Сыграй со мной

— А что делала ты в пятнадцать? — моё любопытство переходит все границы. Она должна послать меня к чёрту и прекратить этот разговор.

— Училась! — восклицает она, приподнимая подбородок в защитном жесте. — Я думала только о поступлении в университет, а не о мальчиках и их причиндалах.

Я усмехаюсь, когда она продолжает:

— По факту, я девственница, потому что ничьи грязные потные руки никогда не касались моего тела, но в то же время нет — я знаю, что нужно делать, чтобы сделать себе хорошо.

Я мазохист. Она говорит слишком много информации, которая автоматически превращается в цветные картинки, от которых начинает кружиться голова. Либо пора заканчивать, либо перейти к части, где она раздвинет для меня свои очаровательные бёдра, и я увижу её всю — розовую, блестящую, жаркую.

Мой голос становится низким и грубым.

— Разве тебе самой не хотелось мужских прикосновений?

Кара ведёт плечами, задумываясь. Её глаза поднимаются к потолку, затем смотрят на стеллажи.

— Хотелось, — медленно отвечает она, переводя на меня взгляд. — Я сходила на несколько свиданий. Думала, что это как-то повлияет на мой интерес к мужчинам, но они были такими… — она замолкает, поджимая губы и раздумывая над ответом. — Не знаю, как выразиться.

Я заинтригован её словами, поэтому жду, пока она продолжит. Но меня подкупают слова о том, что её никто не заинтересовал.

Знаю, что это буду я — тот, кто подарит ей море ласки.

— Немного нежными, что ли, — Кара мрачнеет, дёргая губами. — Не совсем нежными, но… Боже, я не знаю.

Она милая, когда пытается сформулировать мысль, но не может.

— Ты знаешь Даниэла Ричардсона с экономического?

Я быстро качаю головой, и она показывает мне язык, на что я выгибаю бровь.

Во мне вспыхивает чувство, которое я старательно подавляю в себе. Слышать истории о том, как она ходила на свидание с парнями, — это ещё одна мазохистская петля на моей шее.

— В общем, Дэниэл подошёл ко мне на первом курсе и пригласил на свидание. Я согласилась. Мы сидели в кафе некоторое время, и все эти драгоценные минуты, которые я могла потратить на учёбу, слушала его истории о футболе — он оказался игроком и преданным фанатом. Он ничего не спрашивал обо мне и даже не пытался — он был увлечён темой футбола, потому что накануне прошёл какой-то суперский матч, где его команда победила. Отстой полный.

Кара переводит дыхание, на её губах появляется печальная улыбка. Я слушаю её внимательно, пока во мне расцветает предательская ненависть к этому недофутболисту.

— Второй претендент был ничуть не лучше, но уже с литературного клуба. Мы говорили о книгах… Мне нравятся книги… Но он слишком… Яростно отстаивал свою позицию, как будто моё мнение — это помеха, которую нужно оставить на обочине.

Я ревную, и это чувство мне мало знакомо. Единственный человек, которого я когда-либо ревновал, — это миссис Поппс, моя няня. Тогда мне было пять лет, и я желал получать всё её внимание, а она разрывалась между мной и Джеймсом, моим младшим братом.

Она облизывает губы и пожимает плечами.

— Как-то так. Но, знаешь, я ни капли не расстроена, — её серые глаза начинают сиять, как будто она что-то замышляет. — Кажется, я нашла алмаз, который может мне помочь в том, чтобы получить немного мужского внимания так, как хочу я.

Она загадочно улыбается, лишая меня дара речи. В её голове зреют такие же планы, как и у меня?

Я не боюсь сделать что-то неправильное по отношению к Каре. Не сомневаюсь, что она выдержит каждое моё пожелание. Мне просто не хочется пугать её своим напором, когда она ещё не привыкла ко мне.

У меня чешется горло от желания признаться в своём желании, которое начинает душить меня со всех сторон.

Я делаю глоток виски. Она не сводит с меня пронзительного распахнутого взгляда, как будто чего-то ждёт.

Сажусь так расслабленно, как только могу, расставляя бёдра чуть шире и надеясь, что она не увидит очертания твёрдого члена под тканью брюк.

Её глаза устремляются к моему паху. Я ухмыляюсь, и она стремительно краснеет.

Облизнувшись, я прочищаю горло и хрипло шепчу:

— Кара, давай сыграем в ещё одну игру?

Её глаза вспыхивают желанием, как будто ей нравятся мои игры.

Она согласно кивает.

— Я говорю, ты — исполняешь.

Она прищуривается, в её взгляде сияет вопрос.

— Начнём? — предлагаю я, давая ей шанс отказаться.

Если она скажет «нет», я отпущу её и продумаю свой план ещё раз. Она заслуживает того, чтобы я немного помучился.

Если она скажет «да», я приступлю к изучению её необузданной сексуальности.

— Давай, — несмело шепчет она, но у самой на лице написан неподдельный интерес.

Боже, моя девочка, ты даже не представляешь, на что толкаешь себя…