Страница 59 из 220
Я говорил о том, что Каменев и Зиновьев после двух лет мучений оплатили свои грехи, они преобразились духовно, и именно это преображение и необходимо было Сталину. И вот очистив их души, подготовив их к великой своей социально-нравственной акции, именуемой Процессом, он поставил перед ними условия, а точнее, только одно условие: повести себя предельно честно, предельно нравственно, а это означало: признаться во всех своих преступлениях — убийство Кирова, заговор против других вождей, — им был дан последний шанс — сделать это предельно убедительно, чтобы массы поверили и чтобы убедить весь мир в правоте первой страны в мире, строящей во вражеском кольце социализм, нужны не просто пламенные речи, нужны высокие доказательства, нужно, чтобы эти доказательства представили единомышленники Троцкого, нужно, чтобы изнутри взорвался враждебный Сталину мир.
— Я думаю, что Сталин учил дознавателей: надо по потолку пройти, в лепешку разбиться, но заставить бывших революционеров с отмытой совестью заговорить в полный голос, пойти на последние жертвы, может быть, даже и умереть, то есть выполнить последнюю волю партии и ее вождей, — продолжал я. — А за это, конечно же, будет какая-то скидка их семьям, может и выпустятдетей из застенков, дадут хорошие дачи, помогут получить образование и жить вполне в нормальных условиях. Ведь Каменеву обещали, что если он на процессе выполнит все условия, то его двух сыновей выпустят из тюрьмы, где они находились фактически в качестве заложников, а его, Каменева, в скором времени помилуют, даже заготовлено решение о помиловании, которое показали Каменеву, показали и пообещали, что и его, Каменева, вместе с Зиновьевым отправят на их собственнее дачи, которые, кстати, рядом расположены, и сидите себе, пишите мемуары, разрабатывайте теории…
— К чему ты эту бодягу развел?! — ожег взглядом Кособоков. — Уж не думаешь ли ты, что что-то разгадал?..
— Не думаю. Я убежден, что сталинизмом создан предельно простой механизм отлавливания человеческих душ. Согласись, тебя ведь тоже поймали на крючок. Тогда, в шестьдесят пятом, ты понадобился им, и они тебя привлекли, чтобы ты пел под их команду, ты стал петь, и они отвалили тебе все твои «приварки»: зарубежные командировки, новую квартиру, правда, тебе не дали ещё членкорства, но за это нужно будет еще вымараться.
Я захмелел и наговорил Кособокову много разного. Он не вытерпел, распахнул передо мной дверь и выставил меня. Я уходил и кричал:
— Ты у братца своего спроси, за что мерзавцам дают «приварки»! Каспиров знает!