Страница 16 из 39
«Эксперты сделали всё, что могли», — сказал Реми, ведя её к входу. «На стенах маяка и на двери не было никаких отпечатков пальцев, кроме отпечатков Кристиана, Ройзин, Митчелла и Джейка».
«Это согласуется с нашей теорией о том, что убийца был в перчатках».
«Или…», — медленно произнесла Реми. «Это означает, что один из этих троих убил его и рассчитывал, что мы исключим их из числа подозреваемых, учитывая, насколько косвенны криминалистические доказательства».
«Отпечатки пальцев мало что нам говорят», — заключила она. «Это раздражает, но это не самое главное». Она на мгновение посмотрела на фасад здания, заглядывая внутрь через одно из крошечных окон на первом этаже. Она разглядела совершенно новый пол и стены, обклеенные инфографикой об истории маяка. «Как долго компания Митчелла работала над маяком?»
«Несколько месяцев», — ответил он, глядя на знаменитую красную полосу. «Они снесли большую часть интерьера, который раньше служил жилым помещением для смотрителей маяка».
«Здесь кто-то жил?!»
«Да, многие поколения смотрителей с момента его постройки в 1700-х годах».
«Но теперь уже нет?» Дженни скрестила руки и отступила назад, пытаясь представить, каково это — жить здесь, вдали от остальной части острова, в компании лишь постоянного шума моря.
«Последний смотритель уехал примерно двадцать лет назад», — сказал Реми. «По крайней мере, это выяснилось из моих расспросов. Похоже, никто особо о нём не знал».
Дженни вздохнула, обходя маяк. Она могла разглядеть след от пули в каменной кладке — крошечную вмятину, которую не заметишь, если не знаешь, что здесь произошло, — небольшое эхо трагедии.
«В этом деле до сих пор остаётся так много вопросов, и именно поэтому оно представляет собой такую загадку», — медленно произнесла она. «Главный из них — какое отношение маяк имеет к убийству Митчелла? Брызги краски, споры о разрешении на строительство и обвинения Кристиана Нобеля — всё это указывает на то, что мотивом убийства был маяк. Но почему? Митчелл и его команда провели здесь не больше нескольких месяцев. Вряд ли это могло стать причиной для протестующих убить его. Он был наёмным подрядчиком, а не владельцем».
«Согласна», — Реми протер уставшие глаза и задумался. «А что, если мы исходим из твоей теории, что всё было инсценировано так, будто это связано с драмой вокруг маяка — брызги краски настолько бросаются в глаза, что убийца, вероятно, хотел отвлечь внимание».
«Тогда у нас не останется никакого мотива».
«Должен быть какой-то мотив, связанный с жизнью Митчелла, который мы упустили. Кто мог бы выиграть от его смерти?» Реми пожал плечами. Он вздохнул и отступил назад. «Давай представим себе это».
Он встал прямо напротив входа и поднял руку, словно пистолет. Несколько раз поменяв положение, он выровнялся по вмятине в камне и сделал вид, что стреляет.
«Бах!» — он имитировал звук и пальцами проследил траекторию пули.
Бах. Звук прокручивающихся колёс и ужасный крик. Дженни бросилась к месту происшествия, но замерла, увидев разыгравшуюся перед ней сцену.
«Запланированное нападение», — сказал Реми, всё ещё представляя себе происходящее. «Кто-то, кто знал, что он будет здесь в это время, готовя маяк к открытию, пока Нобели собирают всех для речи. Возможно, убийца рискнул и использовал глушитель прямо во время самой речи. В таком случае маловероятно, что никто не услышал бы, как он упал».
Тело, лежащее на дороге, машина, уносимая вдаль. Аннабель.
«Ты в порядке, Дженни?» — спросил Реми, возвращаясь к ней. «Ты побледнела».
Дженни осознала, что замерла, когда вернулась к реальности, обратно на вершину утеса. Пип утешительно облизывал её безжизненные кончики пальцев.
«О, я просто устала», — соврала Дженни, не уверенная, что звучит убедительно. «“Мадларк” — не самое удобное место для полноценного ночного сна».
Прошло два года, а ей по-прежнему не удавалось скрыть приступы воспоминаний. Она могла только догадываться, как выглядела в тот момент в глазах Реми — застывшая и побледневшая на месте, пока они обсуждали дело об убийстве.
— Может, вернёмся в город? — спросил Реми, устремив на неё взгляд, полный искренней заботы. — Я выполню своё обещание и принесу тебе кусочек торта — сахар, возможно, поможет справиться с усталостью.
«Я в порядке, честно», — настаивала она, отмахиваясь от его заботы, сделав несколько шагов вперёд и снова остановившись перед маяком.
Он проявлял заботу, но она не могла принять это, не чувствуя, что сейчас развалится на части.
«Хорошо», — мягко сказал он, наблюдая за ней.
Она попыталась улыбнуться, чтобы его успокоить. «Вернёмся к делу», — настаивала она. «Думаю, ты права. Убийство должно было быть спланировано так, чтобы произойти именно здесь и именно в это время. Преступник знал, что Митчелл будет здесь, и знал, что он будет один».
«Это должно сузить круг подозреваемых», — предположил Реми, вставая рядом с ней плечом к плечу, на его лице по-прежнему читалось беспокойство. «Нобелы наверняка знали, что он будет здесь, и его коллеги тоже».
«И его семья», — сказала Дженни, щелкнув пальцами. «Ты спросил, кому выгодна его смерть — первым, на кого мы должны направить подозрение, является его жена».
«Я уже разговаривал с ней», — ответил он. «Не смог найти мотива».
«У супругов всегда есть мотив».
«Ха!» — хмыкнул Реми. «Тонкая грань между любовью и ненавистью?»
«По моему опыту, это тонкая грань между любовью к человеку и любовью к тому, что он тебе даёт. Деньги. Власть. Социальный статус. Нам просто нужно копнуть глубже. Поговорим с ней, застанем её врасплох — как я уже говорила, не помешает ещё раз пройтись по старым фактам».