Страница 14 из 65
С того дня Ли Мисон осталась в полном одиночестве. Одна обедала, одна ходила за кофе. Сотрудники перестали с ней здороваться и не включали в общую очередь в туалет. Когда она отлучалась, никто не отвечал вместо нее на звонки. И все же в назначенное время она продолжала выходить в коридор и делать там упражнения.
— Лучше бы тетушка Мисон, как раньше, заходила к нам в курилку со своими конфетами. Совала их и обиженно спрашивала, чего не беру. Тогда было бы как-то легче, — три месяца спустя призналась Юн.
Ким Гюри чувствовала то же самое. Ей даже хотелось, чтобы Ли Мисон еще раз позвала ее с собой на физкультминутки, чтобы обиженно возмутилась: мол, чего не здороваешься? Тогда на сердце было бы не так тяжело. Однако Ли Мисон только здоровалась с ними, ни к чему больше не призывая. Порой, когда она выходила в коридор на свою разминку, Ким Гюри провожала ее взглядом и мысленно отсчитывала: «Раз-два, раз-два». Казалось, там, в коридоре, Ли Мисон выполняет свои упражнения с высоко поднятой головой.
Месяц назад Ли Мисон обратилась к Ким Гюри с просьбой воспользоваться ее отпуском. Заслуженные выходные ждали девушку уже через пару дней, но коллега попросила их для себя. Сотрудники колл-центра должны были сообщать руководству о днях отдыха в начале каждого месяца. Отпроситься и уйти пораньше, не предупредив о том за целый месяц, они не могли. Такая система позволяла избежать денежной компенсации за неиспользованные дни отпуска, зафиксировать график и реже пользоваться услугами замещающего персонала.
— У меня все время кружится голова и часто идет кровь из носа. Иногда даже не слышу, что мне говорят. Если внепланово попрошу отгул, никто же не одобрит. А если идти в больницу, все равно полдня продержат в приемной. Выручи разок?
У Ким Гюри, которую буквально заставили потратить неиспользованные дни, не было никаких планов на этот отпуск. Но все же она отмахнулась фразой «У меня есть дела…» просто потому, что боялась своим согласием навлечь на себя гнев главы отдела.
— Извини, что напрягла тебя такой просьбой. Не обращай внимания, работай. — Ли Мисон легонько похлопала ее по плечу и ушла.
Ким Гюри узнала о смерти Ли Мисон в отпуске, утром первого дня. В групповой чат компании прислали пару дежурных фраз о соболезнованиях, название больницы, где состоится прощание, номер комнаты морга при больнице и номер счета для сбора средств. Прочитав сообщение, Ким Гюри с головой накрылась одеялом. Она молила лишь об одном: чтобы все это оказалось сном и исчезло, когда она вновь откроет глаза. Но, сколько бы она ни проваливалась в сон, сколько бы ни просыпалась и не тянулась к телефону, сообщение по-прежнему висело в чате. Вскоре позвонила Юн. Предложила вместе сходить попрощаться с Ли Мисон. Но Ким Гюри солгала, что приболела и просто отправила деньги на указанный счет.
Ли Мисон умерла от кровоизлияния в мозг.
А вскоре после похорон ее дочь заявилась в офис. Требовала признать смерть матери производственной травмой. Но глава отдела лишь усмехнулся, вопрошая, какая же это производственная травма, если человек умер не в стенах компании. Дочь подала на компанию в суд. А после этого устроила одиночный пикет прямо на пешеходном переходе возле здания колл-центра.
— Признайте свою ошибку! Возьмите ответственность за смерть работника! Справедливость восторжествует!
Теперь Ким Гюри подходила к офису и выходила оттуда, низко опустив голову, чтоб ненароком не столкнуться взглядом с дочерью Ли Мисон. Это превратилось в ежедневную пытку.
***
Ким Гюри подняла с пола сгоревшую дотла спичку. Когда в поднявшемся пламени она увидела лицо Ли Мисон, ей показалось, что та вернулась, чтобы проклясть ее. Ким Гюри бросила спичку в мусорное ведро и вышла из курилки. А спичечный коробок, который Пак бросил посреди комнаты, она и вовсе проигнорировала.
— Почему ты так долго? — набросился на нее глава отдела, когда Ким Гюри вернулась на свое место. В ответ она лишь кивнула и, спешно надев наушники, обвела взглядом зал для операторов. Все те, кто только что стоял с ней в курилке, теперь как ни в чем не бывало раздавали консультации.
Наверняка просто показалось. Привиделось от переутомления. Ким Гюри потерла виски. После похорон Ли Мисон ей никак не удавалось сосредоточиться на работе. Исходящие звонки копились, и ей уже не раз приходилось оставаться работать сверхурочно. Уже четыре раза клиенты жаловались, что она обслужила их слишком сухо. А значит, о высоком рейтинге в конце месяца можно было забыть. Ким Гюри похлопала себя по щекам и опустила глаза на стол, желая свериться со списком клиентов, которым ей предстояло позвонить.
А на столе лежал коробок спичек.
Тот самый коробок, который она оставила валяться на полу в курилке. Ее веки задрожали. Она продолжала на автомате консультировать людей, даже не осознавая, что именно те говорят ей в ответ. Спичечный коробок продолжал смотреть на нее. Не выдержав, Ким Гюри зажмурилась, взяла его в руки и бросила в стоящее под столом мусорное ведро. А затем ногой задвинула его подальше. Звонки продолжались. Но зеленая коробочка продолжала стоять у нее перед глазами, несмотря на все попытки забыть эту спичку и пламя, в котором появилась Ли Мисон.
Поработав еще немного, Ким Гюри захотела в туалет и, отпросившись, вышла из зала для консультаций.
— Страшновато. Что это за спички такие?
— Может, в них вселился призрак? Надеюсь, на того, кто их выбросит, не падет какое-нибудь проклятие, — услышала Ким Гюри разговор других сотрудников, также направлявшихся в туалет.
— А та женщина, что появилась в огне… Она же наша бывшая сотрудница? Та, что недавно умерла.
«Не может быть. Проклятие? А ведь я выбросила их…» Ким Гюри развернулась и быстрым шагом направилась обратно к рабочему столу. Она достала мусорное ведро из-под стола и заглянула внутрь. Пусто. Коробок, который она совсем недавно кинула туда, пропал. И вдруг она почувствовала, как что-то прикасается к бедру. Что-то мешалось в кармане. Она сунула руку и, достав содержимое, еле сдержала вопль ужаса. Это был тот самый спичечный коробок. Казалось, эти белые буквы на зеленом фоне, оскалившись, насмехаются над ней. Не помня себя, Ким Гюри бросилась к окну и с размаха распахнула его.
— Эй! Ким Гюри! Чего творишь? Закрой немедленно! — завопил глава отдела.