Страница 12 из 65
Ким Гюри проследила глазами за удаляющейся фигурой и, когда хозяин лавки скрылся на втором этаже, наконец окинула взглядом помещение. С потолка свисала гигантская львиная голова, множество разных винтажных фотоаппаратов и прочие предметы, которые никак не сочетались между собой. Ким Гюри поднялась со стула и подошла к полкам.
Интерьер вполне соответствовал антикварному магазину или же супермаркету. Разглядывая старинную керамику, которой, казалось, самое место в музее, Ким Гюри вдруг заметила корзину, заполненную спичечными коробками. Среди ярко разрисованных коробков ее внимание особенно привлекла одна незамысловатая зеленая коробочка с белой надписью «Брайант энд Мэй». Дизайн или рисунок ничем не выделялись среди остальных, единственным, что отличало этот коробок, была этикетка с надписью «Не для продажи (not for sale)». Однако Ким Гюри не могла отвести взгляд от этого коробка. Казалось, он так и шепчет ей: «Забери меня. Возьми меня с собой».
— Дедуль, а где у нас аптечка? — послышался голос со второго этажа, и, словно в ответ ему, за кассовым столом что-то подпрыгнуло, отчего Ким Гюри непроизвольно схватила коробок и сжала его в ладони.
Повернув голову, она заметила огромную собаку породы сапсари
3
, которая поднималась по лестнице. Ее длинная шерсть тряслась, как бахрома на занавеске, пока ее обладательница не скрылась на втором этаже. На мгновение в лавке повисла тишина.
Здесь, кроме нее, никого нет.
Как только Ким Гюри осознала это, она стремглав вылетела на улицу. Сжимая спичечный коробок в кулаке, она бежала что есть мочи, пока свет лавки не остался где-то далеко позади. Однако счастье от обретения спичек было столь велико, что она бесстрашно бросилась в кромешную тьму. Девушка еще немного пометалась в лабиринтах рынка, прежде чем оказалась у главной дороги и смогла перевести дух. Лишь увидев яркий свет фонарей, она наконец опомнилась: «Это же воровство…»
Ладонь, сжимающая коробок, вспотела. Ким Гюри оглянулась, всматриваясь в темные закоулки рынка. Но заставить себя вернуться назад, в эту пугающую мглу она не могла.
«Верну позже».
И она положила коробок спичек в карман брюк.
***
— Опять двадцать пять. Какая это уже по счету? — раздраженно воскликнул Пак, швыряя очередную зажигалку на пол. Остальные в курилке задавались тем же вопросом. Все они стояли, зажав губами сигареты, и тщетно пытались прикурить их. Но, словно сговорившись, ни одна из зажигалок не давала огня.
— Эти поломки… — начала вдруг самая молодая, двадцатилетняя сотрудница Юн, в десятый раз прокрутив колесико, — вам не кажется, что они начались на следующий день после похорон тетушки Мисон?
В курилке вдруг повисла тяжелая тишина. Присутствующие резко переглянулись. Ровно месяц назад они всем коллективом скидывались на похороны госпожи Ли Мисон. С того самого дня никто из них не произносил ее имя.
— Что за жуткие вещи ты говоришь? Новость о том, что она умерла от кровоизлияния в мозг, и так разбивает сердце.
— Вот именно. Да и что могло заставить ее дух бродить тут неупокоенным?
Пак и Со покосились на коллегу Юн. Этих двоих в компании называли «скаковыми лошадьми». Будучи на короткой ноге с главой отдела, во время обзвона клиентов эти операторы заполучали важную клиентскую информацию и ежемесячно удостаивались ранга «S» в рейтинге персонала. Так что никому не хотелось попасть к ним в немилость.
— Да нет, я не это хотела сказать… — пробормотала Юн и замолкла.
Зачем она вообще завела этот разговор. Чтоб лишний раз не столкнуться с Юн взглядом, Ким Гюри притворилась, что ищет что-то в кармане. Казалось, коллега так и норовит упрекнуть ее: «А ведь тетушка Мисон заботилась о тебе, как о родной дочери».
Неожиданно пальцы нащупали в кармане что-то необычное. Это был спичечный коробок. Тот самый, который она позавчера умыкнула из странного магазинчика на рынке. Она решила вернуть вещь и перед работой с трудом отыскала тот антикварный магазин, но двери были заперты.
— Вот зараза, не покурю, не взбодрюсь… А это что?
Пак поднял что-то со стула у стены.
— Спички? Вот это удача!
Увидев коробок в руках старшего коллеги, Ким Гюри снова сунула руку в карман и пошарила в нем. Но пальцы хватали лишь пустоту. Пак держал в руках зеленую коробочку с белыми буквами. И это, без всяких сомнений, были те самые спички, которые только что лежали в ее кармане.
Как же это произошло? Пока Ким Гюри в полной растерянности пыталась осознать случившееся, Пак вытащил спичку и чиркнул ей о бок коробка. Белая головка загорелась, и Пак тут же наклонился к ней с сигаретой во рту. Но в эту секунду пламя вдруг взмыло вверх, мгновенно опалив мужчине волосы на лбу. Пак вскрикнул и, бросив спичку на пол, начал отчаянно топтать ее ногами. Однако огонь не гас, а лишь больше разгорался.
— Тетушка Мисон… — в ужасе прошептала Юн.
Но в этот раз никто не обратил на нее внимания. Взгляды всех в курилке приковало к себе яркое пламя в центре комнаты.
А в этом огне все отчетливо увидели госпожу Ли Мисон. Та делала свою привычную зарядку: бодрые взмахи руками вверх-вниз, активные приседания. Ее тело двигалось в такт всполохам яркого пламени, которое вскоре погасло так же внезапно, как и вспыхнуло. С пламенем исчезла и Ли Мисон, оставив после себя лишь обгоревшую спичку.
— Зашибись, — выругался Пак, швырнул коробок на пол и вылетел из курилки. Остальные последовали за ним, лишь Ким Гюри так и осталась стоять, не в силах отвести взгляда от сгоревшей спички на полу.
Ли Мисон умерла от кровоизлияния в мозг. Это факт. Но убило ее не только это. Ли Мисон просто сгорела. Выгорела дотла, как эта белая спичка, от которой остался лишь черный пепел.
***