Страница 38 из 72
– Да ладно тебе, не дуйся. Раз уж все равно здесь, пошли вместе. – Осип не мог упустить его из виду ни на миг рядом с не самой лучшей частью Общества.
Вода под ногами хлюпала, как в годы их детства, когда они шатались по городу голодными вечерами и думали, где бы урвать кусочек хлеба. Сенька всегда брал побольше и угощал младших – Ося же делился только с ним. И спустя годы Сенька возвращался в приют, чтобы вновь и вновь приносить украденное тем, кто больше нуждается, – Осип обходил место, напоминавшее о его ничтожном происхождении, стороной. Казалось, что его друг никогда не стеснялся своего прошлого, улыбался каждому встречному и из дурных привычек имел только любовь к азартным играм. Он нашел работу в пекарне и вставал ни свет ни заря, с каждым днем приближаясь к честной жизни, пусть пока ему и доверяли только таскать мешки с мукой.
Если после стольких лет, проведенных вместе, они и были чем-то похожи, то Осип все же видел в нем лучшие черты, которых либо сам не имел, либо пока еще не обрел. Сенька был тем, кого хотелось защитить любой ценой, чтобы ему не пришлось узнать ту темную сторону жизни, которая окажется неподъемной даже для людей, не раз преступивших закон.
– Слушай, я не хотел тебя как-то обидеть в тот раз. Просто в Обществе есть люди, которые опасны.
– То есть преступники – это так, ромашки, а люди при деньгах – чума? Не замечал в приюте за тобой такого цинизма.
– Да не кричи ты так!
– Что, боишься, засмеют? – Их веселые голоса уносились вдаль, заглушаемые дождем.
– Приют… Как интересно. – Дмитрий, некоторое время преследовавший двух друзей, уже и не ожидал услышать что-то стоящее, но вымокшие насквозь башмаки того стоили. – Вот тебе и владелец книжного магазина, учившийся во Франции.
В других частях города вода окрашивалась в красный. Осип не спешил заводить друга в гиблые места, обнажавшие суть подобных ему мертвых душ. Он намеренно ходил дворами, сбивался с маршрута, а Сенька, соскучившийся по его компании, только и рад был плутать подольше. Как в старые добрые. Так они прошли вверх от Садовой до самой Сенной, славившейся злачными местами. Это казалось наиболее безопасным вариантом. И Сенька не догадается, что его отводят от беды, и кого-нибудь они точно остановят.
Сенная пахла их хорошими днями. Улица шумная, хмельная, благосклонная к любому, у кого есть деньги. Здесь никто не смотрел на их происхождение, прохудившуюся обувь и голодные глаза. Казалось, что и воздух тут теплее, и люди все знакомые. Тут всегда было шумно. В общей какофонии сложно было понять, веселятся люди, спорят или уже дерутся, так что патрулирование проходило мирно, без каких-либо вмешательств со стороны двух друзей. В какой-то момент Осип окончательно перестал искать неприятности на вечер и спокойно приблизился к спуску в парк.
– Осип, смотри. В переулке, – Сенька воодушевленно дернул друга за рукав.
Осип обреченно вздохнул:
– Да вижу я, не тяни.
В темноте крепкий мужчина обирал бедного молодого парнишку. Для Сенной юноша выглядел уж как-то слишком хорошо, поэтому Осип и Сенька решили, что он, должно быть, из приезжих студентов.
– Небось маменька деньги на тетради дала, а он на другое решил потратиться. Может, ну его, сам разберется?
– Да какой разберется? – возмутился Сенька. – Видишь, как за грудки трясет. А этот… Сейчас, поди, заплачет. Уважаемый!
– Это вы мне? – поднял голову мужчина.
– А кому же еще? Отпустите бедолагу, и мы сделаем вид, что не видели вас.
– Может, вам еще денег на девочек дать, сосунки?
Сенька засучил рукава и шагнул вперед. Осипу нужно было срочно соображать, что делать. Преимущество в количестве было на их стороне, но никогда не знаешь, что такие люди прячут по карманам. Будто в подтверждение его мыслей в темноте блеснуло лезвие.
Ничего другого не оставалось. Осип за спиной друга зыркнул в переулок своими золотыми глазами. Студент, все еще болтавший ногами в воздухе, громко сглотнул, больше не обращая внимания на вора. Мужчина с лезвием тоже поубавил пыл.
– Это еще что за чертовщина?
– Мы из «Общества летучих мышей». Сотрудничаем с полицией. – Сенька приосанился, почувствовав скорый успех.
– Одно неверное движение, и я тебе шею сверну. – Осип говорил как бы шутя, но его друг все равно решил, что не стоит перебарщивать.
– Осип! Полицейские и казаки так не говорят!
– Мне говорили…
Стоило Сеньке повернуться к другу, как вор рванул мимо него дальше по улице. Осип бросился следом. Мужчина огибал праздных гуляк, пока не свернул к парку. Наконец-то преследование начинало становиться интересным. Все трое легко перемахнули через забор и двинулись вглубь сада. Осип знаком велел Сеньке бежать в обход с другой стороны, и совсем скоро они настигли беглеца с двух сторон, повалили на землю и связали руки ремнем. Патрулирование удалось. Оба члена Общества были невероятно горды собой и передали грабителя прямо в руки Сулову.
Только проводив Сеньку до дома, на балконе которого стояла рыжая девушка, но теперь без горы стираного белья, Осип усмехнулся и побрел в сторону жалкой комнаты, которую отныне должен был называть своим домом. В этот раз он засыпал на узкой жесткой кровати с улыбкой. В конце концов, после смерти Осип смог получить признания больше, чем при жизни. Может, и не был он таким же, как прихвостни Раца? Может, он и правда однажды сможет стать честным человеком?