Страница 94 из 125
«Верховная лиса, прошу, пусть это будет Ю Сынвон!» – взмолилась она и специально заговорила вслух, чтобы аккым не услышала приближавшихся:
– А если и это не сработает? Если человек все равно не испугается и справится со своими эмоциями?
Чукччи обернулась и посмотрела на нее серьезным взглядом.
– Не переживай, малышка, я найду способ сломать тебя.
– Не делай этого, Юна!
Ну почему, почему из всех возможных спасателей первым сюда прибежал именно господин Нам? Да, он следовал за ними, но лучше бы струсил и остался в Анджу. Аккым поймает его так же легко, как и остальных!
– Мало тебе было матери и других жертв, теперь ты решила убить еще и друзей? Свою соученицу? – продолжал несчастный лекарь, голос его дрожал.
Однако он пришел не один. Быстро и незаметно, словно тень, Хеджин просочилась за ним в дыру в заборе и метнулась к Кохаку.
– Помоги Рури! – сразу же выпалила госпожа, совершенно не думая о себе.
Хеджин не послушалась ее, а вместо этого наклонилась, подняла Кохаку на руки и резко отпрыгнула в сторону, пока аккым отвлеклась на господина Нама.
– Эй! – возмутилась Чукччи. – Положи ее на место!
Но служанка уже проскочила через дыру и отбежала на несколько чанов, несмотря на возмущения своей госпожи. Руки последней беспомощно свисали, она могла только разговаривать, но не двигаться. Кохаку не понимала, почему враг так легко их отпустил, даже не попытался схватить и обездвижить, и переживала, что происходило с оставшимися в пещере.
– Хеджин-а, оставь меня, помоги Рури и Чинмин!
– Что с вами сделали?
Служанка как будто и вовсе не слушала ее.
– Чем-то укололи и обездвижили.
– Куда укололи? – переспросила Хеджин, сделав серьезное выражение лица. Она поудобнее перехватила Кохаку и чуть подкинула ее, бережно прижала к груди и побежала дальше.
– В лоб.
После этих слов та наконец остановилась и осторожно усадила свою госпожу на землю.
– Извиняюсь за вторжение, – негромко проговорила служанка и в ночной темноте притронулась ко лбу Кохаку, медленно провела по нему пальцами.
– Яд?
– Не уверена… Кажется, нащупала.
Она аккуратно поддела что-то ногтями и потащила. Кохаку почувствовала неприятную покалывающую боль и нахмурилась.
– Расслабьте брови, – тут же среагировала Хеджин. Ее госпожа постаралась не напрягаться, и служанка вытащила длинную тонкую иглу.
Тело наполнилось тяжестью, словно к нему привязали валуны и сбросили в океан, но теперь Кохаку хотя бы начала ощущать его. Кончики рук и ног неприятно покалывало, она попыталась ими пошевелить, и у нее получилось! Уперлась ладонями о землю, но ноги отказывались сгибаться.
– Помоги мне подняться, – попросила Кохаку, Хеджин нырнула под ее руку, позволяя переложить на себя вес.
Ноги дрожали и подкашивались, но Кохаку прикусила нижнюю губу и, стараясь не впиваться в плечо служанки ногтями, с трудом устояла на месте.
– Помоги Рури и Чинмин, я догоню, – решила она. Сейчас в Хеджин нуждались их друзья, Кохаку немного отдохнет и вернется сама, заодно разомнется по дороге.
Служанка неуверенно осмотрела ее с ног до головы, но спорить не стала, решительно поклонилась и в следующий миг исчезла – настолько быстро умчалась. Кохаку не заметила, когда та научилась двигаться как ветер и скрываться подобно тени, хотя они вместе росли с ее первых дней во дворце. Она вытянула перед собой руки и размяла неприятно покалывающие пальцы. Затем покачалась на месте и шагнула вперед, однако нога подкосилась, и Кохаку упала на одно колено.
– Да за что! – пробубнила она себе под нос.
Благо поблизости валялись камни, за которые она схватилась руками и напряглась, с усилием заставила себя подняться, но ноги не хотели слушаться и дрожали, грозя вновь подкоситься. Кохаку решила пока придерживаться и передвигаться так.
Вскоре силы вернулись, а боли как будто и вовсе не стало. Она перешла на бег и не остановилась, пока не примчалась к сгоревшему забору. К счастью, служанка унесла ее недалеко. Из пещеры доносился плач Чинмин и молящий голос господина Нама, взывающего ко всему хорошему, что осталось в дочери, но не Рури и Хеджин. Только грохот, подобный звукам ударов. Уже полностью придя в себя, Кохаку впрыгнула в обгоревшую дыру в заборе, как вдруг перед глазами что-то взорвалось и наполнило помещение дымом. Она закашлялась и отскочила в сторону, замахала перед собой руками и огляделась, стараясь оценить ситуацию. Лекарь сидел перед Чинмин и закрывал ученицу своим телом – защищал ее от собственной дочери. Последняя металась в дыму и уворачивалась от летевших в нее талисманов. Рури уже не валялся на полу, а ловко перемещался и не отставал от темпа аккыма в теле Юны. На несколько долгих мгновений Кохаку даже залюбовалась своим изящным драконом, пока не осознала, что не видела собственную служанку.
– Хеджин-а, – пробормотала себе под нос, встряхнула головой и ринулась в центр сражения. – Где Хеджин? – уже громче крикнула она, поравнявшись с Рури. Наверняка именно Хеджин вытащила из него иглу!
Из приземлявшихся талисманов сквозь каменный пол прорастали лозы и шипы: какие-то вспыхивали огнем, другие увеличивались в размерах и заполняли собой помещение. В одном месте они образовали защитную стену, из-за которой торчали ноги в луже крови.
Раненая Хеджин лежала на полу, опиралась на локоть, хмурилась и пыталась подняться. Один глаз был прикрыт, лицо рассекала длинная кровоточащая царапина.
Кохаку яростно обернулась и отыскала взглядом Чукччи, ее ногти вмиг удлинились, принимая форму когтей, а пальцы напряглись. Она не могла бездумно напасть и растерзать. Пусть они только познакомились, но Юна была обычной девочкой, тело которой подчинило злостное существо. Если раньше Кохаку без лишних мыслей ринулась бы мстить за смерти невинных, то теперь она изменилась и сначала думала, а потом действовала. Она бросилась на колени перед Хеджин, чтобы помочь подняться и укрыть от атак, но служанка бережно схватила ее за руку:
– Лучше разберитесь с аккымом.
– Сначала помогу тебе, – решительно заявила Кохаку и потянула ее на себя, стараясь приподнять.
– Дева Кон, помогите монаху.
Перед глазами блеснуло что-то крошечное, словно нить. Кохаку и моргнуть не успела, как игла воткнулась в ее щеку.
– Нуна! – испуганно воскликнул Рури, в то время как Чукччи пролетела мимо него и прыгнула к Кохаку. Она скрестила руки перед собой: между пальцами торчали иглы, которые она с легкостью кидала в стороны.