Страница 28 из 125
Это слово заставило Сюаньму вздрогнуть. Он невольно бросил краткий взгляд на нуну, затем повернулся к генералу, что стоял с гордо поднятой головой и самодовольной улыбкой, и сглотнул. Чего еще мог ожидать простой человек, пусть и совершеннолетний? Вдобавок монах. Уж точно не свадьбы с принцессой другого королевства. Но почему тогда в его горле встал ком? Он еле сдержался, чтобы не стукнуть несколько раз кулаком по груди, и перевел взгляд на белые цветы, стараясь отвлечься. Сконцентрировался на их благоухающем аромате, однако недавние образы больше не возникали перед глазами.
Пальцы нуны на его руке сжались. Ее дыхание стало тяжелым, и она возмутилась:
– Вашей невестой? Это когда нас поженить успели?!
Генерал Ю приподнял бровь, а нуна только сильнее вцепилась в руку монаха. Евнух и какая-то девушка, выглянувшая из дома, по всей видимости служанка, встали за ее спиной и попытались утихомирить свою госпожу, напоминая об этикете и правилах приличия.
– Принцесса Юнха, неужели король не сообщил вам?
Голос генерала звучал спокойно, местами даже высокомерно. Этот человек не показался Сюаньму плохим, однако по нему было видно, что тот ощущал себя победителем: гордо держался, уверенно говорил и радовался своему преимуществу. Монах бы не удивился, если бы генерал сумел выкарабкаться из безвыходной ситуации и заодно вывел своих подчиненных, – такая сильная аура предводителя окутывала его. Но это было лишь первым впечатлением.
– Мне нет дела до того, что там сказал король, – сердито фыркнула нуна и попыталась утянуть Сюаньму за собой, подальше от дома генерала, только Сюаньму остался стоять на месте.
– Оя-оя, – с веселостью в голосе среагировал генерал Ю. – Нельзя так говорить про короля, принцесса Юнха, иначе последует наказание.
Однако его слова не убедили нуну.
– Чихала я на ваши правила и наказания, у меня другие планы на жизнь.
Сюаньму не заметил, как все произошло. Вот генерал Ю стоял на пороге дома со скрещенными на груди руками, а в следующий миг с самодовольной улыбкой уже наклонялся к лицу нуны. Та пискнула и спряталась за спиной монаха, цепляясь за его темно-синий халат обеими руками и упираясь носом в его плечо. Взгляды Сюаньму и генерала пересеклись. В насыщенных золотисто-янтарных глазах – почти такого же цвета, как у нуны, только чуть светлее, – отчетливо читалось недовольство, однако затем на его лице проявилась улыбка.
– Какие же планы у принцессы? – поинтересовался он, прекрасно владея собой.
– Не ваше дело, генерал Ю.
Нуна перестала прятаться за спиной монаха, теперь уже решительно схватила его за локоть и потащила прочь. Сюаньму позволил сдвинуть себя с места, их тут же окружили четыре стражника, однако не попытались остановить, а лишь последовали за ними вместе с евнухом и служанкой.
Сюаньму не понимал, почему нуна так холодно относилась к знаменитому генералу, которым восхищались жители Сонбака, но при этом очень тепло общалась с каким-то незнакомым монахом из другой страны.
Не успел небольшой отряд уйти, как генерал снова обратился к нуне:
– А что мне делать с вашим подарочком, принцесса Юнха?
В его руке оказался небольшой, крепко завязанный мешочек, который он придерживал двумя пальцами и помахивал из стороны в сторону.
Сюаньму знал, что это.
Более того, именно он этим утром поймал назойливых хицубокуси-но-муси в лавке свитков и чернил и отправил хозяина, друга нуны, с благовониями к водоему для их изгнания. Эти насекомые-яогуаи любили заглядывать к монахам в библиотеки и поедать ценные старинные трактаты, питались также и чернилами, выгрызали волоски из кистей. Но даже так шифу предпочитал изгонять вредителей, а не убивать, хотя те сгорали от пламени талисманов, поэтому рассказал своим ученикам о специальных благовониях. Если оставить хицубокуси-но-муси у водоема, то насекомые потеряют след и не скоро прилетят вновь.
А теперь по неведомым причинам мешочек оказался в руках генерала Ю, который только сегодня вернулся в Сонбак.
Сюаньму ничуть не злился на друга нуны: он привык, что далеко не все люди прислушивались к его советам и повторно выпускали нечисть на волю. Но все равно испытал легкое разочарование и ощущение привычного, что опять придется потрудиться.
– Лучше отдайте… – вмешался Сюаньму, желая забрать мешочек и избавить генерала от проблем, однако тот чуть свел брови и уставился на него.
– Попрошу уважаемого монаха не вмешиваться в наши с принцессой дела.
Сюаньму, которому общение и так давалось с большим трудом, захлопнул рот, но обиды по-прежнему не затаил. Он, простой монах из Цзяожи, не мог ни на что претендовать.
Однако принцесса Сонгусыля считала иначе. Она отпустила его руку и, громко топая, сердито подошла к генералу, словно собиралась бросить ему вызов.
– Немедленно извинись, Ю Сынвон, и не смей так общаться с моим другом.
По спине Сюаньму пробежал холодок, хотя этими словами вообще-то защищали его.
Генерал Ю не стал превращать небольшое недоразумение в ссору, а немедленно повернулся к Сюаньму и слегка опустил голову.
– Прошу простить меня, уважаемый монах, я благодарен вам за спасение моей невесты.
– Да пошел ты! – фыркнула нуна, недовольная такими словами.
Она выхватила мешочек из его рук, каким-то образом умудрилась разрезать веревку, хотя ничего похожего на нож или кинжал Сюаньму не заметил, приоткрыла ткань и зашвырнула в дверной проход. Генерал успел среагировать и поймать мешочек.
Но все равно опоздал: похожие на крупных мух хицубокуси-но-муси с жужжанием вылетели и устремились в аппетитное помещение в поисках бумаги, чернил и кистей. Один из них врезался в большой цветок с круглыми белыми лепестками, схватился за него лапками и принюхался. Нектаром эти маленькие яогуаи не питались, поэтому он оттолкнулся от его поверхности и поспешил внутрь к своим собратьям.
Генерал Ю стоял с прикрытыми глазами и едва заметной улыбкой, пока из мешочка, который он придерживал пальцами вытянутой руки за краешек, вылетали задержавшиеся хицубокуси-но-муси.
– Монах Шуаньму, – сказал он с совершенно спокойной интонацией, – не поделитесь средствами для их изгнания?
– Наслаждайся своей жизнью с ними, а мы пошли! – с гордостью выкрикнула нуна, резко развернулась и двинулась прочь.
Генерал приоткрыл янтарные глаза и ответил ей вслед:
– Я заслужил это, принцесса Юнха. Простите, что оставил вас.