Страница 29 из 90
— Очень хорошее замечание, — демонстративно обрадовался я, не обратив внимания на грубость и скрытую угрозу в тоне бандитского авторитета. — Действительно хозяин, причем именно тут. А ваш дружок явился сюда с оружием и, кстати, притащив с собой следака. Как это вписывается в ваши понятия? К тому же он приехал, чтобы убить женщину и ребенка, — думаю, Виктор это подтвердит. И это тоже выглядит как-то некрасиво. Впрочем, до ваших понятий мне нет никого дела. Вернемся к тому, кто и где хозяин. Я главный только здесь на суше, а ваш Кабан сдуру полез в болото. Если хотите выставить претензии кикиморе, могу указать дорогу.
— Ты че тулишь, баклан⁈ Какая кикимора? — совершенно неискренне завелся шрамированный, но его прервал лениво прислонившийся к столбу навеса Саня:
— Эй, покоцанный, тебе кто слово давал?
— Че⁈ — взревел подручный авторитета.
— Остынь, Шрам! — тихо, но солидно сказал Коряга, и Захар быстро погасил фальшивую ярость.
Циркачи, блин.
— Алексей Степанович, вы вроде солидный мужчина, а рассказываете нам какие-то небылицы. Кабан поехал к вам и не вернулся. Он был уважаемым человеком, и за его смерть кто-то должен ответить. Вы тут нам пыль в глаза пускаете, но я знаю, что у вас в лесу козырная больничка припрятана. Предлагаю договориться по-хорошему.
— По-хорошему это как? — не сдержал я любопытства.
— Прикидываю, сорок штук безутешной вдове и двадцать нам за беспокойство будет в масть. А еще мы будем привозить к вам на лечение нужных людей.
Это какая зараза наболтала столько? Мамаша Алины или кто-то из родственников больных? Вот и делай людям добро. Впрочем, это не так уж важно. Правда и тем более справедливость этих уродов не интересует, а понимают они только силу. Ладно, я все равно планировал устроить им увлекательное приключение.
— За жизнь родного человека и близкого друга я бы спросил не меньше. Он ведь вам был другом?
— Он был нашим человеком, — уклончиво ответил Коряга, не понимая, к чему я веду.
— Тоже аргумент, но это все не имеет никакого значения. Платить за смерть Кабана я не буду просто потому, что он жив, точнее не мертв.
— Это как? — нахмурившись, спросил старик.
Удивились все гости, включая все это время сидевшего молча Сизого.
— Вот так, — ответил я. — Если хотите, могу отвезти вас к нему. Сами посмотрите.
— Коряга, — прошептал Сазонов, нагнувшись к плечу авторитета. По тону, а также бледному виду было понятно, что он вспомнил о своих приключениях в прошлый приезд сюда. — Может, не надо?
— Сизый, ты берега не попутал? Захлопнись и не отсвечивай, — тут же окрысился Коряга, растеряв всю напускную интеллигентность. Затем повернулся ко мне и, как ему казалось, пригвоздил взглядом. — А ты, если подлянку какую задумал, то на своих гавриков не надейся. Если что, всех положим.
Это он зря пыжится. Я с кикиморой на болотах в гляделки играл, так что на его потуги мне плевать.
— Да на кой ты мне сдался? — Я тоже прекратил манерничать. — Это вы сюда приехали и нелепые требования выдвигаете. Не хочешь ехать к Кабану? Тогда валите отсюда. Лишние проблемы мне не нужны, но если появятся, то буду решать, как умею. В лесу места много. Ну что, проведаем вашего другана, или свалите подобру-поздорову?
Немного посверлив меня взглядом, старик дернул щекой и сказал:
— Веди.
— Пешком не доберемся, придется проехаться, — предупредил я и встал с лавки.
Мы с Саней погрузились в бобик Никиты, а бандиты вернулись в свой мерс.
Нехорошо, конечно, что пришлось показать чужакам тайный съезд на объездную дорогу, но, как мне кажется, после встречи на болоте многое из их памяти выветрится. Это если все пройдет как задумано.
Наконец-то мы добрались до места, где чистая вода озера начинала превращаться в болото. На берегу дожидались новой приемки мореного дуба хитрые металлические конструкции, в которые старший бандит тут же впился взглядом. Ну-ну, пусть попробует угадать. Я, если бы не знал, ни в жизнь бы не догадался, к чему все эти стимпанковские навороты.
Шрам встал за спиной шефа, настороженно оглядываясь по сторонам. Его всякие там железки интересовали мало. А вот Сизый вообще остался в машине. Ну да за одного битого по нашим временам даже не двух, а дюжину небитых дают.
Я железки, конечно, рассматривать не стал, а принялся внимательно изучать заросшее ряской и камышом пространство справа от нас.
— Ну и что ты нам хотел показать? — подал голос Коряга, заставив меня недовольно поморщиться.
Неужели кикимора подсунет мне пресловутую свинью вместо Кабана? Или это Колыван что-то напортачил на вчерашних переговорах? Время мы подгадали вроде верное. Солнце уже ушло за прибрежные деревья, но пока никаких признаков… А нет, началось. Над озером внезапно появился туман, окутывая наш участок берега. Бандиты забеспокоились. Ничего, соколики, то ли еще будет.
— Господа, хочу сразу предупредить, не стоит хвататься за оружие. Вам ничего не угрожает. Если, конечно, сами не станете нарываться.
Поясняя диспозицию перед представлением, я встал боком к озеру, поэтому сначала уловил звук, похожий одновременно на скрип ржавых петель и клекот инопланетянина из фильма «Чужой». А когда повернулся к воде, увидел, как покров ряски у берега вздыбливается, облепляя верхнюю часть человеческой фигуры, поднявшейся из воды по плечи. Когда Кабан мазнул рукой по своему лицу, стирая ряску, стало только хуже.
Ну и рожа сделалась у бывшего бандита, а нынче любимой игрушки кикиморы.
Этот план пришел мне в голову, когда вспомнил, как пару недель назад Колыван рассказал о жалобах хозяйки болота. Она сетовала на то, что Кабан уже не так сильно ярится на меня и Никиту. Приуныл бедолага и перестал подпитывать кикимору злобой своей черной души. Вот и подумалось, не совместить ли приятное с полезным — и бандитов пугануть, и потрафить поставщице мореного дуба.
Изменись Карабанов чуточку больше, бандиты могли бы и не узнать его. Хорошо, что с памятью у Коряги все в порядке.
— Кабан? — осипшим голосом выдавил из себя старик.
Существо с непонятным статусом в плане бытия тоже узнало собеседника и даже попыталось что-то сказать. Получилось плохо, но одно слово все же вышло относительно внятным:
— Коря-а-ага!