Страница 58 из 90
Возможно, я зря накручивал ребят, но в крови еще гуляли остатки адреналина, а детям на помешает быть осторожнее, чем того требует ситуация. У них сейчас вообще возрастной период диких контрастов. Попасть под машину или в руки маньяка они боятся намного меньше, чем испачкать новые кроссовки или разбить дешевую вазу. Так что дополнительными опасениями этот винегрет не испортишь.
Когда закончилось наше экстренное собрание, я ушел в кабинет, чтобы подумать. Правда, перед этим пришлось успокаивать почти впавшую в истерику Лену. При детях она еще держалась, а вот оставшись наедине со мной, расплакалась. Ее поведение было вполне объяснимо. Вынырнув из кошмара бытия матери-одиночки, а затем и вовсе после преследования бандитами, она наконец-то смогла расслабиться в безопасном месте под крылом, возможно, не очень любимого, но желанного и заботливого мужчины. К тому же учительская практика серьезно повысила ее самооценку, сделав жизнь действительно счастливой. И тут ей сообщают, что вся эта почти сказочная благодать может рухнуть и снова придется прятаться, убегать и терпеть лишения.
Как мог успокоил свою женщину, но настрой для вдумчивого анализа ситуации пропал, зато появилась злость для разговора.
— Алексей Степанович, я сама собиралась с вами связаться, но сначала хотела выяснить все до конца, — не дав мне и слова сказать, зачастила Тарасова, когда я набрал ее через «аську».
— И как успехи? — сдерживая раздражение, спросил я.
— Надеюсь, вы не подозреваете меня? — Поняв, что пока криков и обвинений не будет, Вероника решила расставить все по своим местам. — Поверьте, я еще та стерва, но поступать так с тем, кто спас моего ребенка, даже для меня перебор. Там, в принципе, никто из наших не виноват. У хозяина усадьбы не было выбора. Как оказалось, он сильно задолжал соседям. Вы понимаете, о ком я?
— Вполне. Значит, осадить их никак не получится?
— Почему же? — с наигранным удивлением возразила Вероника. — Да, мы от наших старших братушек сильно зависим, но не все так просто. К тому же там не совсем «конторские», скорее какая-то шарашкина компания под крышей силовиков. Ребята зубастые и наглые. Но никто им не позволит гулять тут, как по буфету. Конечно, если явятся соседские силовики, вам останется лишь бежать, но пока на это не похоже. Все не так уж плохо.
Кто бы сомневался! Сейчас начнется торг. Впрочем, к этому я был готов.
— Давайте честно, Алексей Степанович. Вы немного переоцениваете любовь наших чиновников к своим детям, — не разочаровала меня Тарасова. — Я скорее исключение, чем правило. Но есть педаль, на которую можно надавить куда сильнее. Я тому яркий пример. Алексей Степанович, вы — мужчина и не понимаете, что чувствует женщина, когда ее красота увядает. И на что она готова пойти, чтобы вернуть себе молодость или хотя бы отстрочить увядание.
Ну что же, на искреннюю дружбу я и не надеялся. К тому же сам подумывал, не начать ли приторговывать омолаживающими зельями через того же Каца? Но раз уж объявился бойкий дистрибьютер, можно и через Тарасову. Тем более, она же укрепит нашу оборону.
— Алексей Степанович, вы понимаете, о чем я говорю?
— Приблизительно, — не стал я облегчать ей задачу, хотя эту тему мы с Рутой давно обсудили.
— Если вы сможете кроме волшебных микстур, ну тех, которыми снабдили моего сына, выдать, скажем так, молодильные зелья, проблем у вас станет намного меньше.
— Думаете, таким макаром можно договориться даже с чекистами?
— Алексей Степанович, — со сдержанной иронией сказала Тарасова, — не нужно наговаривать на наших силовиков. Они нормальные мужики и у каждого есть жена или любовница, а у многих и то и другое. Вы даже не представляете, что может сделать умная женщина со своим мужчиной ради избавления хоть от парочки морщин. Да и не очень умная тоже, если ей подсказать. Так что, есть у вас такие возможности? — Голос Тарасовой предательски дрогнул.
Да уж, похоже, тестировать «молодильное зелье» она будет на себе. Тем более в этом плане запас доверия к нам у Вероники Давыдовны имеется. Я специально выдержал театральную паузу и только после этого с сомнением в голосе сказал:
— Мне нужно посоветоваться со специалистом. Свяжусь с вами завтра. Конечно, если этой ночью нас не возьмут штурмом.
И ведь не соврал. Действительно нужно посоветоваться с Рутой, причем не только насчет зелий.
— Если есть хоть капля надежды на положительный ответ, то точно не возьмут. Я могу начать обзванивать своих очень специфических подруг прямо сейчас.
— Надежда определенно есть, но, возможно, потребуется небольшое количество крови претенденток, — нагнал я жути, но что-то не похоже, что Тарасова испугалась:
— Конечно, Алексей Степанович, вам виднее. Жду вашего звонка. — И отключилась, зараза такая.
«О, женщины, вам имя — вероломство!» — так звучат слова Шекспира в более вольном переводе Пастернака. Это же надо так уметь — начала за здравие, а закончила за упокой! Точнее, в обратном порядке — от раскаяния и сожаления перешла к извлечению личной выгоды. Впрочем, грех жаловаться. Где я еще найду такого пробивного союзника. Правда, «ложечки» он нее надо прятать? Ну нет у меня склонности к коммерции, а ведь торговаться придется, причем отчаянно.