Заповедная усадьба

Глава 2

Не знаю, что именно стало последней песчинкой, склонившей весы моих сомнений в сторону еще одной вылазки. Возможно, то, что в этот раз мы подготовились намного лучше, чем к тому сумбурному посещению дома Тарасовой. Утром, едва мы успели позавтракать, перед крыльцом главного дома остановилась машина скорой помощи. Это был новенький «Форд Транзит». За рулем восседал Никита, одетый в форменный синий медицинской костюм. Причем на все это он имел полное право. Белого законно оформили водителем скорой. А вот у Сани документы санитара липовые, и был он, по сути, ряженым. Собрались быстро, дольше пришлось убеждать Женьку, что его помощь нам не понадобится. Парня колбасило не по-детски, и объяснить, почему на серьезное дело мы не берем двенадцатилетнего мальчика, но прихватили девочку, которой двенадцать стукнет только через две недели, оказалось трудно.

Наконец все двери машины закрылись, и она тронулась с места. Мы с Мариной заняли два кресла в салоне, а явно перепуганный, но державшийся молодцом кот, якобы ради конспирации, забился в самый большой шкафчик для медикаментов.

В этот раз я решил предупредить владельцев дома за час до нашего появления. При этом сразу сказал, что если увижу рядом с домом или внутри хоть одного человека — мы тут же уезжаем обратно. Вроде никаких предпосылок для беспокойства не было, но все равно меня одолевал мандраж. Накрутил себя настолько, что поклялся больше не выпускать детей из Добробора до их совершеннолетия. У нас есть все условия, и во внешнем мире юным магам делать нечего. Вот стукнет восемнадцать, станут крутыми чародеями, тогда и отправятся искать приключения не свои бедовые головы. Возможно, на мое настроение повлиял нездоровый, предвкушающий блеск в глазах Марины.

Нужная нам усадьба находилась далековато от Минска, хорошо хоть в нашу сторону, так что добрались относительно быстро. Под конец пришлось ехать по плохой проселочной дороге, да и вообще оказались в самой настоящей глуши. Порадовало то, что деревня была заброшенной, да и сама усадьба выглядела сильно обветшавшей.

То, что вокруг не было видно следов работы тех самых строителей, которых напугало привидение, настораживало. Внутри у меня похолодело от мысли, что это может быть засада. Сразу захотелось загнать этих ротозеев, выбравшихся из машины поглазеть на виды эдакого постапокалипсиса, обратно и валить отсюда подобру-поздорову, но Марина решила иначе. Неожиданно для всех девочка шустро зашагала к дому. Я догнал ее уже у сильно побитой временем и невзгодами мраморной лестницы, ведущей на высокое крыльцо.

— Марина! — возмущенно, но не очень громко сказал я, аккуратно разворачивая девочку лицом к себе. — Ты же обещала быть острожной.

— Простите, Алексей Степанович, — кажется, искренне повинилась девочка. — Но там такое интересное!

— Какое такое? — тут же насторожился я.

— Дух. Сильный, но он спит.

Так, если есть дух, то, вполне возможно, все обстоит именно так, как рассказала Тарасова, но это не значит, что нужно лезть туда очертя голову.

— Можешь послать Шалуна на разведку?

Марина замерла, наклонив голову и прижав руку к своей сумочке. Затем подняла взгляд на меня и удивленно сказала:

— Они не хотят выходить. Боятся.

Я на всякий случай оглянулся на Баюна, но кот тут же замотал головой и попятился к машине. Он тоже что-то чувствовал.

— Может, тогда и нам не стоит ходить?

— Алексей Степанович! — возмутилась девочка и даже притопнула ногой. — Вы обещали не мешать мне развиваться. Я хочу посмотреть на него поближе. Он почти такой же, как Добрыня, но другой. А еще крепко спит.

Вот сравнение с нашим духом-хранителем меня и подкупило, как и уверения девочки в неактивности местного сидельца.

— Мы на минуточку, одним глазком. Через камень я плохо его чувствую, — начала упрашивать юная исследовательница.

Да и чего греха таить, мне тоже было интересно.

— Ладно, но если хоть что-то пойдет нет так, сразу уносим ноги.

Марина усиленно закивала, соглашаясь. Я снова оглянулся, но теперь посмотрел на Никиту с Саней. Рисковать парнями не стоит. У Марины природная защита, у меня амулет, а они к близкому знакомству с духом, особенно таким сильным, совершенно не подготовлены.

— Ждите меня здесь. Саня, заведи мотор и будь готов к старту.

Мое решение парням не понравилось, но оба кивнули. Мы с Мариной двинулись к массивной двустворчатой двери, одна половина которой была приоткрыта и неровно висела на петлях. Впрочем, внутрь попали без проблем. Главный холл с полуобвалившейся лестницей на второй этаж был не менее искорежен, чем фасад здания. Солнечный свет едва пробивался через пыльные стекла окон, так что атмосфера тут царила удручающая. И только стены, исписанные матерными выражениями там, где осталась целой штукатурка и не зияли дыры с торчащей деревянной обрешеткой, убеждали меня, что мы не перенеслись в Сайлент Хилл. Кто бы знал, что кривые скабрезные надписи придадут мне немного уверенности.

Марина осматривалась с восторгом. Кажется, такие места для нее почти что родная стихия. Даже боюсь представить, что будет, если нелегкая занесет нас на кладбище. Туда она точно пойдет без меня и не раньше, чем ей исполнится двадцать один. Как раз после первой пробы алкоголя.

Насладившись обстановкой, Марина ухватила меня за руку и потащила к проему между правой стеной холла и остатками парадной лестницы. Там виднелась еще одна каменная лестница, но не такая широкая, и вела она в подвал.

Ох, и почему призраки так любят подземелья? Ответ, конечно, очевиден, но мне все равно не нравится такой расклад. Жутко захотелось вернуться обратно, но, чтобы Марина не озлобилась, нужен повод, а его не было.

Я, конечно же, пошел первым, подсвечивая себе путь фонариком и задвинув девочку за спину. При этом дурея от собственной безрассудности, но, если честно, любопытство все еще было сильнее паранойи. В конце концов, я — историк, и хоть скорлупка этого поместья в историческом плане ничего не стоила, содержимое будоражило моего внутреннего недоразвитого археолога. Вдруг спящий в подземелье дух сохранил от мародеров что-то уникальное? В общем, азарт оказался заразительным, причем непонятно, кто именно был главным инициатором.

И тут, как в кино, все пошло наперекосяк на самом интересном месте. Едва ступив на пол подвала, я ощутил, как девочка вцепилась пальцами мне в одежду, не пуская дальше. Вот тут паранойя взвыла, разгоняя по темным углам души дурное любопытство, азарт и ошметки недоразвитого археолога.