Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 15 из 65

Им строго запрещалось открывать окна в офисе, дабы внешний шум не проникал в помещение. Но, проигнорировав гневный окрик начальства, Ким Гюри высунулась в окно и швырнула туда коробок спичек.

Ночью ей приснился кошмар. Снилось, что пламя от спички охватило все ее тело. Проснулась она в поту. Осознав, что это сон, она выдохнула и села в кровати, сжав голову руками. Но тут заметила кое-что странное. Вокруг было слишком светло. Будто кто-то подсвечивал фонариком прямо у нее над головой. Однако она была уверена, что только что проснулась в темной комнате, тогда откуда этот свет?

Ей не хотелось смотреть наверх. Не хотелось проверять, что там. Но продолжать делать вид, что ничего необычного не происходит, она не могла. Наконец она оторвала ладони от лица и взглянула наверх. С потолка свисала странная белая ткань. Скользнув по ней взглядом, Ким Гюри медленно подняла голову еще выше и посмотрела на потолок. На нем мягко светилось какое-то зеленоватое облако. Такой же мягкий свет горит в фонариках, развешанных по городу на День рождения Будды. Ким Гюри прищурилась, силясь разглядеть это свечение, но оно вдруг спустилось прямо к ней, и, прежде чем она успела зажмуриться, нечто, что оказалось вовсе не фонарем, подплыло прямо к ее носу.

Это было лицо женщины, чей подбородок скрывала вуаль.

Встретившись взглядом с Ким Гюри, женщина слегка улыбнулась. Прикрывающая подбородок ткань сползла, обнажив похожий на глубокую пещеру рот с редкими зубами. Ее нижняя челюсть наполовину растворилась, и зеленая жидкость изо рта пропитала вуаль. Кап. Жидкость закапала прямо на колени Ким Гюри. Она попыталась увернуться, но тело словно окаменело. Тем временем лицо женщины опускалось все ниже. Ким Гюри не могла ни пошевелиться, ни зажмуриться и была вынуждена наблюдать за тем, как жуткое лицо приближается прямо к ней. По щекам девушки потекли слезы, но она смогла пошевелить пальцами и, подцепив край одеяла, натянула его на голову. Съежившись под ним, она пролежала так, пока не услышала звон будильника. Выглянув, она заметила, что сквозь маленькое окно ее комнатушки пробивается тусклый утренний свет.

— Пропала…

Напряжение наконец-то спало, навалилась сонливость. Но нужно было идти на работу. Пошатываясь, Ким Гюри встала на ноги, умылась и надела одежду, которую вчера небрежно бросила на стул. Перед выходом из квартиры она решила встряхнуть одеяло, чтобы окончательно избавиться от кошмаров вчерашней ночи. Но когда она с силой дернула его наверх, что-то покатилось и упало с кровати. Это был спичечный коробок.

Закричав от ужаса, она схватила его и, вылетев из дома, бросилась в сторону рынка. Вбежав внутрь, она продолжала кричать, не обращая внимания на удивленные взгляды торговцев, которые только открывали свои лавки. Она смогла подавить крики, только когда увидела знакомую башню из ретротелевизоров и тот самый узкий проход между зданиями. Протиснувшись туда, она подбежала к каменной стене антикварного магазина «Белый тигр» и швырнула коробок на его территорию.

— Все, я вернула! Вернула его!

Но в ответ услышала лишь тишину. Шатаясь и спотыкаясь на ходу, Ким Гюри вышла к главной дороге и села на автобус.

— Что с тобой? Дома что-то случилось? — обеспокоенно поинтересовалась Юн, и только тогда Ким Гюри обратила внимание, что напялила разные кроссовки.

— Нет, просто… ничего такого.

Она без сил рухнула в кресло, но в этот момент с нервными криками в офис ворвался Пак:

— Кто этот умник? Кто подобрал и снова подбросил те дурацкие спички?

— Спички?

— Я зашел в курилку, а они опять там!

Ким Гюри почувствовала, как сердце пропустило удар. Тем не менее она постаралась проигнорировать вопрос коллеги и включила компьютер. Вдруг в нагрудном кармане рубашки она почувствовала странную тяжесть. Девушка зажмурилась. Не заглядывая внутрь, она уже знала, что увидит там.

Так спички еще несколько раз возвращались к ней.

Сколько бы она их ни выбрасывала, они снова появлялись либо в курилке, либо где-то поблизости с Ким Гюри. И каждое возвращение спичек сопровождало появление женщины, а то и двух, чей подбородок прикрывала ткань. Когда они встречались взглядами, те открывали рот, словно хотели что-то сказать.

День за днем проходил без сна.

***

По компании быстро разлетелись слухи о спичках, в которые вселился призрак. Говорили, что, если их поджечь, в огне появится силуэт погибшей Ли Мисон. Шептались, что спички возвращались, даже если их выбрасывали в окно. И что в курилке уже давно творились странные вещи, как то, что там переставали работать зажигалки. По мере того как сотканные из домыслов и свидетельств очевидцев слухи разрастались, спички стали называть проклятием, оставленным Ли Мисон. И вскоре операторы перестали посещать курилку.

— Какой еще призрак? Не видел я никаких спичек. И зажигалки нормально работают. У вас что, куча свободного времени? Нечем заняться, кроме как распространять глупые слухи?

Единственным, кто, казалось, только обрадовался всей этой истории, был глава отдела. Раньше он избегал курилки, жалуясь, что операторы оставляют после себя кучу грязи. Но как только персонал перестал заходить туда, глава отдела стал все чаще наведываться в заброшенное всеми помещение. И даже купил туда освежитель воздуха.

В обеденный перерыв коллектив собрался на крыше и принялся бурно обсуждать происходящее:

— Я уже схожу с ума. Вчера он меня опять отругал. Мол, почему меня так долго нет на рабочем месте? Но ведь только подняться на крышу занимает целых пять минут, чего он хочет?

— Конечно, единственное, что спасает от стресса, — это сигарета, не можем же мы отказаться от перекуров!

— Не понимаю, тетушка, что ли, решила после смерти умаслить начальство? Почему только у главы отдела в курилке работает зажигалка? Поэтому он нам и не верит.

— Почему? Тетушка и раньше никогда его ни в чем не обвиняла, — возразил Пак, шумно выдохнув сигаретный дым.

— Но ведь всем известно, что это он виноват в ее смерти. Сколько раз его просили расширить штат? А ему хоть бы хны. Хотел повыпендриваться перед руководством. И, несмотря на это, тетушка не бросила в его сторону ни упрека. Все время твердила, что виноват не конкретный человек, а система в целом.