересует подобная процедура.

Все, шах и мат! Рута снова начала дышать. Всеслава даже не поморщилась, когда ее назвали реальным именем, а она этого жуть как не любит. И дело в том, что на всех ведьмах клятв и зароков — как блох на бродячих собаках. И некоторые из этих «блох» делают жизнь просто невыносимой. За возможность хоть немного очиститься Всеслава продаст половину своих учениц хоть в бордель, хоть на корм для свиней.

На этом переговоры перешли в мирное русло и быстро закончились, но когда Макаров снова шагнул к машине, травница, о которой, казалось бы, все забыли, так и не смогла двинуться с места.

— Рута, Антон Дмитриевич совершенно прав. У нас в стране все имеют право выбора, так что решайте сами, оставаться здесь или возвращаться в машину, — с доброй подначкой сказал полуобернувшийся Андрей Степанович.

Травница сама не поняла, как снова оказалась на мягком, даже не успевшем остыть сиденье «Форда». Всю обратную дорогу она пребывала в ступоре, пытаясь осознать произошедшее. Все это было подозрительно похоже на сон. И то, что она увидела, когда через пару часов вышла из машины, лишь подтвердило опасения. Это прямо сказка какая-то. Большой бревенчатый дом, словно перенесенный из древних былин, подавлял своей основательностью, а стоявшие рядком совсем кукольные, очень красивые домики вообще казались миражом.

Рута посмотрела на подошедшего Макарова и тут кое-что вспомнила.

— Алексей Степанович, я выпила яд, — растерянно и с какой-то детской обидой выдохнула травница.

— Вы выпили успокоительное производства вашей ученицы.

Эта самая ученица в белом полушубке как раз подлетела снежным вихрем и обняла наставницу, залив ее бодростью и ощущением счастья.

— Вы подвели меня, Рута, — притворно строгим тоном произнес учитель. — Я проспорил Алине одно желание. Понадеялся на ваш профессионализм, а вы не заметили подмены.

Реальность, вместе со звонким смехом Живы, наконец-то навалилась на Руту. Только теперь она вспомнила о Саше и тут же почувствовала его за спиной. Обернувшись, травница увидела своего мужчину, идущего от уазика с ружьем на плече, и поняла, что все это время он был рядом и прикрывал ее. Страх так давил на травницу, что она не сознавала этого, как не почувствовала вкуса зелья из спрятанного флакона. Вопросы тут же начали терзать ее вибрировавший от напряжения мозг.

— Алексей Степанович, а как у вас получилось…

Она не смогла договорить, нервно всхлипнув, но он понял, о чем речь:

— Если очень коротко, то тут постарались все наши ученики и Кощей.

— Кощей? — Травнице показалось, что она сейчас рехнется от переизбытка чувств и запредельно диких новостей.

— Ага. Он самый, — загадочно улыбнулся учитель. — Вам, Рута, как новому преподавателю зельеварения, предстоит узнать очень много интересного. Поверьте, скучно не будет.

Эта книга завершена. В серии Добробор есть еще книги.